– Уже ночь на дворе, – проворчал один из стражей, проворачивая ключ в замке бокового крепления. – Если бы не эта сумасшедшая, уже давно бы закончили, – он подёргал стальную крышку, проверяя, надёжно ли закрыт колодец.

– Нам ещё повезло, – монотонно проговорил другой и помахал факелом едущей вдалеке телеге. – Эй! Здесь ещё один! – крикнул он, а затем более тихо добавил: – Не то собирали бы трупы, шныряли по подвалам да стога сена копьями ворошили. Уж лучше я колодцы позапираю. Пойдём к следующему.

Стражники побрели дальше по улице, даже не ведая, что с соседней крыши за ними наблюдал чей-то пристальный взор.

* * *

Уходящий день скинул с себя сумеречный шёлк, нарядившись в бархат ночного платья. На небе уже давно загорелись первые звёзды, но Лайла по-прежнему не возвращалась. Со стороны поля доносилось лишь стрекотание одинокого сверчка, когда Джон встал размять ноги:

– Пойду посмотрю, как она.

– Сам также не пропади, – отхлебнув воды из фляги, сказал Рэксволд. Почувствовав на горлышке тонкий запах бренди, он несколько раз провёл им у себя под носом и, сделав жадный вдох, добавил: – Я вас искать не буду.

– Не волнуйся – не придётся, – бросив беглый взгляд на чистившего отмычки Алана, следопыт направился к месту, где последний раз видел принцессу.

Струящийся лунный свет чарующе поблёскивал на колышущемся море тёмных трав. Ветер обдавал кожу ночной прохладой, лишь изредка донося слабые оттенки тепла, что ещё поднимались от нагретой за день земли. Зайдя по пояс в бурьян, Джон осторожно позвал девушку:

– Лайла… Ты где?

– Здесь… – ответил тихий голос откуда-то справа.

Пройдя десяток шагов в сторону, он обнаружил принцессу, лежавшую на спине в объятиях васильков, плотно сомкнувшихся в маленькие синие бутоны. По заплаканному лицу Лайлы было видно, что она успокоилась совсем недавно. Вампирша даже не посмотрела на приблизившегося воина. Её печальный взгляд устремлялся к небесам и таял в бескрайней черноте бархатного полотна, щедро усыпанного звёздным жемчугом.

– Как ты? – не скрывая беспокойства, спросил Джон.

– Любуюсь тем, что всегда прекрасно и неизменно, – промолвила девушка и грустно вздохнула.

– Я могу присоединиться? – с лёгкой неуверенностью поинтересовался следопыт.

Не отрываясь от созерцания небосвода, Лайла провела рукою по траве, и Джон улёгся рядом. Звёздная ночь и вправду обещала быть великолепной. Низкое небо, что, казалось, лежало на верхушках окружавшего поле леса, поражало взор россыпью застывших во времени искр. Большие и маленькие, яркие и тусклые, они заставляли глаза разбегаться, заполняя душу восхищением пред незримой грандиозностью вечности.

– Разбираешься в созвездиях? – вдруг спросила принцесса.

– Нет, – честно ответил следопыт. – Знаю лишь звёзды, не дающие сбиться с пути.

Вампирша пододвинулась к нему поближе и указала рукой на группу светящихся точек, отдалённо напоминающую орла:

– Видишь эти яркие звёзды? Созвездие Феникса. Прекрасной огненной птицы, символизирующей вечную жизнь. Говорят, фениксы существуют вне времени и пространства, являя себя лишь достойным, как предзнаменование чего-то грандиозного… Чуть ниже находится созвездие Гидры. По слухам, эти многоголовые чудовища обитали в болотах, охраняя порталы в другие миры…

Джон хотел полюбопытствовать про другие миры, но слыша, как оживился голос девушки, не стал сбивать её увлечённый настрой. Лайла же указала рукой в другую часть неба:

– А вот это Пегас. Думаю, ты не мог ничего не слышать о крылатых конях. В детстве мне рассказывали, что однажды какой-то смельчак оседлал пегаса и улетел на нём далеко за горизонт. Спустя десять лет отважный всадник вернулся на родину искусным целителем и смог остановить поразившую его край эпидемию оспы. Не знаю, правдивы ли легенды, но поверье гласит: оседлавший пегаса уже никогда не познает хвори… Немного правее созвездие Дракона. Могучие и величественные создания, что, согласно сказаниям, жили высоко в горах на другом континенте. Испокон веков они олицетворяли мудрость и первозданную мощь… Я тебя не утомила? – вдруг резко прервала повествование вампирша.

– Конечно нет. Мне правда интересно, – Джон взглянул на смотрящую в небо принцессу и заметил слабую улыбку на её лице.

Лайла продолжила рассказывать о созвездиях, но следопыт поймал себя на мысли, что уже не может оторвать от неё взгляда. Она восхищалась великолепием звёздного неба, а он зачарованно смотрел на её лик, освещённый льющимся лунным светом.

* * *

К полуночи улицы Басторга уже были избавлены от трупов, но, несмотря на все усилия стражников, раненая разбойница по-прежнему была на свободе. Злой и уставший Люций Дорвертан отдал распоряжения солдатам и пошёл в сторону своего дома. Он был уверен, что её поимка – лишь вопрос времени: с каждой минутой в городе оставалось всё меньше мест, где могла укрыться безумная всадница.

Капитан открыл ключом дверь своего дома, грубо толкнул её вперёд и сделал шаг в тёмное помещение. В нос тут же ударил привычный спёртый воздух. Мужчина на ощупь дошёл до стола и зажёг тусклую свечу в медном подсвечнике. Посмотрев на графин с вином, Люций осознал, что больше семи часов ничего не пил. Он смахнул со лба пот и небрежным движением наполнил позолоченный бокал. Терпкий напиток прокатился по горлу, немного утолив жажду и оставив после себя странное послевкусие. Капитан с подозрением взял в руки сосуд и понюхал его содержимое. Царящая в доме духота вполне могла заставить прекрасное вино подкиснуть, постепенно превращая его в вяжущую рот бурду.

– Сложный день? – вдруг раздался тихий голос из темноты дальнего угла.

Глиняный графин упал на пол, покрыв его множеством осколков и пунцовых брызг. Люций Дорвертан схватил со стола подсвечник и, резко повернувшись, обнажил палаш:

– Кто здесь?!

Ответа не последовало, но дрожащий свет подчеркнул чей-то силуэт в кресле-качалке. Мужчина сделал несколько шагов к центру комнаты, чтобы получше разглядеть наглеца, посмевшего вломиться в дом капитана стражи. Узрев златовласую девушку в серой броне, что сидела уперев взор в пол, Люций Дорвертан буквально затрясся от злости. Судя по тому, как разбойница держалась за бок, падение не прошло для неё бесследно. Об этом говорили и влажные багровые следы на коленях, поблёскивавшие сквозь разодранные штаны.

– Ты… – процедил сквозь зубы капитан, но тут же взял себя в руки, осознав всю опасность находящегося перед ним врага.

Девушка подняла голову, и Люций Дорвертан увидел на её лбу тянувшуюся из-под волос засохшую струйку крови. Пустота взяла в руки растрёпанную косу, стряхнув с неё пыль.

– Ты, конечно, можешь выбежать и позвать стражу, но я исчезну намного раньше, чем она здесь появится, – разбойница посмотрела в сторону окна и распустила волосы.

– А что, если я тебя прикончу прямо здесь? – прорычал капитан, направив на неё палаш.

– Мог бы, уже бы прикончил, – девушка начала неспешно заплетать косу. – Ты боишься меня. И не зря. Ты знаешь, кто я такая…

– Бездушная… – тихий голос был переполнен презрением.

– Не совсем, – безэмоционально ответила Пустота, – но это не столь важно… Я полагаю, у тебя есть ко мне вопросы?

– Зачем?! – остервенело воскликнул Люций. – Ты хоть понимаешь, скольких невинных лишила жизни?! Детей! Женщин! Стариков!

– Ничего личного. Я лишь выполняла приказ. Город должен был утонуть в хаосе и крови…

– Чей?! Что за зверь стоит за всем этим?! – Люций Дорвертан сделал осторожный шаг в сторону разбойницы, отводя палаш для рубящей атаки.

– Тот же, что приказал убить тебя, – абсолютно по-простецки пожала плечами девушка.

– Убить? Меня?! – потрясённо рявкнул капитан. – Ты правда думаешь, что, будучи раненой, сможешь одолеть одного из лучших воинов Эльтарона? Того, под чьим командованием был положен конец гражданской войне на Западном Побережье. Того, кого на поле боя прозвали «Седой смертью»?!

– Так я уже это сделала, – Пустота улыбнулась и отбросила за спину аккуратно заплетённую косу.

– Ошибаешься. Именем короля я приговариваю тебя к… – Люций Дорвертан неожиданно закашлялся, – немед… ленной… – он так и не смог закончить предложение, почувствовав подкатывающую к горлу жидкость и нарастающую боль в животе.