– Как правило, наследниками все-равно становятся представители рода Джан-Ари, ну или кто-то из высших – других случаев я не знаю, – Беж открыл соответствующую страницу и показал мне, – В любом случае, они вступают в семью, сразу в малый круг. И книги родов при этом меняются сами – никто их не переписывает.

– А возможен обратный вариант – кто-то вписал магией свое имя в книгу и все обязаны его почитать?

Смешок.

– Ты не даешь забыть, что не дитя этого мира. Нам и в голову то это не пришло бы. Нет-нет, не смотри на меня так – не потому, что ты мало знаешь или понимаешь. А потому, что смотришь, порой, со стороны – и всегда видишь больше. Но магия книг настолько древняя и сильная, что изменить их таким образом невозможно. Что касается этой рукописи, – он погладил страницы. – Первый экземпляр, созданный еще первыми императорами. Там множество нюансов и описания церемоний, с помощью которых происходит процедура наследования, но суть основная одна – власть получает самый достойный. А вот императором становится тот, в ком именно сейчас нуждается Джандар. И в обоих случаях главенствуют линии…

– Не понимаю.

– Боги выбирают сами, кто больше подходит по характеру или устремлениям. Это происходит во время таинства и поменять их решение практически не возможно. Даже если ты хотел чего-то другого.

– Эмзари? – спросила я сочувствующе.

Губы принца чуть скривились:

– Мы были очень дружны раньше. Но он грезил, что станет наследником Бури. Ему мечталась эта мощь, бездна в его руках, возможность проводить время в пути, в дороге…Но Буря досталась мне, а он вынужден был подчиниться и осесть во дворце, занимаясь внутренними делами, проявленными и разрешением споров.

– И обвинил в этом тебя?

– Да. Как Констант обвинил, в свое время, в смерти нашей матери.

Я ахнула и нежно провела ладонями по его щекам. А потом посмотрела максимально серьезно:

– Ты ни в чем не виноват.

Взгляд Бежа чуть смягчился и он кивнул. И продолжил:

– Императором становится тот, кто, в будущем, будет наиболее полезен. Если кратко, то Око нужно для дальнейшего развития Империи, в том числе механики, магии; накопления богатств. Свет – на случай проблем среди высших, неуверенности людей в своем будущем, правах. А Буря…

– Для того чтобы защитить от внешних опасностей?

– Что-то в этом роде.

– А в других государствах…

– Они пытаются сделать подобное, но…

– Только вы идеальны, – хмыкнула я. Бежан задрал одну бровь и чуть надулся, и я не удержалась и поцеловала его, – Ты идеален так точно.

Теперь уже не удержался наследник, и мы на некоторое время забыли о разговорах.

– Если предположить, что с твоим появлением в это мире все обстоит так же, – сказал, наконец, мужчина, – то боги таким образом восстанавливали нарушенное равновесие. Вашим призывом.

– То есть сила Макса…

– Может понадобиться для чего-то в будущем.

– А я…

– Нужна была мне, – твердо сказал наследник. – Очень. Именно такая. Именно ты. Именно сейчас.

Последнее он выдохнул мне в губы, а дальше обхватил ладонями мой затылок и притянул к себе ради глубокого, обжигающего поцелуя.

Я прерывисто застонала и выгнулась. А потом перекинула одну ногу так, чтобы оказаться верхом на мужчине.

Беж уже не сдерживался.

Рванул мою блузку, чтобы обнажить грудь, и впился в нее губами. И пока я ерзала, поднимая юбки и пытаясь расстегнуть его брюки неловкими, подрагивающими от нетерпения пальцами, выцеловывал каждый обнажившийся участок кожи.

С удовлетворенным всхлипом я опустилась на него и замерла на мгновение, чтобы снова вскипеть от жестких ударов бедер, от властных ласк пальцами, от горячего дыхания, которое он дарил мне, слизывая раз за разом крики удовольствия.

Внутри меня потоком разлилась одуряющая нега, чтобы сначала заполнить меня всю, а потом взорваться, вынося мои эмоции и чувства за пределы физического дела. Я услышала как зарычал Бежан и сжала посильнее бедра, принимая его пик наслаждения, а потом безвольно обмякла на мужчине, все еще подрагивая от пережитого.

– Именно сейчас я была тебе действительно очень нужна, – пошутила я слабым голосом спустя несколько минут. – Давно хотела спросить, то землетрясение, которое я ощущаю каждый раз, когда мы с тобой вместе…вот так… Оно же только между нами?

Наследник расхохотался:

– Боишься, что разгневанные горожане снесут стены дворца и потребуют твою голову?

Я чуть покраснела и тоже засмеялась.

– Не волнуйся, похоже, боги и это предусмотрели.

Мы привели в порядок одежду и снова сели за чтение. Таких дней, когда можно было просто побыть несколько часов вдвоем, вдали от чужих глаз, занимаясь тем, что нам обоим интересно и приятно – или очень приятно – было не много, и я их ценила. Я оказалась та еще заучка, прикипевшая к местным научным исследованиям и древним фолиантам, и была приятно удивлена, что принц разделяет мою любовь к книгам.

В другое время его жизнь была наполнена многочисленными преступлениями, стычками и необходимостью поддерживать мир и порядок на необъятной территории. Мои же дни проходили в общении с Максиром, которого уже можно было потихоньку выпускать в большой мир; работой, приносившей все больше удовольствия; разговорами с немногочисленными друзьями, а также «экскурсиями» по дворцу, которым я не уставала любоваться.

Это был целый отдельный мир. Со своими законами и жителями, бассейнами – озерами, станцией для посадки дирижаблей, рощами и садами на невообразимых высотах, дорогами, армией, школой и сотнями служб, обеспечивающих тысячи проживающих там постоянно и временно людей. Дворец начали строить много сотен лет назад. Сначала, он был более симметричен, но каждый новый правитель добавлял что-то от себя, соединяя, порой, новые части со старыми мостами; рыл в глубину; переделывал внутреннее убранство. И в итоге получилось то, от чего я приходила в восторг, исследуя и рассматривая каждые отдельные детали, натыкаясь постоянно на незнакомые помещения и любуясь то огромными общественными залами, то крохотными, камерными помещениями.

Нет, конечно, в моем пребывании в столице все было далеко не так радужно, как хотелось бы. Несмотря на то, что в наше крыло, где мы иногда проводили ночи вместе с Бежаном – страстные, невероятные, счастливые ночи – добраться было не возможно, прятаться я там не могла. У меня были свои обязанности, а также работа, потому приходилось не мало общаться с местной знатью, а это оказалось, по большей части, не слишком приятно, несмотря на безоговорочную поддержку нескольких весьма влиятельных магов.

Но гнобить – не строить. И высшие, отиравшиеся во дворце по самым разным причинам – от службы до отсутствия собственного дома – привыкли в этом смысле следовать законодательнице местной моды, в том числе в отношении кого-то.

А законодательницей была Инеза эр Джабари, не взлюбившая меня с самого начала. Она обладала невероятной способностью оказываться у меня на пути, да еще и не одна, а вместе с «воспитанницами» – задирающими свои точенные носики эртами в роскошных нарядах – и неизменно находила, чем меня уколоть.

– Мы должны рассказать Бежану, – кипятилась Каринэ, ставшая свидетельницей пары таких разговоров. – Она моя тетя, но вести себя так…

– Мы не будем ничего рассказывать, – возразила я мягко, – у твоего брата хватает сложностей сейчас, а ссорить его с родственницей – а он с ней поссорится, причем, боюсь, весьма громогласно – я не хочу. Дождемся того момента, когда меня объявят избранной, а потом уже будем разбираться. Но я все-таки не понимаю, что её так задевает? Сама же говорит – я никто…

– То, что ты её совсем не боишься, – усмехнулась рыжая, – И не являешься одной из этих подлиз, из которых должны выбирать наследники.

– Ч-что? – я опешила.

– «Воспитанницы» ей нужны для того, чтобы подложить к принцам в постель. Как она это провернула – не представляю, меня тогда не было еще, но ей хотелось почувствовать хоть какую-то власть, потому она отбирала и отбирает самых красивых и родовитых девушек и приближает их к себе, чтобы потом те стали фаворитками или любовницами, а если повезет – и женами наследников. На императора не замахивается – у того тяжелая рука. И знаешь, ведь Софио была из них. Там такой многоходовый был путь, чтобы добиться не просто связи с Эмзари, а брака, что даже отец удивился. Но братик не так уж глуп – он и сам со всем разобрался и женился только потому, что сам это решил. А потом вывел нашу маленькую блндиночку из под влияния Инезы.