Глава 24

Никогда, никогда, никогда не буду больше играть в детектива!

Пожалуй, это было первое, о чем я подумала, придя в себя после глубоко обморока – или что это было – в сопровождение сильнейшей головной боли и онемения во всем теле.

Следующей была не мысль, а волна паники, которую удалось подавить с большим трудом. Подавить, выровнять дыхание – чтобы не показать, что я очнулась – мысленно пройтись по всему телу целительным потоком, восстанавливая повреждения. По моим ощущениям, кроме мигрени, которая была следствием, скорее всего, даже не заклинания, а банального снотворного, пострадали только мои конечности – они были перетянуты чем-то – и бока. Вполне возможно потому, что меня швыряли, как тюк, набитый ненужными вещами.

Я прислушалась и принюхалась.

Тихо и свежо. Я бы даже сказала – холодно.

И нет ощущения, что рядом кто-то есть.

Осторожно открыла глаза, убедившись в этом полностью.

Я лежала на каменном полу, который даже не потрудились прикрыть коврами или соломой, в совершенно пустом помещении, одетая в одну нательную сорочку, бывшую на мне еще с утра.

Правда, тогда она находилась под моим собственным платьем.

Ни обуви, ни этого самого платья не наблюдалось. Как и моих украшений – а ведь парочка из них вполне могла послужить защитными артефактами.

Сняли всё, заменив странным, железным браслетом, который просматривался сквозь толстые веревки, связавшие мои руки.

Ноги тоже были связаны.

Хм, да ладно…

Вот вам распутывающее заклинание! И вот вам, и…

И ничего не произошло.

Я нахмурилась и снова прошлась заклинанием по узлам. И снова. Потом попыталась воздействовать на дверь. На свет. Что еще я умела, что могло помочь в этой ситуации?

Не важно. Ничего не работало!

Но я же только что вылечила себя…

Снова направила магию вовнутрь. Хм, самолечение – не проблема. Вообще воздействие на мое собственное тело или мысли все так же работало. Но тут же стопорилось, если это воздействие начинало выходить за его границы. Браслет…Похоже, в нем и есть причина.

Извиваясь, как червяк, все-таки села и оперлась спиной о холодную стену. Хорошо хоть согревающее плетение не требовалось выполнять с помощью рук, и оно сработало, а то в этой круглой комнате, где из мебели была лишь дверь и ничем не прикрытое узкое окно – из него, собственно, и дуло – меня просто выморозило бы.

Может, на то и был расчет? Что я замерзну?

Или просто буду медленно умирать, не имея возможности помочь себе магией – потому и нацепили этот ограничитель?

Так, получается, они были в курсе, что магия у меня есть?

Ох, и как отсюда выбираться? Если это вообще возможно…

Вопросы, вопросы.

И главный был в том, как черт возьми так получилось, что я совсем не верно оценила опасность – а ведь стоило понимать, что дворец слишком велик, а стражу можно вывести из строя…

И Бежан далеко. Отправился на очередной вызов – мы уже несколько суток не виделись. Хотя, думаю, доложат ему быстро. И так же быстро он помчится меня искать – ведь теперь, когда наша связь окончательно установлена, вряд ли потребуется много времени…

Или потребуется?

Я снова посмотрела на браслет.

Не может ли он не только ограничивать меня, но и скрывать?

Конечно, есть и другие способы для поиска, следы во дворце, например, – вряд ли и на этот раз боги будут препятствовать – но сомнительно, что заговорщики не учли всю мощь Бури… А значит, предусмотрели и это.

Снова захлестнула паника. Я сделала глубокий вдох. Выдох.

Тише, Стася, ты еще успеешь испугаться. Надо тщательно проанализировать все произошедшее – и, возможно, ты найдешь ответы на многие вопросы. Или увидишь пути решения…

Я постаралась сесть поудобнее, пусть со связанными конечностями это было не слишком возможно, и перебрала все события предыдущих дней.

– Стася, посмотрите, – эр Маквал восторженно ткнул в черную крохотную дрянь, извивающуюся на железной доске, ограниченной магическим контуром. – Она ожила! И действует, как мы полагали!

Я совсем не женственно присвистнула от радости.

А действительно получилось. Ведь когда мы вытащили все-таки того паразита, что убивал ловчего, он просто испарился с громким пшиком, как только попал на воздух, не оставив нам шанса ни изучить, ни понять источник его создания. Оставил только несколько незнакомых магических плетений.

Императорский лекарь тогда ужасно возмутился, что ему не позволили провести желаемые эксперименты. И задался целью повторить и создать такую же тварь на основе тех данных, что у нас были. И если с формой все далось довольно быстро, то с содержанием пришлось постараться. Необходимо было, чтобы сгусток жил, рос и проявлял неуемное желание потреблять питательные вещества до того, как они попадут в кровь человека – фактически, это означало, что человек не будет получать от еды ни калорий, ни прочих элементов – пришлось постараться.

И вот, пожалуйста, мы любовались на «новорожденного».

Эр Маквал сверился со своими записями:

– Так. Для того чтобы «пожиратель» начал грызть человека изнутри, ему нужно попасть в его тело в зачаточном состоянии – но не меньше размера ногтя. Вместе с пищей. И он должен быть прикрыт чем-то вроде магического плетения, иначе любой артефакт – да и опытный маг – определит его как яд. И вот тут возникает интересный вопрос – почему от моего дорогого друга решили избавиться именно сейчас – и именно таким образом?

– Про второе я уже думала, – пожала плечами. – Много ли заразы вы знаете, что невозможно диагностировать или излечить, и при этом чтобы ситуация не выглядела как убийство? Естественная смерть без расследования, дабы никто не докапывался ответа на первый вопрос.

Мы разговаривали об этом с Бежаном – просто я не делилась подобной информацией с лекарем. И пришли с принцем к выводу, что ловчий умудрился что-то узнать – а вот что, он и сам не был в курсе. Даже когда наследник погрузил его в особый транс, чтобы тот вспомнил чуть ли не всю свою жизнь во дворце.

А памятуя о том, насколько переплетены линии в этом мире, я подозревала – совсем чуть-чуть –, что эта попытка убийства была связана все с тем же заговором.

Ловчий после излечения сделался более осторожен; ну а мы продолжали изыскания и «восстанавливали» тварь. Надеясь не то чтобы получить от нее ответы – она не разговаривала; но, может, догадаться, кто обладал достаточными знаниями, чтобы эту штуку вообще придумать.

Я прошлась по кабинету, где мы работали, а потом вышла в основную лабораторию, и, стараясь не мешать никому, подошла к окну, бездумно глядя на наш сад-огород с лекарственными растениями.

Что-то настойчиво билось в моем сознании, какая-то мысль – но уловить её я пока не могла.

Ловчий. Вдовец и весьма взрослый мужчина. Где он бывал кроме дома? Приемы, императорские покои, ну и рабочие помещения – в его ведении находились чуть ли не все животные, принадлежащие императорской семье – от охотничьих до экзотических. Что-то с ним связанное?

Нет.

М-м…Тварь? Её воздействие? Похудение?

Удивительная ведь штука – худей – не хочу, и…

Стоп.

Именно!

То, за что так упорно цеплялся мой мозг наконец выплыло наружу.

Этот разговор я услышала некоторое время назад, во время так называемого «женского чаепития», которые обязаны были устраивать принцессы – а я обязана на них присутствовать, если не успевала придумать достаточно вескую причину, чтобы там не появляться.

Я в тот день задержалась, а когда пришла в «дневную гостиную», которую использовали для этих целей, замерла за перегородкой, представлявшую собой железные деревья с механическими птичками, не испытывая особого желания показываться. И услышала краем уха диалог двух девушек, одна из которых тихо жаловалась, что «растолстела, как крестьянка с пятью детьми», а вторая ей почти шепотом советовала обратиться к «тому самому» лекарю в квартале Стальной Розы, у которого есть некая штука, способная поглощать еду вместо худеющей.

Якобы, многие уже воспользовались.

Тогда я не придала этому разговору никакого значения, но вот сейчас мелькнула мысль, что ведь мог же кто из популярных среди эрт целителей придумать что-то для их нужд. А потом это могли использовать для совсем другого…