– Вообще с горючим, используемым в Р-5, ракетным войскам не повезло.

И все потому, что в ракетах ОКБ-1 использовалось совершенно неприемлемое для армии топливо на основе жидкого кислорода. С одной стороны, жидкий кислород обеспечивал повышенную энергетику ракет. С другой стороны – используя его, нельзя было обеспечить скрытность боевых ракетных позиции, потому как рядом со стартовой позиций необходимо было построить кислородный завод. Были проблемы, связанные с долговременным использованием такой ракеты на стартовой позиции, ведь ее жидкий кислород имел свойство постоянно испаряться. Ракету надо было постоянно доливать жидким кислородом.

Почему Королев предпочел кислород другим видам ракетных топлив? Вероятно, сказалось его знакомство в поверженной Германии в 1945 году с гитлеровским «оружием возмездия», то есть с разработанной немецким конструктором Вернером фон Брауном одноступенчатой ракетой ФАУ-2. Ее топливом были – этиловый спирт и жидкий кислород. Чтобы отойти в своих ракетных разработках в ОКБ-1 от несовершенной ФАУ-2, Сергей Павлович даже поручил своему заместителю В.П. Мишину провести научные изыскания по определению наиболее приемлемых видов топлива для них. Василий Павлович научно обосновал выбор топлива на основе жидкого кислорода, ибо лучшего топлива с повышенной энергетикой не найти! Королеву такой вывод понравился – энергетика превыше всего, она позволит прорваться в космос! Но на то, что кроме энергетики существуют еще и эксплуатационные требования в войсках, Сергей Павлович махнул рукой!

В то время в ОКБ-1 была даже предпринята попытка заместителем С.П. Королева В.С. Будником разработки ракеты на высококипящих компонентах топлива, удовлетворяющем войсковым эксплуатационным требованиям. Однако Сергей Павлович наложил на предложения Будника «вето». Мечта Будника исполнилась, когда он был отправлен Королевым в Днепропетровск, чтобы наладить там на вновь созданном ракетном заводе производство королевских боевых одноступенчатых кислородно-спиртовых ракет Р-5. Как рассказывают днепропетровские старожилы, тогда в городе «спирт лился рекой». Его потребление среди работников ракетного завода зашкаливало. Но не все предавались Бахусу. Заводской отдел конструкторов под руководством Будника делал первые шаги к созданию того, что было необходимо армии.

В книге «Призваны временем», изданной в Днепропетровске к 50-летию КБ «Южное» в 2004 году, четко отмечается, что руководители государства и военные ракетчики высказывали В.С. Буднику твердое убеждение в необходимости создания ракеты, лишенной недостатков Р-5. В том числе и кислородного, понижавшего боеготовность ракет. В Военно-промышленной комиссии при Совете Министров СССР настойчиво советовали главному конструктору только что созданной ракетостроительной организации М.К. Янгелю: «Надо непременно увеличивать дальность и боеготовность!»

Коллектив ОКБ-586 под руководством Янгеля выполнил огромный объем проектных и конструкционных работ, прежде чем из «королевской военной «неудовлетворенки» Р-5 получилась днепропетровская гроза американцам.

Янгелевцы заменили компоненты топлива на «высококипящие», противником чего был Королев. Отказались от радиокоррекции, но только с ней Сергей Павлович смог добиться приемлемого бокового отклонения головного атомного заряда. Радиокоррекцию заменила полностью автономная система управления с точнейшими гироприборами. Получилась надежная защита страны. За первым ее стартом, как рассказывают ветераны полигона Капустин Яр, наблюдал сам Королев. Увидев на старте созданную днепропетровцами ракету Р-12, сказал: «Что это за карандаш? Да он сломается, не успев взлететь!». Но тем не менее ракета стала для СССР мощным оружием.

Когда о нашей ракете Р-12 (в заводской документации она обозначалась как 8К63), узнали в США, то присвоили ей индекс – «СС-4». Р – 12 оказалась в то время настолько удачной, что послужила основой для создания в СССР нового вида войск – ракетного стратегического назначения. Ее дальность превзошла дальность Р-5 на восемьсот километров!

Взаимоотношения Янгеля и Королева были, как у конкурентов – олигархов при капитализме: кто опередит, выполняя заказ правительства, тому почет и деньги в кармане. В книге известного журналиста Ярослава Голованова «Королев – факты и мифы» приведено любопытное высказывание Сергея Павловича о Янгеле в то давнее время, когда Михаил Кузьмич был назначен начальником Королева:

«…только два года назад узнал, с какого конца ракету поджигать надо, а уже командует мною…».

Что было, то было! Некоторое время Янгель командовал Королевым! О том, что из этого вышло, рассказывать можно много. Но это отдельная история…

И вот пришло время днепропетровцам подставить плечо Сергею Павловичу.

Это была первая в стране конверсия!

В ОКБ-586 решили боевую ракету Р-12 (8К63) превратить в космическую, чтобы обеспечить массовое выведение на околоземные орбиты легких аппаратов. Такая ракеты была нужна телевизионщикам, связистам, ученым… В то время только мечтали о всемирном космическом телевидении, о космической телефонной связи между континентами, о полетах авиалайнеров на больших высотах. Не за горами были полеты космонавтов! Какое влияние окажут на них космические излучения? Это можно было выяснить, вынеся приборы за пределы атмосферы.

Однако нельзя сказать, что это космическое направление сразу же приобрело права в нашем ОКБ-586. Как и во многих принципиальных начинаниях, мнения специалистов разделялись. Одних беспокоило то, что если космос «пропишется» в нашем КБ, то пострадает наше основное направление – стратегические вооружения. Однако требование правительства обеспечить подстраховку Королеву расставило все по своим местам. Тема «ракета-носитель» заняла свое место в кабинете Янгеля.

В своих воспоминаниях академик Будник написал:

«Было ясно, что у одноступенчатой 8К63 не хватит энергетики для выведения на околоземную орбиту аппарата массой около 500 килограммов, что было желательно для обеспечения решения в космосе задач, поставленных перед нами Академией Наук СССР. Мы с Янгелем стали обдумывать, что может препятствовать установке на 8К63 второй ступени? Ветер? Не опрокинется ли под его напором ракетная «свеча»? Расчеты, выполненные нашими специалистами, показали, что этого не должно произойти. Но решили подстраховаться. Ввели на старте дополнительные крепления – расчалки.

Чтобы не строить новый старт, было решено использовать шахтный старт для Р-12 в Капустином Яру. В степи издалека была видна над холмом вторая ступень, не вмещавшаяся в шахту, и рядом ажурная надстройка обслуживания.

Ракета – носитель спутника получила в документации обозначение 11К63, а в только что созданном космическом реестре – 63С1.

Встал вопрос и немаловажный: а как обозначить спутник? В документации ОКБ-1, у Королева, был индекс «МС». Он был расшифрован нашими сотрудниками как «Московский спутник» (в действительности королевцы вкладывали в нее иной смысл – «Малый спутник»). Было решено обозначить наше днепропетровское детище – «ДС-1», что означало бы «Первый Днепропетровский спутник».

Ведущим за их разработку был назначен заместитель Янгеля В.М.Ковтуненко, ведущим конструктором – В.А.Пащенко. Работы курировал первый заместитель Янгеля В.С. Будник.

В.А. Пащенко вспоминал впоследствии:

– Михаил Кузьмич поручил мне написать проект постановления партии и правительства о создании 11К63 (63С1). В то время партия ставилась на первое место. Я написал, как понимал. Янгель прочитал, улыбнулся – по технике все правильно, а по бюрократии нет. Садись, записывай. И начал мне диктовать.

В.А. Пащенко, Ю.А. Сметанин, Н.Ф. Герасюта, Н.А. В.Ф. Уткин, Жариков, В.И. Данельский, А.И. Скворцов, В.И. Кукушкин, Н.Е. Зыков и другие причастные к проектированию 11К63, были молоды, энергичны. Энтузиазма и талантливости было не занимать. Строго выдерживался принцип – проще, надежнее, дешевле, быстрее. Документация без проволочек передавалась в заводские цеха. Там под наблюдением конструкторов изготавливали детали, узлы, собирали макеты, а затем и первые образцы носителя для огневых испытаний и, наконец, старта.