фискальную структуру. Практически каждая сатрапия имела

специфическую систему налогообложения (налог с

недвижимости или подушный), отработочную повинность,

таможни. И особенно широко Александр пользуется

сокровищами, накопленными во дворцах Ахеменидов.

Та же гибкость наблюдается и в местном управлении. Везде,

кроме крайних восточных областей, где большие территории

находились под военным управлением, административной

единицей остается сатрапия. Сначала сатрапами были, за

исключением Малой Азии и Сирии, местные властители, но

Александр быстро заменяет их македонцами и греками. Сатрапы

представляют собой лишь гражданскую власть, военная

доверена стратегам, которые зависят только от царя. На

должностях среднего звена он оставляет представителей

коренного населения, так как только они разбираются в

тонкостях местных языков и традиций. Таким образом,

Александр мудро сохраняет за каждым регионом привычную

систему управления, не пытаясь сгладить разнообразие частей

многоликой империи.

Практика сотрудничества определялась новой политикой.

Александр не был поборником панэллинизма. Он стремился не к

подчинению и уничтожению завоеванных народов, а, наоборот,

к слиянию их с греками в единое гармоничное целое, в которое

каждый внес бы свою лепту.

И лучший способ достичь этой цели царь видит в

смешанных браках. Он подает пример – женится на Роксане,

дочери одного из владык Согдианы, а затем на трех персидских

принцессах. По возвращении из Индии большинство его

военачальников и десять тысяч солдат в один <9> день

торжественно сочетаются браком с местными девушками

(«свадьба в Сузах»). Александр приказывает воспитывать

тридцать тысяч иранских детей на греческий манер.

Однако ему видна была и опасность, таившаяся в подобной

политике. Увенчанный коронами «великих царей», ученик

Аристотеля остался верен эллинству. Наиболее надежный

11

способ обеспечить эллинизацию Востока, – это основание

новых городов. Большинство из них он назвал своим именем.

Александрии (а их было самое меньшее 34) имели военные,

административные и экономические функции. Формально

снабженные некоторыми учреждениями, свойственными

греческим полисам, они подчинялись власти правителя. Много

столетий они оказывали значительное влияние на соседние с

ними области, хотя не у всех у них была слава Александрии

Египетской, призванной стать одним из самых прекрасных

городов мира. Градостроительство и эллинизация шли рука об

руку, но Александру были известны и другие способы

распространения великолепной греческой культуры: внедрение

греческого языка.

Для воспевания своих подвигов он приглашает таких

известных художников, как Лисипп и Апеллес, организует

музыкальные и спортивные состязания, как у себя на родине.

Почитая олимпийских богов, Александр вместе с тем

проявляет достаточную терпимость и лояльность к другим

верованиям. Например, он привозит из Индии старого брахмана

Калана и разрешает ему ритуальное самосожжение на костре,

тратит большие средства на восстановление храма Мардука в

Вавилоне и храма Амона в Карнаке.

Исследователи заслуженно отдают должное страстному

интересу Александра к духовной жизни, но, надо добавить, что

он еще и весьма трезво мыслил, понимая, что лишь обмен (в

широком смысле) может обеспечить действительное

объединение империи. Так, он способствовал обмену

животными и растениями между отдаленными областями,

который был своего рода предвосхищением селекции во

времена эллинизма. Для переселения людей (еще более важного

обмена) он строит и перестраивает дороги, каналы, порты, доки,

корабли. Следуя гениальной интуиции, Александр вводит в

империи единую монету – македонские монеты, чеканенные по

аттическому весовому стандарту, заменившие в Азии более

тяжелые дарики. <10>

Установление культа царя

В Греции не было четкой границы между миром людей и

миром богов. Так, герои – основатели городов получали свою

долю культа. Кроме того, в тех городах, где существовала

12

царская власть, сохранялось почитание предков царских

династий. Восток же на протяжении тысячелетий давал

примеры теократических монархий, в которых царь был либо

богом (как в Египте), либо служителем бога (как в

Месопотамии). Именно в такой неоднородной среде Александр

создает свой культ.

Попытки укрепления власти человека с помощью богов были

и до него. Клеарх, установивший греко-варварскую тиранию 20 в

Гераклее Понтийской, объявил себя сыном Зевса, окружил свою

особу литургическим церемониалом и потребовал от подданных

проскинезы (коленопреклонение, земной поклон). Филипп II

пошел дальше: во время религиозных шествий его скульптурное

изображение несли за статуями двенадцати олимпийских богов;

он заказал Леохару скульптурную группу из золота и слоновой

кости, представлявшую его самого в окружении близких,

рассчитывая поместить ее для почитания в толос 21.

Однако по-настоящему широкий размах культ царя приобрел

при Александре. Убежденный в своей божественной миссии

благодаря оракулу в Сиве, он во всем видит подтверждение

этому: в блистательных успехах, в своей безумной отваге на

поле боя, в походе к берегам Инда, столь напоминавшем

завоевание Индии Дионисом. Как же было не увериться в своей

божественности ему, раздвинувшему границы возможного,

достигшему стольких побед? Но с вполне земной точки зрения

он ясно видел те преимущества, которые можно было извлечь из

этого божественного положения: только культ владыки, живого

воплощения бога на земле мог надлежащим образом объединить

империю, пеструю по территориальному, национальному и

религиозному составу.

Итак, Александр почти полностью перенимает придворный

церемониал Ахеменидов, при котором особе царя воздаются

почести, близкие к божественным. Однако на определенном

этапе дало о себе знать сопротивление греков, не желавших

допустить обожествления живого человека и возмущавшихся

проскинезой, о настоящей природе которой при дворе «великого

царя» они не имели <11> понятия. Для них это был акт скорее

умилостивления, нежели поклонения.

Тогда Александр в гневе расправляется с эллинской

оппозицией: казнит Клита, бросает в темницу Каллисфена,

племянника Аристотеля 22. Постепенно оппозиция ослабевает.

Афины воздают ему почести, как новому Дионису. В 324 г. до н.

13

э. греческие полисы посылают в Вавилон феоров (послов,

направляемых к богам) для возложения на Александра золотого

венца.

Таким образом устанавливался культ царя, самая верная

основа автократии, выраставшая из поисков греческой

философской мысли и монархических традиций Востока.

Смерть титана

Александр умер внезапно перед самым отъездом из

Вавилона. В связи с этой скоропостижной кончиной о

некоторых из его приближенных говорили недоброе 23, однако

историки полагают, что умер он от малярии, которая быстро

завладела его организмом, истощенным в постоянных кутежах,

уставшим от бесконечных походов, ночных бдений,

ослабленным ранами.

Двенадцать с половиной лет (336–323) царствования. Его

деятельности легко можно дать отрицательную оценку:

ненужные насилия; страсть к излишествам безмерно

возгордившегося царя; расправы над обеспокоенными

введением проскинезы и слиянием народов греками

(последнему они предпочли бы грубое порабощение

побежденных); чрезмерное расширение империи, которая не


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: