7. Честь по-варварски (7)

7. Честь по-варварски (7)

− Похоже, из тебя выйдет неплохой Король-Солнце, − усмехнулся граф, поглядывая на молодого человека, озадаченно читающего доклады о состоянии графств, явно обживая королевский кабинет, пустовавший при правлении Огюста.

− Это громко сказано, − ответил Антракс, откладывая в сторону бумаги и нервно потирая переносицу. – Без вас и Лилайны мне с этой ролью не справиться. Ресурсы Рейна состоят из того, чем я совершенно не умею управлять. Для меня это ваше сельское хозяйство хуже сунского языка. Вот почему в графстве Шан пшеницу собирают три раза в год, а в Денре – два?

− О, это очень просто.

− Нет, − перебил графа Антракс, отгораживаясь ладонью. – Я вас умоляю, не сейчас. Я сойду с ума, если вы мне поведаете еще одну вашу простую историю. Не сегодня.

Граф рассмеялся.

− Ну, раз уж сегодня церемония, так и быть, не стану тебя мучать.

− До сих пор не верится, что Лилайна добилась разрешения на заключение брака в таком возрасте, − прошептал Антракс, откинувшись на спинку кресла и закрывая глаза.

− Она красиво обосновала, что проявить уважение к традициям Эштара и заключить брак сейчас – хороший шанс для закрепления мирных отношений с твоей родиной. Я думал, это была твоя идея.

− Это была ее идея, − улыбаясь ответил Атракс.

− Ну, эта свадьба явно формальность, спите вы все равно вместе.

Антракс приоткрыл глаза.

− Это так очевидно?

− Слухами Рейн полнится о союзе эштарца и принцессы, но ты почему-то нравишься людям, особенно жителям Рок-Рена. Они хорошо тебя помнят еще с того времени.

Антракс пожал плечами, пытаясь убедиться, что он не забыл слова клятвы. Граф понимая, что жениха явно стоит оставить одного, быстро исчез, пытаясь выяснить, как обстоят дела у невесты.

Он ожидал увидеть панику или волнение, но Лилайна загадочно улыбалась, позволяя себя одевать и причесывать. Она не волновалась совершенно, легко дала свою руку графу и также легко шагнула с ним в храм.

Антракс был уже там, не изменяя черному цвету. Лилайна же в длинном шелковом платье, белоснежно белом и простом, шагнула к нему.

Теперь свидетелями их союза был весь Рейн и целых два бога. Бог Долины, обнимая свою супругу – Богиню Солнца, сжимал ее руку. Сверху на их ладони Лилайна первой положила левую руку. Антракс, улыбаясь, закрыл ее ладонь своей рукой. Они смотрели друг на друга, приближаясь и прикасаясь свободными руками, переплетая пальцы, и не сводя друг с друга глаз.

− Лилайна Вильям Рен-Ро, с чистым ли ты сердцем пришла сюда? – говорил откуда-то жрец.

− Да, − отвечала Лилайна, глядя в синие глаза.

− Антракс Эйен Клен Дерва, готов ли ты хранить чистое сердце девы тебе нареченной?

− Да, − как никогда мягким голосом ответил Антракс, не сводя с нее глаз.

− Готов ли ты принять строну ее и род ее, как свой?

− Да.

− Тогда принесите клятвы, пред Богами − свидетелями вашими.

Их руки соскользнули со статуи. Он крепко сжал ее ладонь, все так же, не отводя от нее глаз, не замечая, как над ними обоими сейчас служители храма держали две короны. Так уж выходило в традициях Рейна, что подобные свадьбы становились и коронациями, словно Антракс брал в жены не только женщину, но и ее страну. Еще вчера это казалось эштарцу смешным, а сегодня сердце замирало, когда он слышал ее слова:

− Клянусь любить и почитать мужа своего, как хранителя, как правителя, как отца рода моего.

− Клянусь любить деву мне нареченную, хранить ее имя и честь жизнью своей, − отвечал он ей. – Клянусь служить Рейну, как дому моему и с честью принять имя новое, имя последователя Рен-Ро.

− Каким будет это имя? – спросил жрец.

Пара медленно повернулась спиной к статуям, чтобы посмотреть на знать, заполнившую храм, на простой люд, собравшийся на улице подле двери. Они оба улыбались, вместе произнося имя только что основанного рода:

− Эейн-Рен.

Люди стали медленно опускаться на колени, пока Антракс сильнее сжимал ладонь своей жены.

− Я принимаю вашу верность, дети Рейна, и обещаю беречь и ее, и ваши жизни, и ваши души, и земли долин.

Короны опустились на головы короля и королевы.

«Она снова моя», − думал Антракс.

«Он мой», − думала Лилайна, мечтая, наконец, остаться с ним наедине.