Следовательно, к моменту возникновения войны вопрос о дегенерации европейского населения оставался открытым. Вполне естественно возникает мысль, не является ли война тем моментом, который вывел население Европы из состояния евгенического равновесия, во всяком случае неустойчивого и с трудом сохраняемого, и толкнул его в сторону бесспорного вырождения? Ответ на этот вопрос попытаемся дать позднее.

Другим важным вопросом, выдвинутым еще Г. Спенсером, наметим следующий: в какой мере естественный отбор, являющийся евгеническим фактором, повышающим ценность расы, устраняется или искажается социальными условиями существования человеческих коллективов и одновременно замещается явлениями контраселекции?

Не останавливаясь на рассмотрении этого обширного вопроса, укажу только, что ответ на него дается, в общем среднем, в положительном духе, т. е. условия человеческих общежитий искажают естественный отбор и дают обширную возможность размножению так называемых «минус-вариантов» или «нисходящих вариаций», иначе говоря – людей, обладающих отрицательными физическими и психическими свойствами. С другой стороны, в человеческих обществах нередко обнаруживается контраселекция в форме контраселекторной элиминации, т. е. устранение ценных элементов вследствие именно их особенной ценности, и контраселекторной селекции, т. е. отбор и переживание малоценных элементов вследствие именно их особенной малоценности. Интересно указать, что Плётц и Гольдштейн в контраселекторной элиминации особенно большое значение придают именно воинской повинности и войне.

Третий основной вопрос, определяющий размер области теоретического изучения и практического применения евгеники, представляется в следующей форме: передаются ли по наследству приобретенные свойства индивидуума?

И на этот вопрос даются диаметрально противоположные ответы. В то время как Ламарк и Дарвин признавали наследование признаков, приобретенных организмом в течение жизни под влиянием внешних воздействий или употребления и неупотребления. Вейсман и его школа совершенно отрицают возможность передачи по наследству приобретенных свойств. Если встать на точку зрения Вейсмана, то вся евгеника сводится к культивированию зародышевой плазмы.

Обращаясь к вопросу о наследственности у людей, мы должны прежде всего подчеркнуть, что она подчиняется общим законам менделистического наследования, т. е. правилу доминирования и промежуточного гибридизма, закону расщепления, правилу независимости генов и т. д.

При наследовании патологических уклонений, признаки могут быть так же, как и других организмов, доминантными или рецессивными; к первой группе относятся брахидактилия и полидактилия, гипоспадия, диабет и т. д. К болезням рецессивного характера относятся эпилепсия и слабоумие. Весьма интересную особенность в учении о наследственности и важную в евгеническом отношении составляют такие болезни, как гемофилия и дальтонизм, наследование которых связано своеобразными отношениями с полом.

Наконец, следует указать, что для евгеники большое значение имеют, кроме параллельной индукции, также явления, выражающиеся в воздействии внешних условий существования или различных специфических факторов на зародышевую плазму в смысле изменения ее свойств, хотя бы на протяжении одной или двух генерацией; для таких явлений я предложил бы название генетической индукции, относя к ней различные инфекции, как например, сифилис или туберкулез, далее интоксикации (алкоголизм, промышленные отравления свинцом, ртутью, фосфором), физиологические условия (характер питания, голод, низкая или чрезмерно высокая температура), психические воздействия, как то: длительный страх, беспокойство, заботы и т. д. Изучение многообразных условий генетической индукции должно войти в область нашей науки, а условия эти квалифицироваться, как евгенические.

Сделавши предварительные замечания, обратимся к евгеническому анализу явлений войны, причем под войной мы будем подразумевать совокупность вооруженных столкновений в борьбе национальной, гражданской и классовой.

Прежде всего посмотрим, как характеризуется война с точки зрения евгенической селекции. Нет сомнения, что такое социальное явление, как война, должно отразиться на отборе и прежде всего в направлении неселекторной элиминации, т. е. в уменьшении населения страны вследствие безвыборного уничтожения как ценных, так и малоценных элементов; так, нужно считать, что население Германии, Австро-Венгрии, Франции и Англии потеряло за время войны, в круглых цифрах, 17 миллионов человек, включая сюда убитых, умерших вследствие повышения смертности сверх средней нормы и неродившихся вследствие понижения рождаемости. Для России только за четыре года – 1917-1920 – аналогичное число превышает по приблизительному расчету 30 миллионов человек.

Селекторная элиминация, т. е. устранение из жизни нации малоценных элементов, во время войны выражена в сравнительно слабой степени, так как эти элементы подвергаются меньшей опасности, чем плюс-варианты. Наоборот, контраселекционная элиминация выявляется во время войны в особенно резкой степени, так как воинская повинность извлекает из населения наиболее здоровую часть мужчин в рабочем возрасте, а из призванных – наиболее мужественные, благородные и самоотверженные индивидуумы с развитым альтруистическим чувством подвергаются большей опасности и погибают в большем числе. А число элиминированных мужчин достигает огромных цифр; именно, за последнюю войну, убито и умерло от ран воинов:

в Германии 2.100.000

в Австро-Венгрии 1.500.000

во Франции 1.400.000

в Англии с колониями 1.060.000

Всего 6.060.000

Наконец, контраселекторная селекция, т. е. отбор малоценных элементов, тоже должна иметь место в стране во время военных действий, так как подобные элементы сознательно и всеми доступными им средствами избегают опасностей, связанных с исполнением гражданского долга.

Понижая рождаемость, война затрудняет явление естественного отбора. Согласно данным Дюринга, абсолютные числа рождений в воевавших странах за 5 лет выражаются следующими цифрами (в тысячах):

Мы видим, следовательно, что в общем число рождений в западноевропейских странах уменьшилось почти на половину, причем есть основания предполагать, что генерации, явившиеся на свет во время войны, дадут вариационные кривые более низкие, а может быть даже асимметричные в сторону минуса, т. е. с большим относительным числом нисходящих вариаций по сравнению с генерациями мирного времени.

Убыль мужчин и высокая смертность детей и стариков, которая обычно сопровождает войны, изменили половой и возрастной состав населения.

Действительно, половой состав населения, для некоторых стран, в возрасте от 18 до 45 лет, выражается для двух лет – 1913 и 1919 – следующими цифрами:

На 100 мужчин приходилось женщин: