Доказано, что различные вредные влияния, которым подвергается беременная женщина, как интоксикация, особенно алкоголем, истощающей труд, и отсутствие необходимых гигиенических условий питания и жилища отражаются на потомстве, которое рождается хилым, нежизнеспособным и расположенным к душевным заболеваниям; поэтому необходимо поставить беременную женщину в соответствующие условия жизненной обстановки как путем пропаганды гигиены беременности, так и путем законодательным, что отчасти у нас и сделано.
Перейдем к рассмотрению последнего из поставленных вопросов – о предупреждении и прерывании беременности в случаях, грозящих потомству недоразвитием нервной системы и передачей психопатического предрасположения. Вопрос распадается на две части: предупреждение зачатия и прерывание беременности. На первую половину его ответить проще: во всех случаях, связанных с угрозой рождения патологического потомства, следует рекомендовать предупреждающие зачатие меры. Ответ на вторую половину поставленного вопроса значительно сложнее: во-первых, здесь дело идет о показаниях к прерыванию беременности из-за соображений опасности для беременной женщины, во-вторых, о прекращении беременности на основании опасности для потомка унаследовать психопатические свойства родителей.
Опасность для беременной женщины может основываться на двух соображениях: возможности заболевать душевным расстройством в связи с беременностью и родами (психозы беременности и послеродовые психозы) и наличность душевной болезни у беременной независимо от беременности, иначе говоря, о забеременении душевнобольной. Поскольку тот и другой случай является показанием для прерывания беременности?
В некоторых случаях в связи с беременностью развиваются тяжелые хронические симптомы и эклампсические приступы; то и другое является показанием для производства аборта, так как вслед за этой операцией указанные тяжелые осложнения обыкновенно прекращаются. Сама по себе душевная болезнь не представляется показанием для производства аборта, так как течение беременности и роды у душевнобольных обыкновенно протекают благополучно, не отражаясь неблагоприятно на течении психоза беременной и родящей женщины. Жолли выделяет случаи тяжелых депрессивных состояний, связанных с упорным стремлением к самоубийству, при которых он считает производство аборта показанным; однако, необходимо иметь в виду, что в таких случаях дело идет о тяжелом маниакально-депрессивном психозе, на течение которого аборт обыкновенно не оказывает влияния, следовательно, и это показание для производства выкидыша отпадает; последнего взгляда держится и Крепелин. Случаи послеродовых психозов также могут служить лишь весьма относительным показанием для производства выкидыша: часть этих психозов обусловливается недостаточно тщательным проведением родового акта, частью же родовой акт является вызывающим моментом для развития припадков маниакально-депрессивного психоза, который в другой раз наступает и помимо беременности и родов. Если же установлено, что повторная беременность и роды сопровождаются развитием душевного расстройства, то может возникнуть вопрос об искусственном прерывании беременности. В таких случаях выкидыш может быть произведен; но гарантировать, что вслед за ним не разовьется душевного расстройства, нельзя, – при этом условии оно представляется лишь менее вероятным. Во всяком случае, речь может идти лишь о производстве выкидыша, а не о преждевременных родах.
Посмотрим теперь, как разрешается вопрос об искусственном выкидыше с евгенической точки зрения, с точки зрения охраны здоровья будущего поколения и дальнейших могущих от него последовать поколений.
Здесь показания для производства искусственного прерывания беременности расширяются, и в тех случаях, когда опасность для потомка родиться хилым, мало жизненным, обнаруживающим психопатические задатки, представляется несомненной, прерывание беременности должно быть показанным, если доведение ее до конца даже не грозит здоровью матери какими бы то ни было осложнениями; я бы признал производство выкидыша допустимым и в тех случаях, в которых указанная опасность для потомка не только представляется несомненной, но весьма вероятной. Регламентация таких случаев находится в тесном соотношении с основаниями, ограничивающими вступление в брак. Во-первых, сюда относятся случаи двусторонней психопатической наследственности как в смысле выраженной душевной болезни обоих родителей, так и в смысле психопатического отягощения их обоих; далее, сюда относятся случаи хронического алкоголизма обоих родителей. При односторонней наследственности показания должны устанавливаться строже, и я ограничил бы их следующими основаниями: умственным недоразвитием отца или матери и близким к беременности по времени заражением сифилисом отца или матери. К более широкому установлению показаний для производства аборта необходимо отнестись с крайней осторожностью, так как односторонняя психопатическая наследственность дает всего около 30% передачи психопатических задатков потомству, поэтому прерывать беременность при таких условиях было бы неправильным, и, расширяя показания, можно вступить на очень скользкий путь утраты ясного и точного критерия. Устанавливая показания для производства искусственного прерывания беременности, следует тщательно проследить и изучить восходящую наследственность пациентов, выяснить, как и в каком направлении передавались патологические задатки и только после этого решить вопрос об оперативном вмешательстве, индивидуализируя каждый отдельный случай.
Искусственное прерывание беременности представляется частичным случаем в широком вопросе психического оздоровления будущих поколений. Несравненно большее значение принадлежит мерам профилактическим, которые отчасти были указаны выше. Существенно важною мерою было бы расширение призрения душевнобольных в специальных заведениях и изъятие из населения тех элементов, которые могут быть явно опасными в евгеническом отношении, но мы еще очень далеки от этого. Конечно, такие меры мыслимы лишь при соответственных гарантиях со стороны государства. Вопрос о применении искусственного прерывания беременности имеет важное значение постольку, поскольку мы встречаемся с конкретными случаями.
Резюмируя сказанное, я считаю возможным выставить следующие положения:
1. Для борьбы с психопатическим вырождением населения необходимы широкие государственные мероприятия, выполняемые в очень важной части и в настоящее время.
2. К числу таких мероприятий относится проведение запретительной системы по отношению к спиртным напиткам при условиях борьбы с ее отрицательными сторонами и при широкой пропаганде трезвости; настоящее законодательство, ограничивающее потребление алкоголя, должно рассматриваться лишь в качестве этапа на пути к полной трезвости.
3. Энергичная борьба с распространением сифилиса.
4. Широкое развитие дела лечения и призрения душевнобольных, эпилептиков, идиотов и умственно-отсталых, хронических алкоголиков и наркоманов вообще.
5. Широкая пропаганда условий здоровых браков, дающих здоровое потомство.
6. Законодательное запрещение браков между кровными родственниками, браков с душевнобольными, слабоумными, тяжелыми дегенератами, хроническими алкоголиками и наркоманами (до их излечения), эпилептиками, сифилитиками (при условии недостаточного лечения сифилиса и близкого ко времени заключения брака заражения).
7. Охрана здоровья беременной и кормящей грудью женщины.
8. Хотя душевная болезнь матери не представляется сама по себе основанием для искусственного прерывания беременности, кроме некоторых случаев послеродовых психозов, но, принимая во внимание интересы душевного здоровья потомства, беременность может быть прерываема, в случае желания и согласия матери, при двусторонней психопатической наследственности, проявляющейся у супругов, при хроническом алкоголизме обоих родителей, психического недоразвития одного из них и близкого к беременности по времени заражения сифилисом одного из них.