– Есть. Сырая, – грустно сказал Абрам.

– А мука есть?

– И мука есть, – признал Абрам.

– Хорошо! А яйца?

Абрам вздрогнул.

– Нет! Нет никаких яиц!

– Авгу-у-у-сто! – взвыл Офзеринс. – Мы опять остались без вареников! Скажи Кармелите, что я умер!

Лорд обрушился на пол и начал колотить его с дикими завываниями.

– Офзеринс, заткнись! – прикрикнул на него Вингер. – Этот подонок сказал «нет» так, что навел меня на подозрения. Есть у него яйца!

Лорд с надеждой посмотрел на него.

– Точно? – спросил он.

– Да конечно! – вмешалась Рели. – Я знаю, где лежат.

– Религия! – крикнул Абрам. – Одумайся! Ты же знаешь, как трудно сейчас найти хорошую несушку!

– Отстань, противный, – машинально сказала Религия, поднимаясь по лестнице.

Они вдвоем с Вингером подошли к кладовой, где нашли и муку и яйца.

– Ты когда-нибудь делала вареники? – спросил Вингер.

– Нет, но у меня сложилось впечатление, что этим займется лорд.

– У меня тоже, но мы ведь не доверим ему этого занятия. Надо хоть проследить! Ну, я к тому, что надо хотя бы приблизительно знать, как их готовят.

– А, ну, приблизительно-то я знаю. Все взяли?

– Вроде, да. Пошли.

Они спустились вниз, и Офзеринс мгновенно завладел продуктами. Никто не успел и глазом моргнуть. В течение пятнадцати минут он приготовил кучу теста и начал его раскатывать. К стряпне были привлечены все. Даже Морлок был допущен к этому действу. Вот тут-то и встал вопрос:

– Где Эвил?

Вопрос повис в воздухе. Разве что, Вотзефак задумчиво уставился в окно, Вотзехелл вздрогнул и отвернулся, а Синеман слишком натурально изобразил удивление.

– Так, вы трое, колитесь! – потребовал Вингер.

– Кто, мы? – обреченно спросил Вотзефак.

– Вы. Где Эвил?

Через минуту все прохожие, случайно оказавшиеся рядом с домом Абрама, мучительно покраснели и поспешили убраться подальше. Такой слитный хор мата дано было выдержать не каждому. Прошло еще несколько секунд, прежде чем толпа возбужденных подростков, среди которых было двое пожилых людей, высыпала на улицу.

– Козлы! Дебилы! Вашу мать! – закончил разнос Вингер. – Что встали? Бегом за ним!

– Погоди, погоди! – остановил его Вотзефак. – Куда за ним? Зачем? Он же профессиональный резидент! Что может случиться?

– Ты лучше заткнись! – посоветовал Годоворд. – Ты ничего не понимаешь! Тебе он никто, а нам он – брат!

– Знаю, – кивнул Вотзефак. – Поэтому я его и послал.

Вингер хотел что-то сказать, но буквально захлебнулся в эмоциях. В результате он просто взвыл и начал кругами бегать по двору.

– Да он и сам был не против! – крикнул ему Вотзефак. – Говорит, засиделся. А нам за ним идти не надо. Мы его только демаскируем.

– Это он сам сказал? – спросил поэт, остановившись.

– Ага.

– Хорошо. Идем в дом. Но запомните, вы, трое! – Вингер поочередно показал пальцем на виновников ситуации. – Если он не вернется, я вас похороню. Понятно?

– Ясно, как день! – улыбнулся Вотзефак. Однако когда Вингер отвернулся и пошел в дом, он с тревогой посмотрел в ту сторону, где должна была находиться крепость Гана.

Резидент Эвил, нисколько не скрываясь, подошел к вратам крепости. Ему посчастливилось поймать попутку, и он был избавлен от сомнительного удовольствия идти пешком через город, в котором власть дона Гана чувствовалась на каждом шагу. В сущности, город этот не слишком отличался от деревни. Просто был побольше и побогаче. Люди здесь пытались сделать вид, что они из другого теста. Чуть выше задирали нос, чуть лучше одевались и брезгливо смотрели на «заезжую деревенщину».

Крепость находилась за чертой города, в нескольких сотнях метров от нее. Ее окружали пустынные земли. Сам замок, видневшийся за крепостной стеной, был громаден. Такая колоссальная махина из черного камня. Изнутри, правда, доносились веселые возгласы и смех. Жизнь кипела всюду.

Эвил постучал в ворота специальным кольцом, приделанным к ним. Наверху, в трех метрах от земли, открылось окно, и высунувшийся привратник посмотрел на гостя.

– Кто такой? Чего надо? – спросил он.

– Я от Стравцова, – не задумываясь, ответил Эвил.

– К дону? – переспросил привратник.

– К нему, к нему.

– Его сейчас нет на месте.

Эвил немного обеспокоился. Где это может шляться дон, когда такое происходит?

– Ну, я думаю, вы меня не прогоните? – спросил он. – В противном случае, дон будет сильно недоволен.

– Ладно, заходи! – решил привратник и исчез.

Через минуту загремел отодвигаемый засов, и ворота отворились. В лицо Эвилу немедленно ткнулись несколько автоматных стволов. Один из стражников торопливо обыскал его.

– Колющее, режущее, огнестрельное? – осведомился он.

– Искрометное чувство юмора, – признался Эвил.

Стражники заржали.

– Проходи! – привратник махнул рукой. – Дон должен быть к вечеру.

– Я подожду, – кивнул Эвил, проходя внутрь. Ворота за ним закрылись.

Внутренний двор крепости представлял собой совершенно особый микромир. Суровые бандиты, ни на секунду не расстающиеся с оружием, пели песни, смеялись, затевали шуточные и не очень драки, пили вино. К Эвилу немедленно подбежал парнишка, видимо, делающий первые шаги в коллективе, и очень этим гордый.

– Здорово, брат! – крикнул он и сунул резиденту початую бутылку вина.

– Здорово, – ответил Эвил, отпивая из бутылки. Вино было изрядно крепленым, но вкусным.

– Ты из крепости? – спросил он. – Какой отряд? Меня зовут Филин.

– Я Эвил. Нет, не из крепости. У нас с доном свои дела.

– О, да ты знаешь самого дона? – удивился Филин. – Я встречался с ним только раз, когда приносил присягу! Говорят, суровый дядька!

– Кому как, – пожал плечами Эвил. – Где тут у вас посидеть можно?

– Пошли! – Филин хлопнул Эвила по плечу и повел куда-то в глубь двора.

Эвил осматривался. Он давненько здесь не был, и многое изменилось. Например, стало больше оружия. Оно просто валялось везде, где ни попадя. То и дело он спотыкался об винтовки, автоматы, а один раз чуть не наступил на гранатомет.

– Много у вас пушек, – заметил Эвил.

– Да, ерунда! – махнул рукой Филин. – Этого добра дон не ценит. У него все оружие Прошлого Мира.

– Прошлого мира? – переспросил Эвил.

– Да, так мы называем мир, каким он был до войны.

– Я был тут несколько месяцев назад, – признался Эвил. – Тогда такого не было.

– Еще бы! – Филин с гордостью пнул связку гранат, заставив резидента вздрогнуть. – Пару дней назад дон отправил экспедицию в выжженные земли. Они нашли руины городов и набрали там много оружия.

Они подошли к симпатичному летнему кафе. Часть столиков была занята, но они с легкостью нашли один свободный и сели. К ним немедленно подлетела симпатичная официантка и осведомилась о заказе.

– Мне шашлык! – сказал Филин. – Пару палок.

– Мне, пожалуй, тоже, – согласился Эвил. – И кружку пива. Светлого.

Официантка кивнула и умчалась на кухню.

– Классная девчонка, да? – спросил Филин, подмигнув.

– Есть немного, – равнодушно сказал Эвил. – А что, с ней можно поразвлечься?

– Ты что! – испугался Филин. – Тут с этим строго! Официантки, танцовщицы – неприкосновенны. Если, конечно, сами не захотят. Ну, только в свободное от работы время. Но не расстраивайся, подстилок тут тоже хватает!

– Да я и не расстраиваюсь, – заверил его Эвил. – Просто интересуюсь.

– Ну, если надумаешь – дай знать!

– Обязательно. Ты упомянул об экспедиции…

– Да! – спохватился Филин. – Представляешь, что они нашли, кроме оружия?

– Ну?

– Это закрытая информация, но ты-то свой парень, болтать не будешь?

– О чем речь!

– Ну вот: они нашли людей.

– Людей? – удивился Эвил. – В руинах?

– Не совсем в руинах. Там такие же государства, как наши, представляешь? Конечно, не совсем такие. Точнее, совсем не такие. Там дикари живут, в общем. Строят шалаши, охотятся, ягоды собирают. Некоторые, особо продвинутые, землю пашут. Они почему так легко оружие и отдали, что не знают, как им пользоваться!

– Весело, – произнес Эвил, делая в памяти немаловажную пометку. – И что дон думает с ними сделать?

– Как что? Присоединить, конечно! Будут у нас провинции. Будут нам дань платить, работать на нас.

– Разумно.

Подплыла официантка и поставила на стол огромную кружку пива и блюдо с шашлыками.