IV. Догенитальная (перверсная) сексуальность играет немаловажную роль в формировании как страсти, так и стремления к самоубийству. Патология здесь сродни – как это часто бывает – психологически происходящему. Маленький ребенок, который в дуальном союзе с матерью, из-за соответствующей наследственности, в слишком раннем возрасте становится серьезно пострадавшим и часто на этой же догенитальной ступени развития, благодаря фиксации, и остается. Позже эти дети, став гипероральными или гиперанальными, анал-садистическими или анал-мазохистическими, эксгибиционистскими или уже реже самолюбивыми уретральными индивидуумами, такими же и остаются, а если же они и достигают гетеросексуальной ступени сексуального развития, все равно их сексуальность окрашена догенитальными фантазиями и склонна к регрессиям.

V. В возрасте полового созревания случаи упомянутой раннедетской фрустрации могут протекать по-разному. Одна из форм – это образование вместо дуального союза с матерью его суррогата то ли с приятелем того же пола, то ли с подругой, а может быть, и с кем-то из пожилых людей. В большинстве своем это те люди, которые были для них предпочтительнее матери и которые сами были к ним весьма благосклонны, однако длительной партиципации с ними у них не происходило, поскольку сами они находились в полном подчинении матери. И их склонность к инвертированной сексуальности никуда не исчезает, и хотя часто они все-таки вступают в брак, в нем они несчастны и потому обычно скатываются назад в гомосексуализм или перверсии и становятся одержимыми болезненной страстью или депрессивными. Другим симптомом, появляющимся у них в возрасте полового созревания, являются трудности в контактах и в трудоустройстве. Они впадают в этот период в ирреальный мир дневных грез, отчуждаются, предаются онанизму, становятся изолированными, иногда ненасытными киноманами, а иногда и пьяницами. Они не способны переносить то, что их не хотят.

VI. В браке обнаруживается сильнейшая раннедетская фиксация на нарцисстической, аутистической и каинитической ступенях развития. Они превращаются в домашних тиранов, периодически взрывающихся приступами ярости так, словно для брака они еще и не созрели. Выбирают себе в основном жестких, холодных, по-мужски реалистичных собственниц, заискивающих перед ними жен, которые не годятся для брака, являющегося еще и дуальным союзом. Свою отцовскую роль они играют плохо и не способны служить для ребенка в качестве образца. Постепенно брак начинает расшатываться, и запасным выходом в нем часто являются сексуальная неверность, инверсия, перверсия, страсть, а нередко и самоубийство из мести.

Все эти формы судьбы, вероятно, связаны с общими нарушениями в развитии тех детей, у которых в раннем возрасте было фрустрировано стремление к созданию дуального союза. Чем в более раннем возрасте происходит это запечатление травмы, тем сильнее оно (запечатление травмы) склонно к навязчивому возобновлению. Однако понятие навязчивое возобновление, которое имеет один унаследованный и один травматический корень, включает в себя, по нашему мнению, также и понятие фиксации. Благодаря этому становится понятным, почему и одержимые болезненной страстью, и самоубийцы так часто, по клиническим данным, являются еще и сексуально перверсными или инвертированными личностями.

VII. Инверсия, перверсия, параноид, страсть и самоубийство часто образуют унифицированный симптомокомплекс, за которым, однако, на заднем плане стоит врожденный Каин, которого вывела на сцену жизни этого человека раннедетская фрустрация его стремления к дуальному союзу с матерью. И чем пароксизмальнее были его предки, тем раньше появится и будет более сильной у него эта каинитическая экзистенция.

VIII. Следовательно, инвертированные, перверсные, параноидные, одержимые болезненной страстью и склонные к самоубийству люди несут в себе общую судьбу: все они претерпели раннедетскую фрустрацию стремления к партиципации с матерью, все они не выносят в своей дальнейшей жизни ни малейшей разлуки с «эрзац-объектом», протезом, заменяющим им утраченную мать. Все они, без исключения, показывают и так называемый «синдром прилипчивости», который означает навязчивое прилипание к эрзац-объекту, заменяющему им мать, навязчивое следование за этим объектом и неспособность слышать кого-либо иного. Однако наличие в указанных психических нарушениях синдрома «прилипчивости» также говорит о том, что в них действует Каин. Поскольку «прилипчивость», как известно, относится к пароксизмальноэпилептиформным особенностям Каина.

Хотя актуальная причина их стремления к саморазрушению может вытекать из различных источников: сексуального, Я и контактного побуждения, но все-таки рукой исполнителя этого саморазрушения всегда является рука Каина.

Так может ли человек с каинитической природой стать невротиком? Да, на этот вопрос нам следует ответить утвердительно и говорить о комплексе Каина.

Комплекс Каина может возникать в самых разных конфликтах.

Во-первых, в конфликте, который возникает между Я личности и его каинитическим предком. В особенности тогда, когда человек рожден от явного Каина (например, от эпилептического родителя), то есть от человека, являющегося носителем эпилепсии или ее эквивалентов. Эта природа носителя эпилепсии ставит личность перед необходимостью нахождения социально приемлемого пути разрядки этих, часто подающих голос подспудных потребностей Каина. В этом случае борьба происходит между больными притязаниями предка и Я личности.

Во-вторых, комплекс Каина может возникать у каинитов – лиц, открыто проявляющих свою врожденную натуру Каина из-за возникшего у них конфликта с окружающей средой, этикой и моралью.

В-третьих, конфликт у Каина может возникнуть и с его собственной совестью.

Как его собственное Я, так и окружающая среда, а при определенных обстоятельствах и его Сверх-Я, его собственная совесть защищаются от своего Каина – пароксизмально возникающих извержений аффектов, чрезмерной потребности в собственной значительности, болезненной страсти иметь, стяжать и обвинять. Изза этого некоторые каиниты и вынуждены отодвинуть свои основные витальные потребности на задний план. И поэтому Каин ищет для себя запасные выходы. К сожалению, не всегда они ведут к социализации и сублимации, скорей, наоборот, к образованию невротических симптомов. Также нам необходимо предположить и то, что каинитические потребности заложены в человеке диалектически. А это говорит о том, что в душе Каина действует также и противодействующая ему сила Сверх-Я. В диалектической борьбе Каина со своей совестью и возникают те новообразования, к которым относятся невротические симптомы. О совести Каина более подробно будет сказано во втором томе этой книги. Здесь же нас интересуют лишь наиболее часто встречающиеся симптомы невротического Каина. Это: 1) невроз навязчивых состояний с фобией; 2) феномен отчужденности; 3) ипохондрия; 4) расстройства в работе или соответственно в карьере (самовредительство) и 5) Каин, соматизирующийся в картине психосоматического заболевания.

Очень часто бывает трудно выяснить, возникли ли невротическое избегание, вытеснение, сдерживание, отчужденность или проекция в качестве следствия эдипова комплекса, или же комплекса Каина.

Таблица 5

Различия между эдиповым комплексом и комплексом Каина

Эта задача далеко не из легких уже потому, что потребность сына убрать с дороги отца или аналогичная потребность дочери в отношении матери, хотя и находится рядом с любовью, играет в эдиповом комплексе второстепенную роль. И потому неудивительно, что психоанализ говорит исключительно об эдиповом комплексе и образ Каина у них почти сливается с образом Эдипа.