Маг будто бы ожидал моего появления. Не поднимая головы, он потёр глаза, попытался сдержать зевок и передёрнул плечами. Что-то пробормотав, Раджети поставил локоть на колено и подпёр подбородок ладонью, и только через несколько ударов сердца посмотрел на меня. Наверное, собирался с мыслями.

— Ты ночью кричала. Если б я не наложил полог тишины, половина замка во главе с бароном сбежались бы узнавать, чего ради магистр свою ученицу мучает. Или не сбежались бы. Но косо смотрели бы — точно.

Ахнула и отступила на шаг. Но… не обязательно же было использовать магию? Можно же было разбудить меня, даже несмотря на запертую дверь. Он же Владеющий! Что для него какой-то замок? Или это что-то вроде испытания? Я сама должна справиться с плохими снами? Ничего не понимаю.

— Стала бы ты тогда доверять мне? — нахмурился Раджети, видя моё замешательство. — Смысл вручать ключ, а потом вламываться без приглашения?

Но он бы пришёл на помощь! Не оставил бы одну. Я бы всё поняла, не стала бы меньше доверять после этого или злиться. Только вот с другой стороны, разумом-то да, верила бы. А сердцем или где-то в глубине души?

— Почему вы мне помогаете? — вопрос сам вырвался.

Вздрогнув и на миг замешкавшись, Ардо грустно посмотрел на меня, но всё-таки ответил.

— Потому что я обязан твоему отцу жизнью. Сомневаюсь, что какую-нибудь другую девочку искали с таким же рвением, как тебя. Грас знаком со многими влиятельными личностями что в Коссэ, что в Нитиро. Не будь ты его дочерью… наверное, я бы просто перерыл твои воспоминания и отправил восвояси. Но Грас хочет гарантий, что тебя снова не найдут и не украдут. Я подозреваю, что своих жертв Цикада выбирала заранее, если судить по рассказам твоего отца…

Зелёные глаза смотрели в упор, и я отвернулась, не в силах противостоять этому взгляду — внимательному, изучающему, дотошному. Будто бы меня разобрали и собрали за доли удара, взвесив и измерив вплоть до каждого волоска. Чувствовать себя нанизанным на булавку мотыльком мне не нравилось — изнутри поднялась настолько тёмная злость, стремящаяся захлестнуть, что, если бы не испуг, я бы спалила сидящего передо мной мага. Или попыталась бы… Не знаю. Не хочу задумываться над этим.

Приятно, что отец поступился принципами ради меня. Покинув Аргено, он обещал себе не вспоминать о той жизни, не писать друзьям и знакомым, жить в тишине и спокойствии. Чем ему грозит такой шаг? Он ведь попросил магистра Ардо — Владеющего из другого королевства, находящегося в услужении у короля — разыскать меня. И кем был мой отец, если ему, казалось бы, просто выдающемуся купцу, обязан жизнью маг?

Закусила губу и всхлипнула. Во что я втянулась? Во что втянула отца? Или — он меня? С какой нитки надо распутывать этот клубок? Стоило ли так легко доверяться Раджети? Голову разрывали мысли и вопросы, я было нащупала ручку двери, чтобы вернуться в комнату, забиться под одеяло и разреветься там — перед чародеем делать этого не хотелось, — но Ардо в мановение ока очутился рядом.

— Я тебя напугал? — и виновато улыбнулся.

Ну вот чего он ждал ещё? Как мне на его слова реагировать? Отчего-то я сомневалась, что он задумывался над собственными словами. А я… Мне бы сейчас радоваться, что я не абы кто, а дочь Грассэ Ашэ. Только хочется вместо этого стукнуть мага по голове — и плевать, что не дотянусь! — и сбежать куда-нибудь. Но ни дома, ни родителей мне тогда, получается, не видать?

— Что тебе снилось, помнишь? — Раджети наклонился и попытался заглянуть в глаза.

Я инстинктивно сжалась. Выругавшись, он всплеснул руками и буквально навис надо мной.

— Да, вот такой вот я мерзкий, помогаю тебе только потому, что знаю твоего отца. Восьмой! А ты бы стала тратить время и силы на того, кто тебе — пустое место? Не лукавя и не лицемеря, стала бы?!

Вскинув подбородок, я всмотрелась в лицо магистра Ардо. Брови нахмурились, губы сжались в тонкую ниточку, но во взгляде читалась то ли печаль, то ли вина — не разобрать, да и не хочется что-то. Задержала дыхание и отвернулась, приникнув спиной к стене, отошла дальше от мага, к тому углу, в котором вечером самолично сожгла до сих пор неизвестное растение, и проскользнула к креслу, забравшись в него с ногами.

Если хочет говорить, ладно. Но только на моих условиях. Приближаться к магу больше не было желания — ни руку протягивать, ни обнимать, ни дурачиться. Надо было с самого начала держать дистанцию!

— Помнишь? — снова спросил он, расположившись на диване. — Это может быть важно, Марисса.

Я мотнула головой.

— Ладно. Будем доставать это из твоей головы. Надеюсь, ты не против?