Поднявшись по лестнице, Санни по привычке оглянулся и отпер дверь своим ключом. Первое, что он увидел — испуганное лицо Эдны. Оно было белым, как мел, а глаза имели непривычное, странное выражение: ужас, растерянность и в то же время чувство вины и мольба читались в них.

Санни мгновенно все понял, рука его привычно рванула револьвер из кармана, а окрик: «Не двигаться! Руки на голову!» он слышал, уже кувыркнувшись вперед — так, как учил его Стив. Боковым зрением он увидел человека, находившегося справа от входной двери. Едва Санни коснулся пола, как его правая рука с совершенством и четкостью отлаженного механизма направила револьвер точно туда, куда было нужно, и револьвер выстрелил два раза — будто бы сам собой, и пули из него поразили человека у стены — одна в грудь, другая в шею.

В следующее мгновенье Санни уже стоял за спиной Эдны, прижимая ее к себе левой рукой с зажатым в ней револьвером, а правой он приставил другой револьвер к ее виску. Два человека, направившие на него оружие, замерли.

— Не двигайтесь, иначе я пристрелю ее, — очень спокойно сказал Санни, потому что увидел в дверях еще двоих, тоже с оружием. — Не двигайтесь, — повторил он, чувствуя, как его охватывает дивное безразличие и свинцовая усталость. — О’кей, — произнес он, чувствуя себя уже более, чем мертвым. — Я сдаюсь.