В социальных навыках Ласк никогда не был силен, поэтому в ответ просто пожал плечами и кивнул бабушке с дедушкой:

— Здравствуйте, пастор и миссис Джеймс.

— Привет, Кэмерон, — отозвался дедушка, а вот бабушка до сих пор была вся в телефоне.

Но Кэмерон, похоже, и не думал возражать. Засунув руки в карманы, он прислонился к стене и стал ждать. Вот только когда Бруклин не видела, он то и дело поглядывал на нее с горячим интересом. И это в тот момент, когда подруга изо всех сил пережевывала остатки яблока. Вдруг телефон Кэмерона пикнул. Ласк достал его из кармана, нахмурился и уставился на бабушку, которая сейчас крайне довольно улыбалась. Неловко откашлявшись, он пробормотал:

— Я тоже рад вас видеть, миссис Джеймс.

Бабушка кивнула. Ну все. Ситуация официально становилась смехотворной.

— Откуда ты узнал, что это бабушка? — спросила я. — У нее же только появился этот телефон.

Кэмерон наклонился вперед, будто собирался доверить мне страшную тайну:

— Она написывала мне всю ночь.

— Ба! — обалдела я, вмиг нарушив обет молчания, и в шоке посмотрела на бабушку. — Нельзя вот так запросто посреди ночи писать сообщения школьникам. Тебя же арестуют!

Рассмеявшись, Кэмерон двинулся к двери.

— Шутишь, что ли? У меня теперь есть рецепт ее знаменитого чили кон кесо.

— Класс. — Бруклин взяла куртку и рюкзак и пошла за ним. — Потом приготовишь.

Прихватив яблоко, чтобы съесть по дороге в школу, я тоже взяла куртку и рюкзак.

— Можно с тобой поговорить, звездочка? — спросил дедушка.

Я притормозила, но не обернулась.

— В школу опоздаю.

— Тогда позже поговорим, — тихо и печально отозвалась бабушка.

К горлу подкатил ком. Я кивнула и пулей выскочила из теплого дома на морозный ветер, растрепавший мне волосы. Сразу стало ясно, что, вопреки предупреждению Кэмерона, оделась я не по погоде. Жаль, что теплые рабочие комбинезоны и лыжные маски нынче не в моде.

Мы помчались к побитому жизнью «шевроле» Ласка. Двигатель работал, поэтому пикап рычал и дергался, пока мы залезали внутрь. Несмотря на измученный внешний вид, в машине было очень тепло, и даже сквозь открытые двери внутрь не проник холод. О большем и мечтать было нельзя.

— Наверное, тебе стоит поискать Джареда, пока мы на уроках, — предложила я, когда Кэмерон поехал к школе.

Он покачал головой, и меня с головой захлестнуло разочарование.

— Почему?

Глубоко вздохнув, он смерил меня тяжелым взглядом.

— Джаред не моя забота, Лорелея. И ты прекрасно это знаешь.

Ну конечно. Его забота — я. И из-за этого лучший шанс отыскать Джареда сам по себе испарился.

— А вдруг он ранен?

— Это вряд ли, — сказал Кэмерон, заехав на стоянку.

— Но что, если все-таки ранен?

Ласк выключил двигатель.

— Тогда я заплачу тому, кто его отделал, пятьдесят баксов. Чтобы он сказал мне, как ему это удалось.

Я демонстративно отвернулась.

— Это совсем не вежливо.

— Правда редко бывает вежливой.

На улице морозный ветер мигом пробрался под одежду. Даже зубы застучали. Но все равно такая погода мне нравилась. В воздухе буквально пахло холодом и влажностью. Может быть, пойдет снег. Мало что может превзойти снежные дни. Разве что горячий шоколад. И глаза Джареда.

У бокового входа в школу нас поджидал Глюк с целой коробкой маминых булочек, но ни теплый аромат корицы, ни растопленное масло не вытащили меня из депрессии. Хотя старались изо всех сил.

Когда мы вошли в здание школы, Бруклин застонала, выражая восторг от первого кусочка. Кэмерон заграбастал сразу две булочки, чем заслужил гневный взгляд Глюка.

— А это кто такой? — спросила я, облизав пальцы и кивнув в сторону.

— Новенький, наверное, — ответил Глюк. — Слышал, нам кого-то подкинут.

Мы остановились рассмотреть новичка, весь вид которого так и кричал о ретро. На нем было длинное и свободное серое твидовое пальто. Из-под черного берета выглядывали светло-каштановые волосы. А еще новенький оказался очень, ну прямо-таки очень-очень высоким.

Не сговариваясь, мы с Бруклин одновременно уставились на еще одного очень-очень высокого ученика Райли-Хай. Точнее на одного из двух. В мире есть просто высокие люди, а есть очень-очень высокие. Как раз к последним и можно было причислить Кэмерона, Джареда и новичка.

— Еще одна каланча, — буркнула я себе под нос.

Брук задрала голову и заглянула в глаза Ласку:

— Не твой родственничек, случайно?

Вот только Кэмерон тоже вовсю разглядывал новенького, причем с крайне настороженным видом. Не знай я его, сказала бы, что Ласк чем-то всерьез озадачен.

Новичок разговаривал с мистером Дэвисом, который ткнул пальцем куда-то дальше по коридору. Видимо, объяснял, что и где находится. Новенький повернулся и посмотрел прямо на нас. То есть прямо на меня.

Симпатичное лицо оказалось каким-то непропорциональным. Словно было в нем нечто странное, не вписывающееся в общую картину. Может быть, само лицо было слишком длинным, или углы — слишком острыми. А может быть, дело в близко посаженных глазах.

По-хорошему, надо было бы отвернуться и перестать пялиться, но никто из нас и не подумал так поступить. Мы стояли и смотрели на новичка, словно в жизни не видели других людей. Наверное, сейчас мы сильно смахивали на персонажей «Сумеречной зоны». В конце концов парень перевел взгляд с меня на Бруклин и Глюка, затем будто смерил рост Кэмерона, а несколько секунд спустя их с Ласком взгляды встретились, и в воздухе повисло ощутимое напряжение.

Впрочем, вид у Кэмерона был не привычно-насмешливый, а скорее удивленный.

Новенький кивнул, едва заметно улыбнулся и пошел туда, куда показывал мистер Дэвис.

Глюк покосился на Кэмерона:

— Ты его знаешь?

Но Ласк застыл, как статуя, явно пораженный увиденным. Брук пощелкала пальцами у него под носом, и он наконец моргнул.

— Все в порядке, Кэмерон? — спросила я.

— Идем на урок.

Наверное, резкий тон должен был пресечь любые дальнейшие вопросы, вот только сегодня мне не хотелось играть в послушную девочку.

— Да что происходит? — крикнула я уже вдогонку Ласку, который сорвался с места и двинулся по коридору. Не так уж просто поспевать за очень-очень высоким парнем, когда в твоем распоряжении ноги, соответствующие росту в полтора метра. — Достала уже эта твоя фирменная, блин, загадочность.

Он бросил на меня беспокойный взгляд.

— В воздухе рябит какое-то волнение. И этот чувак меня беспокоит.

— Правда? — вставила Бруклин. — В каком смысле беспокоит?

— В беспокойном.

Подруге тоже явно надоели недомолвки. Схватив Ласка за рукав куртки, она развернула его к себе.

— Кто это был?

Ответил Кэмерон на сразу:

— Не знаю. Но на других он не похож. — Когда Брук нахмурилась, он добавил: — У него размытые очертания.

***

Среди всех школьных учителей во всем мире мисс Маллинз — моя стопроцентная любимица. Ее урок у нас с Брук был сегодня первым. В такие дни утро не казалось мне слишком уж отвратительным. Все скрашивала мысль, что я вот-вот увижу любимую учительницу. Понятия не имею, что делает ее такой для меня особенной. Мисс Маллинз — миниатюрная женщина с темными волосами и сияющими глазами, которые смотрят на жизнь так, словно в ней есть что-то гораздо важнее запоминания клеточной структуры дождевого червя. То есть это нам тоже нужно знать, но мисс Маллинз учит нас видеть науку (скажем, естественный отбор) даже в повседневных вещах.

К сожалению, благодаря такому подходу любая мысль о том, что я нравлюсь Джареду, становится еще более сомнительной.

— Здравствуйте, мисс Маллинз, — поздоровалась я, когда Кэмерон оставил нас в классе.

Уходить ему явно не хотелось, но что еще он мог сделать? Торчать в коридоре не вариант. Ласку ведь тоже нужно ходить на уроки и чему-то учиться.

Мисс Маллинз подняла голову и свела брови:

— Ты вовремя.

Я улыбнулась и пошла за парту.

— Но сегодня же понедельник.

Пришлось разыграть обиду:

— По понедельникам я часто не опаздываю. — Учительница лишь поджала губы, и я исправилась: — Ну, то есть часто думаю о том, чтобы не опаздывать по понедельникам.

Честно говоря, у меня, наверное, меньше опозданий, чем у любого другого ученика. Что тут скажешь? Я скучная и предсказуемая. А новичок оказался размытым. Что, блин, происходит?