Глава 9 Безразличие

Утром мы собирались в школу в относительной тишине, если не считать доставучих жалоб Глюка, которому в душ довелось попасть последним. Между прочим, холодная вода бодрит.

— Позавтракаете? — предложила бабушка, когда мы гуськом спустились вниз.

Она сидела с дедушкой за столом, пила кофе и читала раздел спорта в газете. Понятия не имею, зачем ей новости спорта, которыми она никогда не интересовалась.

Я отвела взгляд:

— Разве что хлопьями.

— Вот тебе и здоровый образ мышления, — отозвался дедушка.

На самом деле мое мышление больше склонялось к чем-нибудь шоколадному, ну да бог с ним. Я взяла с полки коробку с надписью «Злаки». Бруклин поморщилась и ушла делать себе тост, а Глюк нырнул в холодильник.

Поскольку план А благополучно вылетел в трубу, захватывающие приключения пришлось отложить до вечера. Зато Джаред наконец-то вернулся. И эта мысль занимала девяносто восемь процентов функций моего мозга. Еще пара процентов оставалась на план А. Нам бы не помешало провести кое-какие исследования и подопрашивать ключевые фигуры. Наверняка родным что-нибудь известно о моем дедушке по папе. Десять лет они не рассказывали мне правды об исчезновении родителей, и даже потом мне пришлось чуть ли не силой вытаскивать из них сведения. Сомневаюсь, что узнала бы хоть что-то, если бы не появился Джаред и события не посыпались одно за другим.

Я тихонько откашлялась.

— А знаете, я тут просматривала старые фотки и поняла, что у меня совсем нет фотографий папиных родителей.

Бабушка поперхнулась кофе и на добрую минуту закашлялась. Вот интересно: из-за моих слов или из-за того, что я вообще с ними заговорила?

С распахнутыми от удивления глазами дедушка похлопал бабушку по спине и сказал:

— Кажется, у нас и нет их фотографий. Когда твои родители вернулись в город, твой отец почти ничего из личных вещей не взял.

Разыгрывая безразличие, я съела ложку хлопьев.

— Мне интересно, похож ли мой подбородок на подбородок второго дедушки. — На лицах родных отразился такой шок, какого я еще не видела, поэтому и решила продолжить: — На ваши мой подбородок совсем не похож, вот я и подумала, что он мне достался от второй половины семьи.

Первым в себя пришел дедушка:

— Ну, ямочка у тебя точно от отца. По-моему, это фирменная черта Макалистеров. Я прав, Вера?

Бабушка не ответила, и дедушка ткнул ее локтем в бок.

— Прав, — наконец-то включилась она в беседу. — Фирменная черта. Просто-таки точная копия. В подбородочном смысле.

— А не могли где-нибудь сохраниться фотографии папиных родителей?

— Ну, в подвале есть старые документы, — сказала бабушка. — Возможно, там и снимки найдутся.

— Круто. Попозже покопаюсь. Чисто из любопытства.

Теперь мне практически разрешили ковыряться в старых бумагах, и я сразу почувствовала себя лучше.

Брук поджала губы и смерила меня мрачным взглядом. В ответ я показала ей язык и продолжила ее игнорировать.

Хорошо хоть Кэмерон вовремя нарисовался.

— Машину прогрел, — сообщил он.

— Если вам, народ, не бывает холодно, — начала Брук, вешая на плечо рюкзак, — к чему вам куртки?

— Общественности не слишком нравится, когда кто-то разгуливает на морозе без верхней одежды. Мне хватило издевок в младших классах. Сейчас народ разве что бросает косые взгляды. Гораздо проще всего лишь соответствовать ожиданиям.

— Ясненько.

На этом Брук вышла на улицу с эскортом в лице всех нас.

— Хорошего дня, звездочка, — с надеждой пожелала бабушка.

— И вам, — шепотом отозвалась я, но так и не обернулась.

Джаред встретил нас у пикапа. В куртке и джинсах. Куртка на широких плечах смотрелась отлично, а коричневый цвет прекрасно подходил к высокому росту.

— Привет, — сказал Джаред мне одной, и внутри я чуть не растаяла.

Раны уже практически зажили. По крайней мере те, что были видны.

— Привет.

Он коснулся пальцем моих губ, и от легкого прикосновения меня будто током ударило.

— Хорошо выглядишь, — еле-еле выдавила я.

На холоде его пальцы казались очень теплыми.

— Спасибо.

Джаред посмотрел куда-то мимо меня. Оказалось, за спиной остановился Кэмерон, который смотрел на него с фирменной мрачной миной.

Задорно, совсем по-мальчишески улыбнувшись, Джаред в знак капитуляции поднял руки, а потом открыл мне дверцу машины. И все же краем глаза я заметила, как он покосился на дом, словно хотел узнать, наблюдают ли за нами мои родные.

Выпрямившись, он сплюнул в грязь. Само собой, так делают все парни, но видеть это в исполнении Джареда было странно.

— Ну, хоть солнце вышло из-за туч, — заметила Бруклин, залезая в пикап со стороны Кэмерона.

Без всякого предупреждения Глюк прошагал к своей машине. Смены настроения у него в последнее время просто поразительные.

Чтобы освободить место Джареду, я подвинулась ближе к середине. Он забрался на сиденье и закрыл за собой дверь с пассажирской стороны. Теплом его тела тут же пропиталась вся моя одежда.

— Судя по всему, — начала я, стараясь не выдать голосом тревоги, — эти ваши потомки не слишком умные товарищи. Кому хватит глупости нападать на тебя? Кроме Кэмерона, конечно.

Бросив на меня суровый взгляд, Кэмерон свернул на Мэйн-стрит. Клянусь, он просто мастер мрачных мин. Возможно, даже изобрел парочку таких, которые нынче популярны у молодежи.

Бруклин ответила собственной версией мрачной мины:

— Она всего лишь называет вещи своими именами. Ты, наверное, уже забыл, как вы вдвоем совсем недавно разворотили весь центр Райли-Свитч. На такое способен далеко не каждый.

Брук права. Когда пару месяцев назад Джаред пришел, чтобы забрать меня в момент смерти, Кэмерон уже знал, кто он такой. И поскольку Кэмерона буквально создали, чтобы защищать меня, он, мягко говоря, не очень гостеприимно отнесся к появлению Джареда в городе. Тем более — без приглашения. В итоге они подрались. И дрались так мощно, будто каждый был могучим богом, повернутым на идее стереть наш маленький городок с лица Земли.

Пусть они и отложили свои разногласия ради того, чтобы разобраться со всей этой грядущей войной, но враждебность между ними так до конца и не угасла.

Пожав плечами, Кэмерон молча согласился с логикой Брук. А вот Джаред по-прежнему смотрел на него с вызовом во взгляде.

— Видимо, их оказалось больше, чем я ожидал, и меня застали врасплох.

Кэмерон все-таки решил поделиться мыслями:

— Какому архангелу не по зубам справиться с кучкой захудалых потомков?

Джаред зацепился за эти слова, как хулиган, которому только дай повод затеять драку:

— Такому, который может остановить твое сердце в мгновение ока.

Мы уже заехали на школьную стоянку, и Брук покосилась на Джареда. От магазина до дома — всего три квартала, но ехать в теплом пикапе Кэмерона было куда лучше, чем не ехать в теплом пикапе Кэмерона.

— Не могли бы вы не начинать заново это дерьмо? Прошел не один месяц. Откуда опять взялась агрессия? — Когда Джаред отвернулся к окну, подруга глянула на меня: — Говорила же! Все ведут себя странно.

И снова она была права. Стоило нам выбраться из машины, как все стало еще страннее. Правда, не сразу. В целом, это был обычный вторник. Ученики столпились в привычные группки. Учителя со здоровенными чашками кофе в руках пытались разогнать народ по классам. Директор Дэвис бросал на детей сердитые взгляды. Иными словами, самый обыкновенный день в Райли-Хай.

И так было до того, пока мы не вошли в школу. То есть дети вели себя, как прежде: копались в шкафчиках, спешили на урок. А вот в коридорах было необычайно тихо. Повсюду — опущенные взгляды, торопливые, почти нервные движения.

— Вот блин, — буркнула я, чувствуя себя не в своей тарелке. — Неужто ввели запрет на разговоры в коридоре?

— Надеюсь, что нет, — отозвалась Бруклин, которая в этот момент читала сообщение в телефоне и одновременно пыталась лавировать в молчаливой толпе. — Твоя бабушка передает привет.

— Она пишет тебе прямо сейчас? Ей-богу, эта женщина становится опасной.

— Она у тебя веселая, — вставил свои пять копеек Кэмерон, прилипший к нам, как банный лист. Уж чересчур серьезно он относился к своей роли защитника.

— Рада, что ты так думаешь.

Заметив у красного шкафчика Гектора Салазара, я махнула в знак приветствия. Мы с ним знакомы с детского сада. Он из добросовестных ботанов и гордится этим едва ли не до крайнего высокомерия, однако я никогда за это его не винила. Чувак дико умный и прекрасно это знает. Кто я такая, чтобы возражать? Впрочем, каким бы умным он ни был, он всегда махал мне в ответ. Но не сегодня. Он опустил голову и смерил меня безразличным взглядом.