— Чем, блин, я насолила Гектору? — спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Чего? — переспросила Брук, так и не перестав пялиться в сотовый.

Зато Кэмерон схватил меня за руку и заставил остановиться. Учитывая, что он силен, как фиг знает кто (то бишь сверхъестественно силен), остановилась я сразу же.

— Что ты сказала? — спросил он.

Я удивленно моргнула. Бруклин наконец повернулась к нам, а Джаред подошел поближе и угрожающе уставился на Ласка.

Мне вдруг стало страшно не по себе.

— Гектор странно на меня посмотрел.

Кэмерон выпрямился и оглядел толпу с высоты своего роста. О да. Этот парень очень, ну просто очень-очень высокий.

— Что значит странно?

Джаред тоже осмотрел народ и только потом опять взглянул на меня.

— То и значит. Не знаю. Я помахала, а он просто уставился на меня в упор. — Я пожала одним плечом. — Я ему с первого класса ничего плохого не делала. Да и тогда он был сам виноват. В смысле я лично всеми конечностями за то, чтобы делиться, но есть дележка, а есть самый натуральный грабеж одноклассников средь бела дня.

Бруклин рассмеялась:

— И чего он от тебя хотел?

— Хотел забрать у меня синий ватман. Причем весь, ей-богу. А ватман на деревьях, на секундочку, не растет.

Снова осмотрев толпу, Кэмерон уставился на Джареда. Тот ответил тем же, и игра в гляделки пошла заново. Я ткнула подругу локтем в бок. Брук запрокинула голову, оценила ситуацию и взглянула на меня, вопросительно приподняв брови.

Во взгляде Кэмерона плескались сомнения, а глаза Джареда с вызовом сощурились, что совсем на него не похоже. Скорее так мог бы смотреть Ласк. То есть они ни с того ни с его поменялись ролями. Что, спрашивается, происходит на бывшей планете Плутон?

— Куда подевался Глюк? — спросила Бруклин, оглядываясь по сторонам.

— Пошел сразу на урок, — ответил Кэмерон и прошел мимо нас.

Мы посеменили следом.

— Серьезно? И ведь ни слова не сказал.

— Новенького я пока не вижу. Давайте отведем вас на физику.

Еще одна странность: как правило, уроки в список приоритетов Кэмерона не входят.

На первый урок парни провожали нас с таким видом, словно совсем утонули в своих мыслях. У дверей класса мы остановились, и я повернулась попрощаться. Хотя, наверное, на самом деле попрощаться мне хотелось только с Джаредом. Вдруг есть шанс увидеть, что с ним произошло за время отсутствия?

— Уверен, что с тобой все путем? — спросила я, потихоньку подходя поближе.

Он слабо улыбнулся и спрятал все эмоции за безразличием.

— На все сто.

— Можешь объяснить, что происходит?

Он сложил руки на груди.

— Нет.

Я подалась вперед и коснулась его пальцев.

— Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне о чем угодно?

Прикусив нижнюю губу, он посмотрел мне прямо в глаза. Ничего сексуальнее я в жизни не видела. Уголок прекрасных губ приподнялся, а в темных глазах засияли веселые искорки.

— Чувствуешь что-то особенное?

Я уронила руку и закатила глаза.

— И откуда ты все знаешь? — А потом, тяжело вздохнув, отмахнулась: — Забудь.

Он схватил меня за куртку и подтянул к себе.

— Вот так запросто сдаешься?

На периферии зрения окружающий мир словно споткнулся и начал рассыпаться.

— Нет. — Я перевела дух и добавила: — Ни за что.

— Пора на урок, — рявкнул Кэмерон, напрочь разрушив владевшие мной чары.

Мы с Джаредом одновременно повернулись к нему. В основном потому, что Ласк подошел непростительно близко.

Бруклин втиснулась между ним и Джаредом:

— Мы просто так в кучку сбились, или есть особая причина? — Она посмотрела на всех нас по очереди. — Терпеть не могу, когда остаюсь не в курсе событий.

Губы Джареда растянулись в улыбке, от которой захватывало дух. Протянув руку над головой Бруклин, он оттолкнул Кэмерона. Не агрессивно, но достаточно сильно, чтобы Ласк понял: зря он вклинился.

Однако Кэмерон и не думал уходить — шагнул ближе и процедил:

— Я не уйду, пока не уйдешь ты, жнец.

— Увидимся позже, — сказал мне Джаред. — Не хочется доводить блондинчика до припадка.

Кэмерон насмешливо фыркнул и отошел назад, явно ожидая, что Джаред последует примеру.

— Ты расскажешь наконец, что тут творится? — спросила я.

— Нет, пока сам не узнаю больше.

— Ну и фиг с тобой. — Я обеими руками махнула Джареду уходить. — Иди в класс. История вечно ждать не будет.

— По-моему, — усмехнулся он, — мистер Берк от меня не в восторге.

— Это может измениться, если ты перестанешь его исправлять.

Джаред поднял руки в знак согласия.

— Ваши учебники по истории кишат ошибками. Я лишь пытаюсь помочь.

***

На физике мы изучали воздействие сахара на клеточную структуру. А я изучала воздействие Джареда на мою нервную систему. А что? Тоже наука. Джаред был раздражителем, а я — подопытным образцом. Но вот ведь странность: каждый раз в присутствии раздражителя клетки подопытного образца переполнялись адреналином. Учитывая неоднократные опыты, результат можно было считать вполне себе валидным. Мне надо научные статьи публиковать, ей-богу.

Однако меня преследовал один и тот же вопрос. Что произошло? Чтобы победить Джареда, нужна невероятная сила. Он ведь практически неуязвим. Так кому или чему такое по плечу? Более того, он вел себя откровенно странно. Отрицать это было бы глупо.

И все же он так улыбнулся…

В семитысячный раз я проигрывала в уме его улыбку, когда вдруг почувствовала тычок сзади и рывком вернулась в реальность. Перед классом с явно написанным вопросом на лице стояла мисс Маллинз и смотрела прямо на меня.

— Эм-м, да?

Учительница улыбнулась:

— Верно, Лорелея! Ну хоть кто-то здесь чему-то учится.

Когда она отвернулась к своему слайд-шоу, я сползла по стулу и облегченно закатила глаза.

Сидевшая сзади Брук наклонилась ко мне и прошептала:

— Пронесло!

— Сейчас я раздам вам ваши тесты, — продолжала мисс Маллинз. — И, учитывая вчерашние оценки, сделаю вам одолжение и предупрежу: восемьдесят процентов класса тест в пятницу не сдадут, если не начнут учить. Потому что нынешние оценки оставляют желать лучшего. — Добравшись до меня, учительница разочарованно проговорила: — А вы могли бы и лучше, мисс Макалистер.

Еще сильнее вжавшись в стул, я взяла свой тест. Оценка была не такой уж и страшной. За «четверку» меня бы не наказали, но нотацию бы выписали. Бабушка бы уж точно не удержалась. Она у нас известная любительница «пятерок», блин. Вот только в тот день у меня было кошмарное видение, после того как я нечаянно коснулась старшеклассницы с булимией. Должно же это хоть что-то значить?

— Да! — воскликнула Брук — еще одна помешанная на «пятерках».

И, конечно же, получила очередную. Опять. Я повернулась к ней:

— В следующий раз точно спишу.

— Не советую, — тут же послышался голос мисс Маллинз, которая уже возвращалась по проходу к своему столу.

Ахнув от неожиданности, я посмотрела на учительницу, абсолютно точно не успела переиграть виноватое выражение лица и глупо рассмеялась:

— Да я просто так брякнула…

Глянув на меня лукавым взглядом, она обратилась ко всему классу:

— Что ж, у нас осталось десять минут. Надеюсь, это время не пройдет для вас даром.

Проходя мимо, она задела мое плечо, а я открыла учебник, надеясь на очередное чудесное «пронесло». Или это уже слишком, чтобы повезло дважды за один день? Как бы там ни было, когда мисс Маллинз меня задела, гравитация сдвинулась. Все равно что ветер, который только что дул в одну сторону, резко развернулся и задул в другую. Весь мир накренился.

Миг спустя послышался приглушенный щелчок. Я попыталась ухватиться за парту, но пальцы прошли насквозь чего-то теплого и липкого. Стул подо мной исчез, и я отчаянно замахала руками, ища опоры, но все-таки упала. От удара о плитку позвоночник и лопатки тряхнуло, а долю секунды спустя я стукнулась затылком о твердую поверхность и, ничего не понимая, осмотрелась по сторонам. Парты исчезли. Одноклассники кричали, визжали и разбегались на поиски укрытия, а я вдруг поняла, что лежу рядом с безжизненным телом мисс Маллинз.