— Вы с Джаредом постоянно на страже, причем уже много недель. Но от чего конкретно вы меня защищаете? Что мы ищем?

— Все, что может показаться необычным.

— Вроде того, что случалось за последнюю неделю? Такие странности нас интересуют?

Кэмерон глубоко вздохнул:

— Ага. Типа такие.

— И что потом? — не унималась я. — Вы помчитесь заниматься какими-то крутыми делами, а мне придется сидеть здесь, под всевозможной защитой? Но от чего меня надо защищать? Или от кого? Не думай, будто я не заметила, как сократились мои смены в магазине. И как часто нас с Брук посылают в церковь изучать документы Ордена. Причем там обязательно кто-то есть. Кто-то, кто постоянно держит ухо востро. Все это по-настоящему душит.

— Если что и душит по-настоящему, — Кэмерон решительно развернулся ко мне, — так это враг, держащий тебя за горло, пока кровь не перестанет поступать в мозг, легкие не начнут гореть от кислоты из-за нехватки кислорода, и твоя голова не решит, что ей пора взорваться. — Он снова отвернулся к окну. — Но да, я могу понять, как пребывание под защитой может тебя душить.

Я стиснула зубы.

— А вот это было совсем не обязательно. Я лишь пыталась высказать собственное мнение.

— Тогда пытайся усерднее, — ухмыльнулся Ласк.

Закутавшись в одеяло, я злобно уставилась на своего телохранителя. Брук сделала то же самое.

— Зырканья на меня никак не влияют, но продолжайте, если от этого вам легче.

— Прости, что разбудила, — пролепетала я, чувствуя, как тяжелеют веки.

— Ты тут ни при чем, — отозвался Ласк, вглядываясь во тьму за окном. — Меня разбудило что-то другое.