Глава двадцать третья

Холден откинулся в кресле, не сводя глаз с экрана. Голова немного кружилась. После чудовищных новостей кабинет Фреда казался новым и незнакомым — изящные линии чёрного письменного стола, капитанский сейф в стене, похожий на маленькое окно, промышленный ковролин на полу. Холден как будто в первый раз видел Фреда, тот наклонился вперёд, опираясь на локти, в глазах печаль. Меньше часа назад пришло сообщение в красной рамке — знак экстренной важности. Предыдущие новости о метеорите или, возможно, комете, упавшей на Северную Африку, были забыты. К кораблям с премьер-министром Марса приближались неизвестные и явно враждебные силы, его эскорт двинулся на перехват. Это стало новостями года.

А потом Землю ударил второй метеорит, и то, что могло быть стихийной катастрофой, оказалось нападением.

— Это связано, — сказал Холден. Шок как будто погрузил его в вязкий гель, слова и мысли двигались медленно. — Атака на премьер-министра. И это. Связано, да?

— Не знаю. Может быть, — ответил Фред. — Возможно.

— Они так и планировали. Твои диссидентские фракции АВП, — продолжал Холден. — Скажи, что ты об этом не знал. Что ты в этом не замешан.

Фред со вздохом обернулся. Он выглядел бесконечно усталым.

— Пошёл ты.

— Ладно. Прости. Не мог не спросить. — И спустя мгновение: — Вот дерьмо!

Изображение верхнего слоя атмосферы Земли в ленте новостей после удара напоминало синяк. Вращение планеты сносило облако пыли на запад. Шлейф расширялся, он уже покрыл северное полушарие, а может, и больше. Сейчас всё казалось одним тёмным пятном. Сознание Холдена не принимало это изображение, отвергало его. Там, на планете, осталась его семья — матери и отцы, и земля, где он вырос. Он так давно не возвращался туда, а теперь...

Он не мог закончить эту мысль.

— Мы должны что-то сделать, — произнёс Фред, обращаясь то ли к Холдену, то ли к себе самому. — Мы должны...

Внизу экрана появился запрос входящего соединения, и Фред его принял. Маленькое окошко заполнило лицо Драммер.

— У нас проблема, сэр, — заговорила она. — Один из кораблей, припаркованных у нас снаружи в ожидании причала, только что навёл оружие на главные двигатели и верхнее жилое кольцо.

— Защитная сетка поднята?

— В этом и дело, сэр. Мы осматриваем...

Дверь кабинета распахнулась. Трое вошедших были одеты в форму охраны станции Тихо. Один нёс длинный вещевой мешок, двое других держали в руках инструменты, назначение которых Холден изо всех сил пытался определить. Странные переносные терминалы или какие-то компактные технические приспособления.

Или оружие.

Где-то в подсознании Холдена приглушённый голос сказал: «Это скоординированная атака по всей Солнечной системе», и тут первая женщина выстрелила. Звук сам по себе был как удар, и Фред опрокинулся навзничь в кресле. Холден потянулся за оружием, но вторая женщина уже повернулась к нему. Он попытался броситься вниз и укрыться за столом, но обе почти одновременно начали стрелять. У Холдена перехватило дыхание. Что-то толкнуло его под ребро, он не понял — ударился о край стола или поймал пулю. Он открыл огонь, и мужчина выронил вещмешок. Голова одной из женщин резко дернулась назад, и она упала на колени. Стрелял кто-то ещё. Спустя секунду, показавшуюся минутами, он понял, что стрелял Фред, лежащий на спине за столом. Холден понятия не имел, откуда Фред добыл оружие за несколько секунд после начала атаки.

Вторая женщина навела оружие на Фреда, но Холден собрался с духом и, припомнив, как надо целиться, выстрелил ей в бок. Мужчина выскочил за дверь. Холден позволил ему убежать и сполз на пол. Похоже, на нём нет крови, но он ещё не был уверен, что не ранен. Первая женщина старалась подняться на колени, прижимая к уху залитую кровью руку. Фред выстрелил ещё раз. Женщина упала. Холден, как во сне, заметил, что вещмешок на полу открыт. В нём лежали аварийные скафандры.

Фред закричал, голос был странно высоким и шёл как будто издалека. Они оба едва не оглохли от стрельбы.

— Хреновый ты телохранитель, Холден. Ты в курсе?

— Без боевой подготовки, — крикнул в ответ Холден.

Слова отдавались в его горле сильнее, чем звучали в ушах. Он понял, что слышит другой крик, доносящийся не отсюда. С пульта управления. Драммер. Не обращая на неё внимания, он склонился над Фредом. Его бок заливала кровь, но Холден не мог понять, где рана.

— Ты как? — выкрикнул он.

— Лучше всех, — прорычал Фред, пытаясь подняться.

Стиснув зубы и морщась от боли, он сел в своё кресло. На мониторе белело лицо Драммер.

— Придётся тебе повторить, — сказал Фред. — А то тут было немного шумно. Холден! Последи за чёртовой дверью.

— Двери и углы, — сказал Холден, переступая через тела на полу. — Вечно эти двери и углы.

Офис службы безопасности снаружи был пуст. На стене мигала лампа. Своего рода сигнал тревоги. Теперь, когда он знал, то мог расслышать и сирену. Предупреждение об эвакуации. Кто-то эвакуировал станционное кольцо. Ничего хорошего. Тревогу включили свои или это часть плана нападения? Неизвестно. Возможно, они отвлекают внимание от чего-то более серьезного. Холден с трудом переводил дух. Нужно быть осторожнее, могут подстрелить.

Он взглянул на зажатое в кулаке оружие. Я только что кого-то убил, думал он. И кто-то сбросил на Землю тот метеорит. А потом они пытались прикончить Фреда. Плохо. Совсем плохо.

Холден даже не заметил, как сзади подошёл Фред, пока тот не взял его за локоть, опираясь и одновременно подталкивая вперёд.

— Пошевеливайся, моряк, — заговорил Фред. — Надо отсюда выбираться. Они запустили в нашу сторону торпеды, а какие-то долбаные крысы взломали мою защитную сетку.

Фред сквернословил больше, чем обычно. Стресс боя пробудил в нём давно уснувшего космического десантника.

— Стреляют по кольцу? — спросил Холден.

— Да. И направленно — по моему офису. Мне начинает казаться, что я им не нравлюсь.

Они вдвоём с трудом продвигались вперёд. Люди бежали по коридору к укреплённым убежищам и пунктам эвакуации.

Пожилой человек с коротко стриженными волосами и искривлённым постоянной гримасой ртом заметил окровавленного Фреда и без лишних слов закинул его руку себе на плечо.

— Мы в медицинский отсек или на эвакуацию? — спросил Гримаса.

— Ни то, ни другое, — сказал Фред. — Какие-то уроды пытаются всё захватить. На моих людей напали. Они зажаты в угол, а к нашим двигателям приближаются две вражеские торпеды. Нужно выручать своих и восстановить защитную сетку. Посмотрим, может, удастся отбиться.

— Шутишь? — спросил Холден. — Ты же ранен. У тебя кровь.

— Я в курсе, — сказал Фред. — Там, налево, проход для охраны. Можем им воспользоваться. Доберёмся до ремонтной сферы. Тебя как звать, шеф?

Гримаса вопросительно посмотрел на Холдена — к кому из них обращался Фред?— и Холден покачал головой. Его имя Фред уже знает.

— Электрик первого класса Гаррет Минг, сэр. Работаю на вас, так или иначе, уже лет десять.

— Прости, не встречал тебя раньше, — сказал Фред. — Оружием пользоваться умеешь?

— Я быстро учусь, сэр.

Лицо Фреда посерело. Холден не знал — это от потери крови, шок или первые симптомы отчаяния.

— Отлично.

Станция Тихо была построена в форме шара, полкилометра в поперечнике. Большая рабочая сфера могла принять почти любой корабль, правда, меньше линкора. В дежурном режиме два кольца по её экватору создавали для города гравитацию — конструкция, достойная лучших инженеров и техников Пояса. Мощные двигатели в основании сферы могли перемещать станцию в системе. Или, как в данных обстоятельствах, вне её. Тихо контролировала вращение Цереры и Паллады. Станция была пульсирующим сердцем Пояса, его самым большим достижением. «Наву», корабль, способный увезти людей к новым мирам, был слишком велик и не помещался внутри сферы, его построили в пространстве за станцией. Тихо была лучшим местом для мечты, живое свидетельство амбиций и способностей человечества — как терраформирование Марса или фермы Ганимеда.

И Холден никогда не думал, что станция Тихо окажется такой уязвимой.

Транспорт с кольца в строительную сферу напоминал громоздкий подъёмник. Он начинал с полной трети g на станции, и по мере медленного продвижения сила тяжести уменьшалась. Когда дверь открывалась снова, за ней ждал свободный полет. Кровь, начинавшая капать с руки Фреда, теперь превратилась в жидкий липкий слой, который удерживался на теле, постепенно сгущаясь до желеобразного состояния. Гаррет был покрыт ею. Холден тоже. Он боялся, что Фред потеряет сознание, но старик не утратил ни концентрации, ни решимости.