-

Тебе обязательно нужной уходить? — в нежном, мягком голосе едва сквозили обида и разочарование.

Очаровательного вида девушка не позволила себе надуть губы, что обычно ей шло, по ее личному убеждению. Но здесь был совершенно не тот случай. Хрупкая связь, длившаяся от силы месяц, могла оборваться от самого легкого напора.

Эрин грациозно отбросила прядь белокурых волос и робко улыбнулась не сводя глаз с красивого лица мужчины, от которого окончательно потеряла голову. Он был не похож ни на одного ухажера, которые, обычно, первыми сдавались Эрин и бегали словно собачонки. Все как один, шли на множество ухищрений и проявляли смекалку, чтобы заинтересовать чересчур разборчивую барышню из крайне консервативной и богатой семьи.

Учитывая то, что Эрин познакомилась с сумасшедше популярным и не менее сумасшедше красивым архитектором на светском приеме в Сити холле, по случаю вручения ежегодной премии от мэра города, она считала это судьбоносным знаком, ведь Бен Грэнсон слыл домоседом и затворником.

Скучающий и едва ли не хмурый вид этого красавца не могли исправить ни внимание со стороны женщин, ни искрометные шутки, ни дорогие напитки, в то время, как его лучший друг и компаньон Томас Флэтчер не терял времени и очаровывал всех подряд, проявляя потрясающее чувство юмора.

Тем не менее, Эрин удалось «случайно» подстроить знакомство, когда она нарочно врезалась в мистера Грэнсона и почти бы рухнула на пол, если бы он не подхватил ее.

В тот момент она отбросила все свои уловки и рассмеялась своей неуклюжести, сыпя извинениями. Ллойд едва заметно улыбнулся и что-то мимолетное промелькнуло в его глазах, какая-то странная затравленность, будто от долгого ожидания.

В тот вечер они разговорились и Эрин поняла, что этому мужчине противны малейшие намеки на фальш и внешняя привлекательность играла последнюю роль в желании продлить знакомство. Это стало ясно, когда Эрин по привычке упомянула о высоком положении ее семьи, лучезарно улыбаясь и кокетливо играя с прядью своих роскошных волос.

Этот мужчина не любил, когда его называли Бенджамином, коротко поправив свою новую знакомую, что его больше устраивает его второе имя.

И кажется, мистер Грэнсон уже собирался покинуть прием, когда Эрин призналась, что устала от блестящей мишуры и предложила поужинать в уединенном месте. Тогла Ллойд слегка нахмурился, будто в нем происходила некая внутренняя борьба, а Эрин затаив дыхание следила за мятущимся взором и любовалась полтрясающей фигурой, облаченной в смокинг. Голубые глаза, полные непонятной тоски в тот момент отчаянно блеснули и впервые за весь вечер мистер Грэнсон улыбнулся.

После той улыбки, сердце Эрин ни единого дня не билось ровно. Ее инициатива было оправдана, положив начало хрупкому знакомству. Никогда прежде в жизни Эрин столько не думала над словами, которые слетали с ее губ. Модельная внешность вполне расслабляла и мозг, ведь мужчины без особых усилий сами падали к стройным ногам мисс Линч. Но образование, на котором так настаивал ее отец, в коем то веке сыграло на руку организатору модных показов. И Эрин впервые за многие годы мысленно поблагодарила ненаглядного папочку за его настойчивость. Она могла поддержать разговор на многие темы и умела вплетала малоизвестные цитаты великих мира сего, чем несомненно заинтересовала Ллойда.

За этим ужином последовали самые тяжкие два дня.

Два дня ожидания, терзаний и любовной агонии. Дорогой особняк семейства Линч в Верхнем Ист-Сайде наполнился скверным оттенком неудовлетворенности. Эрин довела прислугу до истерики своими капризами, мать привыкла к переменчивому поведению дочери и просто не обращала внимания. Единственному ребенку в семье прощалось и не такое…

А потом были слезы облегчения и расцеловывание все тех же горничных, которые раньше получили незаслуженный разгон и орошую порцию хамства. И все после одного звонка от Ллойда Грэнсона, который пригласил Эрин на свидание. Именно этим словом он назвал грядущую встречу, погнав воображение блестящей барышни невероятным галопом. Но в то время, как красотка Эрин гибла от счастья в своих фантазиях, Ллойд видел в ней только прекрасную возможность выгнать из своей головы преследующий его образ другой женщины, которая была куда менее изысканной, никого не цитировала и мечтала о фрезерном станке.

Мисс Линч была настоящим спасением, неназойлива и чем-то напоминая ребенка. Ей была присуща легкая манера в общении, какое никакое чувство юмора. Она вселяла Ллойду надежду, что когда-нибудь он перестанет воскрешать в памяти черты лица Эммы, которая с каждым днем все больше превращаясь в видение.

Не отдавая себе отчета Ллойд никак не мог позволить себе думать об Эмме плохо. Были слабые попытки придать внезапной пропаже этой женщины лицемерный оттенок холодного расчета или легкомысленности, от чего становилась совсем противно на душе.

Ллойд легонько прикоснулся к губам Эрин и нежно щелкнул по ее точеному носу.

Мне нужно встретиться с братом. Что-то совсем худо семейному бизнесу. Боюсь это затянется, потом еще надо проведать… буквально старого друга.

Эрин заполняла ноющую пустоту, которая в последнее время стала тяготить Ллойда. Он прекрасно осознавал насколько его отношение к этой женщине недостойнои даже лицемерно. Не чувствуя взаимности по отношению к этой девушке, Ллойд старался заглушить угрызения совести тем, что осаждал свои привычки и практически закрывал глаза на тот факт, что вещи Эрин постепенно отвоевывали место в его гардеробе.

Не было секретом, что мисс Линч являлась довольно избалованной, то тот факт, что она могла приготовить самостоятельно ужин, стоически потребляя за раз такое количество калорий, от которого ее родная матушка пришла бы в ужас — указывали на равнозначные усилия и с ее стороны. Эрин не вертела носом, была готова к трудностям и буквально заглядывала в рот, предугадывая желания Ллойда. Обнадеживать ее он не торопился, но и отталкивать не собирался, наслаждаясь осознанием того, что в его квартире есть еще один человек, присутствие которого не обременяет шумом и не отвлекает от работы, но приносит уют и спокойствие.

Подбросить тебя до родителей или останешься у меня?

Ллойд сделал долгожданный шаг в сторону к Эрин и она замерла, слушая, как громко застучало ее сердце.

Ты не будешь против? — ее искренняя растерянность убеждала, что чувства не поддельны, но это не всколыхнуло в душе Ллойда ни капли сожаления.

Он молча протянул ей дубликат ключей от своей квартиры. Тонкая, изящная рука Эрин Линч сомкнулась, с неистовой силой зажимая негласное приглашение в личную жизнь.

Ты будешь голоден? — она не стала прыгать от радости и демонстрировать восторг, а лишь слегка улыбнулась.

Полагаю, что да, — Ллойд легонько прикоснулся к ее губам и тут же почувствовал, как ее руки сомкнулись за его шеей и она не дала ему отстраниться, стройное тело трепетно прижалось дразня и соблазняя, но лишь на мгновение, как будто обещала, но оставляла место предвкушению.

Тогда я буду ждать тебя, — ее горячее дыхание скользнуло по его коже, чтобы тут же раствориться.

Едва Ллойд вошел в лифт, Эрин уже щебетала о случившемся со своей матерью, с уверенностью в голосе заявляя, что один их самых известных холостяков Нью-Йорка уже практически у нее на поводке.

О правильности принятого решения Ллойд размышлял слишком долго. Он прирос к одиночеству и этот образ жизни настолько его затягивал, что грозил лишь усугубить его придушенную социофобию.

К тому же на следующей неделе было ровно год с того момента, как исчезла Эмма. Воспоминания немного притупились, но Ллойд знал, что они будут воскресать в памяти снова и снова изнуряя и изматывая его. Эрин отвлекала, разбивая тишину в квартире, привнося новые краски в монотонную жизнь, от которой Ллойд, почему то перестал получать удовольствие.

Перемены в его жизни были скорее приятными, что нельзя было сказать о жизни матери. Дела в «Грэнсон-корп» шли из рук вон плохо. Слова матери, которые она произнесла сквозь слезы сегодня по телефону, выбили из головы Ллойда мысли об Эрин.

«Из-за Стивена мы пойдем ко дну, а он будет и дальше винить кого угодно, только не себя!»