Улыбнувшись чему-то увиденному, она показала на север пляжа, в том направлении, где в воде недалеко от пляжа выделялось несколько огромных булыжников или, может, даже маленьких островов.

— Они там, я думаю, — сказала она, все ещё улыбаясь ему и показывая в сторону, противоположную той, куда пошли Туз и Хавьер. — Там это причудливое соединение ощущается сильнее всего.

Мэнни поколебался, сомневаясь, стоит ли спрашивать.

Он решил, что «соединение» — это, наверное, очередная фишка видящих.

Сейчас, наверное, не лучшее время углубляться в это, заставлять Ярли объяснять ещё больше вещей, которые казались ей прописными истинами.

Ярли окинула его повторным взглядом, затем склонила голову в деликатной, изящной манере — он знал, что этот жест у видящих служит формой лёгкого извинения.

— Объяснить не проблема, — сказала она. — Мы, видящие, заметили вокруг них двоих особенное соединение… с тех пор, как они это начали.

Она помедлила, явно размышляя, затем вновь подняла на него взгляд, прикрыв глаза от солнца.

— Соединение — это как свет, знаешь ли… мы можем видеть это, используя наше Барьерное зрение. Так что мы получаем информацию от этого света, мы видим сведения о личности, её ментальном состоянии. Но это не только визуальное изображение. Это также отпечаток, словно соединение обладает особенным ощущением или привязано к конкретной личности. Эти ощущения могут быть сильными или неуловимыми, как лёгкий аромат в воздухе. Они также могут казаться ошеломительными, вызывать ощущение одурманенности или опьянения, когда ты через это проходишь. Как это было у Шипрока.

Мэнни кивнул, размышляя.

— А чем тогда это отличается от «конструкции»? — спросил он мгновение спустя.

Она улыбнулась.

— Конструкция — это каркас, — сказала она. — Она придаёт соединению форму. Конструкция — это более структурированный контейнер для соединения. Она также сохраняет его заземлённым на протяжении длительного периода времени. Соединение — это то, что хранит конструкция.

Мэнни кивнул, думая над этим.

Это казалось логичным.

Он вспомнил, как странно чувствовал себя у Шипрока, особенно когда они находились в том подземном помещении под скалой.

А ещё он употреблял достаточно пейота, чтобы по-своему чувствовать, что она имела в виду.

— В данном случае оно сильно, я так понимаю? — сказал он. — Это «соединение»?

Она издала отрывистый смешок.

— Ага, — сказала она, невесело щёлкнув языком. — Сильно. Мягко говоря. Я не знаю, то ли дело в ней, то ли в нем… то ли в них обоих… но это не просто сильно, это соединение охватывает половину лагеря. А ещё ощущения необычные. Я честно могу сказать, что никогда не чувствовала ничего подобного, а я бывала рядом со многими связывающимися парами.

Её улыбка померкла, когда она добавила:

— Что бы с ними ни происходило, Мэнни, в этом есть нечто очень странное. Не знаю, как объяснить это, но за этим скрывается много силы. Такое чувство, будто один из них или они оба черпают какую-то силу в этом острове… а может, в самой Земле.

Посмотрев на океанские волны, она нахмурилась, все ещё размышляя.

После небольшой паузы, она покачала головой, едва слышно щёлкнув языком.

— Не знаю, — сказала она, выдыхая и опуская тёмные худые руки на бедра. — Я понимаю, как драматично это звучит. Буду честна, даже для меня это непросто. Сложно даже мыслить связно, когда я нахожусь в этом, — она посмотрела на него, слегка хмурясь. — Сложно даже сейчас находиться так близко к источнику, чем бы ни являлась эта штука. Сложно заходить в тот дом. Даже стоять на ступенях было тяжело. Такое чувство, будто эти двое образовали здесь какую-то воронку.

Мэнни нахмурился.

Всматриваясь в его лицо и глаза, она продолжала серьёзным тоном.

— Это немало влияло на Джакса… отчасти поэтому Холо порекомендовал отправить его в поисковую операцию, хотя формально он сейчас проходит терапию у дока и не допущен к активной службе.

Все ещё хмурясь, Мэнни положил руки на бедра, неосознанно копируя её позу.

— Это соединение. Оно, эм… Я имею в виду…

Он поколебался, пытаясь найти слово, которое подходило бы под сказанное Ярли.

— Опасно? — закончила Ярли за него.

Когда он перевёл на неё взгляд и слегка поморщился от смущения, она улыбнулась ему и покачала головой.

— Я так не думаю, Мануэль, — сказала она ласковым тоном. — Но это очень странно. Я невольно задаюсь вопросом, какими они станут, когда закончат. Я также гадаю, останется ли это соединение, или оно просто витает вокруг них во время связующего процесса.

Мэнни задумался над её словами, глядя на океан.

Он все ещё смотрел туда, когда она протянула руку и аккуратно взяла его ладонь, при этом источая ауру, которая словно спрашивала разрешения.

Он позволил ей, но как только их пальцы переплелись, он вздохнул и посмотрел на неё.

— Ты должна перестать флиртовать со мной, Ярли, — сказал он серьёзно. — Сбиваешь старика с толку. Меня легко запутать, поверь мне… особенно когда в деле замешана прекрасная эффектная женщина.

Она улыбнулась.

Это была такая широкая, тёплая, искренняя и удивлённая улыбка, что она отдалась болью в его груди. Мэнни нахмурился, глядя, как она на него смотрит.

— Я слишком стар для тебя, — произнёс он ещё более серьёзным тоном.

Тут она расхохоталась в голос, запрокинув голову.

Этот звук определённо не облегчил боль в его груди.

— Тебе смешно? — спросил он, невольно ощущая укол обиды. — Я правда слишком стар для тебя Ярли.

Она встретилась с ним взглядом, тот проблеск веселья все ещё виднелся в её глазах.

— Сколько мне, по-твоему, лет, Мануэль? — сказала она.

Её голос вновь звучал ласково, но улыбка никуда не ушла. Хуже того, Ярли смотрела на него так, что та боль в грудь устремилась в живот и превратилась в бабочек.

Иисусе, да что с ним такое?

Ей не могло быть больше сорока.

Он бы удивился, если она старше тридцати пяти.

Тихо фыркнув, она снова рассмеялась, тряхнув темными косичками.

— Добавь примерно четыреста лет, — сухо сказала она, улыбаясь ему. — И это я ещё сделала комплимент. Себе, то есть.

Его ответная улыбка постепенно померкла.

— Что?

Она рассмеялась над его оторопелым видом, и этот открытый, милый, тёплый, мелодичный звук определённо не помогал справиться с бабочками в животе.

— Ты правда не знал? — спросила она, улыбаясь и крепче сжимая его пальцы. — Ты же должен знать от Блэка, что наш вид стареет иначе? Или хочешь сказать, что ты не заметил, как мало он изменился в физическом плане с момента вашей первой встречи?

Мэнни моргнул.

Он знал, конечно же.

Просто ему не приходило в голову применить это ко всему остальным, и особенно к женщине, которая прямо сейчас широко улыбалась ему.

— Идём, — сказала она, дёргая его за руку. — Мы можем помериться возрастом позже… за ужином?

Выгнув бровь и позволив приглашению повиснуть между ними, она кивком головы показала в сторону островков в воде, буквально в нескольких десятках ярдов от берега.

— Пошли, Мануэль, — сказала она, и её хрипловатый голос ударил его прямиком в грудь, усилив ощущение бабочек в животе. — Пора найти этих чокнутых детишек. Мне ненавистно беспокоить их, но у нас действительно нет выбора, ведь так?

Поджав губы, Мэнни выдохнул, все ещё подавляя тепло, которое наверняка окрасило его щеки. Ну, они хотя бы находились на солнце.

— Нет, — ответил он после небольшой паузы. — Полагаю, у нас нет выбора.

Он последовал за ней, когда она зашагала по пляжу.

Она повела его в сторону самого ближнего и крупного из этих островков.

Хотя Мэнни невольно смотрел в основном на неё, на её длинные тёмные ноги под бледно-голубым платьем, сильные лодыжки и плечи, он периодически косился на остров по мере того, как они к нему приближались. Остров не был прямо-таки большим, но это и не был обычный кусок вулканической скалы, торчавший из воды. Среди пальмовых деревьев, которые росли на вершине яйцевидного каменистого образования, порхали птицы. Зелёная растительность и лианы свисали со всех сторон тёмного камня, заканчиваясь всего в нескольких футах над уровнем воды.