«Ты что-нибудь чувствуешь от Энджел? — послал он. — Я не улавливаю оружия, но я все ещё связан с ней по большей части через тебя. Может, ты получишь больше информации, — нахмурившись, он добавил: — Такое чувство, будто Энджел знает что-то, чего не знаем мы».

Я хмуро посмотрела на него. «Знает что-то? Что, например?»

Его мысленный голос зазвучал мрачно. «Например, может быть, она знает, что эти чокнутые зомби-засранцы сделают, если они с Микой попробуют подойти сюда… или уйти из пещеры вместе с нами».

Посмотрев на Энджел, я нахмурилась ещё сильнее.

Теперь мы стояли в каких-то двадцати ярдах от неё и фигур в одеяниях, которые полукругом стояли возле ямы.

Потянувшись своим светом, я попыталась прочесть Энджел, убрав руку с винтовки и резким жестом позвав её к себе и Блэку.

Нахмурившись, она один раз качнула головой.

Сделав жест руками, она показала на всех людей вокруг неё.

Блэк прав. Мне не казалось, что стоявшие позади неё охранницы — это единственное, что беспокоило Энджел. Когда я потянулась глубже в её сознание, используя связь Блэка с этим силовым полем, похожим на энергию в горе, я мгновенно уловила слова.

«Мири… — разум Энджел набросился на меня. — Мири… Боже, надеюсь, ты меня слышишь. Мири, они все сумасшедшие. Все. Типа фанатики, но в то же время будто не все дома. У них типа коллективный разум. Если они подумают, что ты представляешь угрозу для их храма или пытаешься забрать одного из их последователей, они сделают что угодно, чтобы защитить это. Они все будут защищать…»

Я услышала искажённое имя.

Что бы там ни было, я это не разобрала.

«…Чёрное Солнце, — закончила Энджел, словно это лучший вариант перевода, который могло предложить её сознание. — Они будут защищать его ценой своих жизней. Даже Элис. Элис теперь тоже сумасшедшая. Это как ядовитый газ, сочащийся из-под земли, и они просто продолжают ставить нас здесь день за днём. Мы думаем, что у Мики иммунитет, потому что она видящая. Я пока тоже невосприимчива… мы не знаем, почему. Но туристы заражены. И Элис тоже. Элис теперь одна из них. Она будет защищать эту проклятую штуку любой ценой. Она сломает тебе шею, чтобы защитить это. Она умрёт, чтобы защитить это».

«Защитить что?» — гадала я, покосившись на Блэка.

Мы оба взглянули на светящуюся дыру в полу.

Я чувствовала, что теперь Блэк не хочет, чтобы я к ней приближалась.

Я чувствовала, как он подумал о моей наполовину человеческой крови, как это могло повлиять и на меня тоже, как меня уже туда тянуло. Я также чувствовала, что это ещё не вся история.

Самого Блэка тоже тянуло к этой штуке в яме.

Я чувствовала в нем тягу даже сильнее, чем в себе.

— Так как нам вытащить их отсюда? — прошептал Пёс позади нас.

Все мы остановились прямо на краю ямы, примерно в двадцати ярдах от людей в шафрановых одеяниях.

Очевидно, Пёс что-то уловил между мной и Энджел. По меньшей мере, он оценил ситуацию достаточно хорошо, чтобы понять — мы наверняка не можем просто пойти и вытащить отсюда Энджел, Мику и Элис.

Несколько секунд мы просто стояли там, переглядываясь.

Посмотрев на раскрасневшиеся потные лица Мэджик, Фрэнка, Пса, Хавьера и Девина, я осознала, как жарко стало в пещере. Я этого почти не заметила, меня отвлекло пульсирующее сердцебиение ямы в полу, которое все ещё вибрациями прокатывалось по всему моему телу, отчего становилось сложно думать. Я также думала, что я настолько погрузилась в свет Блэка, что это делало меня менее восприимчивой к жаре и влажности, словно он переносил эти условия иначе.

Я все ещё смотрела на нашу группу, когда Блэк выдохнул — может, от раздражения, может, в знак какого-то поражения, а может, и то, и другое.

Подняв винтовку и положив её на плечо стволом вверх, он целеустремлённо подошёл к краю ямы и посмотрел внутрь.

Как только он сделал это, я ощутила, как огромная волна… чего-то покинула яму.

Она выплеснулась наружу вздымающейся рябью, ударив по моему живому свету, а затем окутав меня, окружив чем-то вроде горячего влажного пузыря. В те несколько секунд я утратила равновесие. Моё зрение отключилось… настолько, что я испугалась, что могу упасть.

Или хуже того, Блэк может упасть.

Когда моё зрение сфокусировалось обратно, мои бока стиснули руки.

Я посмотрела на разгорячённые потные лица Мэджик и Девина, которые стояли по обе стороны от меня.

Пёс тоже держался поблизости с обеспокоенным видом.

— Эй, Мири… ты в порядке? — пробормотал Пёс, нервно переводя взгляд с меня на яму.

Я проследила за его взглядом, внезапно ужаснувшись при мысли, что не увижу там Блэка, что его сбило волной и утащило в ту пульсирующую расселину.

Однако он все ещё стоял там.

Судя по его позе, он держался там прочно, как камень, глядя в красный и оранжевый свет. Его золотые глаза отражали свечение, лицо и подбородок напряглись, взгляд сделался жёстким. Он выглядел полностью сосредоточенным на том, на что он смотрел, но в то же время казался отрешённым, словно отчасти заглядывал глубже того, что находилось в яме.

Все ещё стоя между Мэджик, Девином и Псом, я позволила им держать меня, пока я простирала свой свет до Блэка, пытаясь увидеть и почувствовать то, что видел и чувствовал он.

Как только я соединилась с ним, та волна вновь вздыбилась вверх.

Когда я не отстранилась, она увеличилась, окутывая меня ещё большим количеством того жаркого обволакивающего света.

Образы вспыхнули в моем сознании.

Я увидела реку лавы, вьющуюся на дне той ямы.

Лава текла по руслу из чёрного камня пещеры, создавая освещённые потоки вплоть до реки внизу. Словно расплавленный металл в ковке, она светилась красным и ослепительно-белым, чернея в тех местах, где лава на поверхности остывала. Светящаяся жаркая вена под Землёй освещала изогнутые круглые стены из чёрного камня, отсвечивая в глазах Блэка. Я видела в той лаве ослепительно-белых рептилий с сине-чёрными глазами. Они плыли в расплавленном и металле.

Они выглядели как малыши-драконы — клянусь, у некоторых из них я заметила крылья.

Это же не может быть по-настоящему.

Я знала, что ничто из увиденного мной не могло действительно существовать на дне ямы. Это должно быть какое-то Барьерное изображение. Блэк смотрел вниз, переплетая его физическое и экстрасенсорное зрение, сплавляя два мира.

Эти драконы — не настоящие драконы. Я знала, что они обязаны находиться в Барьере.

Но мой разум задавался вопросом, делало ли это их менее реальными?

«Они реальны, — прошептал Блэк в моем сознании. — Они говорят со мной. Ты их слышишь?»

«Нет», — ответила я ему.

Я все равно прислушалась, сосредоточившись изо всех сил, пока сердце гулко колотилось в груди. Я сосредоточила каждую часть своего разума, пытаясь услышать драконов, говоривших через него… но я не могла слышать ничего, что напоминало бы слова. Несколько раз я слышала шипение, но думала, что это всего лишь раскалённые, расплавленные камни ударяются об обсидиановые стены.

Какое бы соединение ни связывало нас с Блэком через тёмный огонь его света, у него имелись свои лимиты.

«Я могу сказать тебе, — тихо предложил Корек. — Я могу сказать тебе, что они говорят, Мири».

Я нахмурилась, ощутив его присутствие в нитях, связывавших меня и Блэка.

«Это делаешь ты? — спросила я это присутствие после небольшой паузы, и мои мысли сделались ещё тише — может, чтобы Блэк их не услышал. — Ты связываешь Блэка с этим местом, Корек? С тем, что живёт внутри этой дыры? Потому что мне кажется, это опасно».

«Он опасен? — послал Корек. — Он кажется тебе опасным?»

«Блэк? Нет, — послала я в ответ, недоумевая. — Я этого не говорила. Я имела в виду…»

«А должен, — перебил Корек едва слышным шёпотом. — Он должен казаться тебе опасным, Мири. Он опасен. Он всегда был опасен, но теперь становится ещё более опасным».