…Он снова ненадолго замолчал. Со стороны могло показаться, что он уснул – сидя у её кровати на полу… Но, спустя несколько минут, Игорь снова открыл глаза.

- Я не знаю, что со мной случилось почти год назад. Всё изменилось в один момент… всё, что было раньше, с тобой, показалось ненастоящим… меня как будто подменили. Я думал, что отошёл от тебя окончательно… думал – всё… Жизнь закрутилась по-новому. А сейчас вспоминаю – а ничего ведь не закрутилось… и ничего не было – ни тепла, ни взаимопонимания… ни родной души. Ничего такого, что было с тобой. Тошно вспоминать. У меня ведь ближе тебя никого нет. И дороже тебя – никого… Нервы, обиды, это всё – пустое. Я никогда не говорил тебе про любовь… да и ты никогда не спрашивала. Мы просто жили… я знал, что ты у меня есть… А теперь, выходит, что не знаю… есть ты у меня… или уже – нет. Я никогда никому не завидовал, а сейчас… Смотрю на людей – все парами… счастливые.

***

Проснувшись, Элина не сразу вспомнила события вчерашнего вечера. Лекарства, действующие, как снотворное, на какое-то время замедлили восприятие, и, открыв глаза, она с удивлением смотрела на мужа, сидящего рядом на полу. Судя по тому, что голова его была склонена к плечу, Игорь спал. Она тихонько провела рукой по его волосам. Шумно вздохнув, он пошевелился и повернул к ней голову.

- Почему у тебя щека мокрая?.. – она притронулась пальцами к его щеке, - И зачем ты сидишь на полу?..

- Ты – как? – нахмурившись, он потёр лицо ладонями.

- Я – хорошо, - Элина попыталась привстать, но тут же снова опустилась на подушку, - ты что, всю ночь просидел со мной?

- Почему просидел? Я спал, - поднявшись, он подошёл к окну и потянулся, расправляя затёкшие конечности.

- А мне вспоминается… мы, кажется, разговаривали?.. Я помню твой голос…

- Тебе приснилось, - Игорь казался чересчур серьёзным, даже мрачным, на лице не осталось и следа ночного настроения, - ты точно нормально себя чувствуешь?

- Да, всё хорошо.

- Чего-нибудь хочешь?

- Нет. Хотя… пить хочется.

Налив в стакан воды, он помог ей приподняться, затем, дождавшись, пока Элина выпьет воду, забрал стакан и поставил назад на стол.

- Ещё что-нибудь? Может, в туалет хочешь? Что тут положено лежачим… судно?

- Нет, - она почему-то смутилась, и кивнула на штатив с капельницей, который так и остался стоять после того, как медсестра ночью вытащила из её вены иглу, - я не лежачая, и даже с этой штукой на колёсах могу дойти, если что.

- Тогда я – домой, на работу собираться. Скоро уже твой… врач… придёт.

- Подожди… - увидев, что он взял куртку, Элина снова попыталась сесть, - Игорь… нам всё-таки нужно поговорить.

- Вот поправишься, потом, может быть, поговорим, - поджав губы, он застегнул молнию, - я тебя только об одном прошу. Не принимай никаких глупых решений. И не ведись ни на какие уговоры. Не забывай, что у тебя есть Антон, и ты ему нужна.

- А тебе? Тебе я нужна?

- Я тебе такой не нужен. Все твои болезни и беды только из-за меня. Ладно, Эля… ты выздоравливай. Да, совсем забыл… - он уже сделал шаг к двери, но снова повернулся к ней, - Квартира матери теперь пустая, я постараюсь навести там какой-нибудь порядок и переехать туда до твоей выписки. Так что, возвращайтесь домой с Антоном, и живите спокойно.

- Почему квартира пустая? – Элина непонимающе нахмурилась, - А дядь Петя?

- Дядь Петя умер четыре дня назад. Я поэтому и не приезжал к тебе и не звонил, занимался похоронами.

- Почему ты мне не сказал?..

- Не хотел расстраивать. Он тебе, конечно, чужой человек, но, всё-таки… Ты, вроде как, сердце лечишь. Хотя, всё же пришлось рассказать.

- А я тебя ждала… Думала, что тебе на меня наплевать… Ну, почему ты такой?! Я же только поэтому…

- Потому, что такой. И другим уже не буду.

***

Весь день Элина ужасно переживала. Уже к обеду ей стало лучше, но Рябинин строго-настрого запретил вставать, и она как никогда обрадовалась постельному режиму. Ей казалось, что о вчерашнем инциденте знает уже вся больница, да что там больница – знает весь город!

Как оказалось, она была недалека от истины – приехавшая ближе к вечеру Ирина Германовна выглядела очень озабоченной, и с порога начала допрос.

- Эля! – скинув шубу и шапку, мать тревожно смотрела на дочь, - Что вчера произошло?!

- Ничего, - Элина изобразила искреннее удивление, - а что такое?

- Ой, не скрывай! – Ирина махнула рукой, - Люди видели, как Игорь дрался с Серёжей. Мне утром Маша по секрету всё рассказала!

- Ну, если Маша… - Элина усмехнулась, - Тогда, точно, уже весь город в курсе.

- Да Бог с ними, мне главное – как ты?! С тобой было плохо, я всё знаю! Почему мне не позвонили ещё вчера?!

- Потому, что ничего страшного не подтвердилось. У меня был просто нервный спазм. Меня накололи всякими препаратами, и я спала всю ночь, как убитая. Всё хорошо, мам. Завтра я уже встану.

- Ну, а Игорь-то что?! Совсем обнаглел! Надо было вызвать полицию!

- Мама… а с чего Антон взял, что я собираюсь рожать ребёнка? Он сказал об этом Игорю, а Игорь – мне.

- Ну… я просто спросила Антошу, хочет ли он братика или сестричку… Что здесь такого?! Лучше заранее подготовить… Хотя… о чём теперь можно говорить, если у тебя приступ за приступом.

- А ты меня спросила, хочу ли я?!

- Эля… - Ирина Германовна изумлённо смотрела на дочь, - Мы же с тобой разговаривали…

- Мы просто разговаривали! Но я не принимала такого решения! Это решила ты, а не я!

- Эля, тебе нужно кардинально менять свою жизнь, чтобы – ни шагу назад! Серёжа только подтвердил мои слова! Он сказал, что твой порок почти не проявляется, и что шансы выносить и родить второго ребёнка очень велики. Он сам бы следил за тобой.

- Я очень благодарна Сергею за то, что он заботится о моём здоровье… Но почему вы с ним постоянно пытаетесь решить мою судьбу?!

- Я просто хочу тебе счастья. А оно для тебя возможно только рядом с Сергеем. И, если бы не твой бывший муж…

- У меня нет бывшего мужа! У меня есть настоящий муж! И, если бы не он, я вчера натворила бы глупостей!

- Эля… - Ирина ласково погладила дочь по голове, - Мне больно на тебя смотреть… Я понимаю, что ты любишь Игоря… но это путь в никуда. Он не станет другим… ты так и проживёшь жизнь в качестве кухарки, прачки, уборщицы, коврика, о который можно вытереть ноги, а ещё – резиновой груши, на которой можно безнаказанно срывать свою злость. А с Серёжей у тебя будет совсем другая жизнь. Он – добрый…

- Игорь тоже добрый.

- Он заботливый…

- А я люблю заботиться сама.

- С ним ты будешь как за каменной стеной.

- Я не люблю каменные стены.

- Ты многое с ним увидишь, ты не будешь сидеть дома…

- А я люблю валяться дома на кровати.

- Он занимается спортом, ходит в тренажёрный зал, ездит на охоту!

- А Игорь ненавидит охотников… они – те же убийцы.

- Он не такой грубиян, как твой Игорь!

- Зато Игорь жалеет бездомных животных.

- Ну, что ты как маленький ребёнок… - мать продолжала ласково гладить Элину по волосам, - Упрямство ты моё!

- Мамочка… - Элина взяла мать за руку, - Знаешь, ещё вчера вечером я думала точно так же, как и ты. Я чуть было не уехала с Сергеем к нему домой… и мне до сих пор ужасно стыдно. Я знаю, он хороший… очень хороший. И ты во всём права… Но сегодня утром я проснулась, а Игорь сидит рядом со мной… вот здесь, на полу… И я поняла… в тысячный раз поняла... Мне всё равно, какой он – добрый, вспыльчивый, злой… Он мне – нужен! Понимаешь?! Любой – нужен! Я хочу жить – с ним! Я хочу с ним засыпать… просыпаться… я хочу с ним разговаривать… видеть его, обнимать, кормить… слышать его голос… Я могу обойтись без заграницы… я могу обойтись без дорогой шубы, боулинга, фитнеса, шейпинга, цветов, подарков… я могу обойтись без чего угодно!.. Я только без него не смогу обойтись.