Вчетвёртых, связав четыре сидушки за углы по блочкам, получаем вполне нормальный лежак.

И впятых, эти четыре сидушки хорошо укладываются в рюкзак со стороны спины.

Всё это было куплено и сделано, когда ещё гамаков в автобусе даже в проекте не было, а собирались покупать на всех палатки.

Присев около "керогаза", привалился к дереву и с удовольствием закурил дорогущую трофейную сигариллу, щелкнув зажигалкой с финской свастикой. И наконецто ощутит себя победителем.

Наблюдателято мы не поставили, мой косяк, проворчал при этом, выдохнув первую затяжку.

Успокойся, Жора, Таня и Сажи уже там бдят. Потом я с кемнибудь их заменю, только кипятком всех обеспечу, откликнулась Дюлекан.

Потом, всех стрелявших сегодня с матюками заставил влить по маслёнке в ствол, прямо при мне, а чистить, ладно, завтра будем.

Жора, ты мог это раньше сказать, до того как все помылись? возмущенно взвизгнула Альфия.

Привыкай, Аля. Веретённое масло теперь твоя косметика. Потому что ухаживать будешь сначала за автоматом и только потом за собой.

На хрена мне такая перспектива?

На всю оставшуюся жизнь, Аля, сама видишь, какая она тут. И ещё один совет ногти состриги. Надо будет потом свой маникюр отрастишь. А то обломаешь их по дороге хуже будет. Вон с Комлевой пример бери.

Альфия надулась обиженно, но промолчала. Даже набученная она оставалась самой красивой девчонкой моего гарема. Особенно в закатном солнце, которое пробивалось последними лучами сквозь её пепельные волосы. Я залюбовался невольно.

Тут и мне выделили котелок кипятка, а на освободившемся "керогазе" стали варить чтото съедобное.

Новая земля. Плоскогорье между территорией Ордена и Южной дорогой.

22 год, 32 число 5 месяца, четверг. 23:30

Когда я помылся, все уже собрались у "керогаза". Кроме Розы, Тани и Сажи.

Загородившись от "дороги" автобусом, при свете ручного фонарика, положенного так, чтобы освещал только достархан, насытились жидким кулешиком из тушенки с гречкой и ещё какимито трофейными харчами. Какими, точно не скажу. Мне не досталось, я чай местный пытался в это время нормально заварить. Как говориться, в большой семье клювом не щёлкай.

Приказал заменить наблюдателей с поста, и Розу из автобуса. И, когда они к нам примкнули, пустил по кругу трофейную водку. Что там питьто в дюжину рыл? А, как антидепрессант, самое то. И джин заодно умяли, оставив порцайку дежурящим. Водичкой минеральной запили. Тоже трофейной. Бог напитал никто не видал.

Девочки мои, сказал я первый тост, Я хочу выпить за вас. За ваш первый бой, который вы с честью выдержали. Теперь в нашем отряде "Факел" больше нет никаких бойцыц, есть только обстрелянные бойцы. Поздравляю. Ура! Только шепотом!

Ура, закричали девчата громко довольными голосами, хотя видно было, что они тоже сильно утомились. Но это было какоето радостное утомление.

Но одно условие есть, соединил я похвалу с воспитанием, Никому не надо говорить об этом бое. Не было нас тут.

Почему? раздались разочарованные голоса.

Ну не пугать же их сейчас возможной местью воров в законе. Другое сказал.

А зачем нам создавать себе лишние неприятности. Пропали две машины в буше и пропали. Не впервой тут такое. А нам незачем излишнее внимание к себе привлекать. Достаточно того, что и так своровать вас хотят. Так что иметь кровников в нашей жизни будет перебор.

Вняли, не вняли, время покажет.

Услышав, что Ингеборге объявила что спальные места готовы и призывает всех укладываться на ночь, я воспринял с энтузиазмом, приказав снять посты до рассвета. И, в целях безопасности порекомендовал всем ночью пользоваться биотуалетом в автобусе, а не топтаться в кустиках, мало ли какая козюля нехорошая там живёт. Ещё укусит, куда не надо.

Страшась местной фауны, на ночь все с удовольствием устроились в автобусе, разобравшись с весом каждой тушки по старому списку взвешивания. Кто полегче в гамаки, кто потяжелей на пол.

Я улегся у водительского места, потому как матрасик мой надувной был полуторный (сам покупал в ПортоФранко под двухместную палатку) и в проход между сидений он не вмещался.

Часовых решил не выставлять. Пусть девчата отдохнут от переживаний. Сон лучшее лекарство в молодости. Все равно настолько скорбных тямом, чтобы нас искать по этим пригоркам безлунной ночью, нет по определению. А, если и попадаются такие, то их поголовье ТУТ быстро сводится к нулю.

День двенадцатый

Новая земля. Плоскогорье между территорией Ордена и Южной дорогой.

22 год, 33 число 5 месяца, пятница, 01:34

Девчата быстро сморились, а мне сон не шел. Думал, всё, голову до подушки не донесу. Ан, нет. Всё ворочаюсь и размышляю, кто бандюков на нас навел? Ведь не из Латинского же союза банда прискакала. Не негры какиенибудь, и не арабы с юга Залива. А гоняет нас самый, что ни на есть советский интернационал, возглавляемый кошерным евреем. Да ещё вором в законе. Прям РСДРП(б) какаято. Камо, Сталин, Троцкий и Ваха Помоев.

Кто там у нас, кроме главаря?

Финн.

Армян.

Грузин.

Чечен.

Хохолзападенец.

И залётный латинос, неясной государственной принадлежности.

С Розой я, конечно, пошептался, ещё на первом привале, попутно поглощая трофейный фарш, но много информации из этой беседы не вынес.

Когда я всех их на Базе "Западная Европа" отпустил на танцы оттянуться перед дорогой, то там она встретила знакомого не знакомого, но шапочно известного ей человека с того же химтеха, что и она. А тот уже представил её этому Паперно, которого звали Вячеслав. С этим Славиком Паперно она даже танцевала медляк. Однако тот в танце её не клеил, а только прикидывался, (что Розу ужасно обидело), всё больше интересовался её планами на будущее.

Ещё мною немного. Вскользь так.

И активно рекламировал тут жизнь в Зионе, как рай для евреев, недостижимый на Старой Земле даже в Израиловке.

Пугал московскими порядками в русских землях. И, конечно же, русским антисемитизмом. Куда ж без него в агитации и пропаганде?

Никакого криминала, кроме интереса, куда и когда мы выезжаем. Но тут все были жестко мной заинструктированы, что едем утром в ПортоФранко, присоединяться к московскому конвою. И что на Базу заскочили исключительно на шопинг. Реальных планов я даже девочкам не озвучивал именно на такой случай. Так что выдать они при всем желании ничего не могли.

Пока я эти мысли думал, девчата все уснули, умаявшись.

А вот мне не спалось всё, хотя я прекрасно понимал, что выспаться мне крайне необходимо, а то в глаза уже, как песка насыпали. Да, иначе, кто автобус поведет завтра? А стрёмные варианты ох, как ещё возможны.

Толькотолько уговорил себя заснуть, как ктото в темноте стал тихонечко молча заползать под моё тонкое одеяло.

Я вскинул голову. Кто ж меня так пугаетто?

Тсссссс, раздался в ухе тихий шепот, Только тихо. Все спят.

Ты кто, не вижу ни черта? ответил тем же заговорщицким шепотом.

Анфиса, назвалась, и уже лежит рядом, тесно ко мне прижавшись. Голенькая вся.

Обняла, прижавшись жаркими губами к уху, зашептала торопливо.

Погладь меня, Жорик, пожалуйста, а то я уснуть не смогу. Я так перетрухала сегодня, просто ужас, и эти мертвые жуткие всё в глазах стоят, окровавленные, шепчет жалостно, а сама уже шаловливой ручкой в трусы ко мне залезла, и шебаршит там. И одновременно целует меня ласково в шею, в ключицу...

Не, я не железный, и отца Федора из меня никогда не получится. Да и пережечь лишний адреналин всяко лучше всегда так, чем иначе. Тем более с такой красивой телкой, хотя тут в кромешной темноте ничего и не видно, но ято хорошо помню, какая Фиса вся из себя красавица чувашка.

А тело у неё жаркое.

Поцелуи горячие.

И грудь такая упругая.

И вот уже меня на себя завалила, уверенной рукой направляя мой нефритовый жезл во влажное своё лоно.