Взяты пистолеты. Американский "Кольт" и к нему пятьсот двадцать восемь патронов.

Тут я подумал, что у меня в загашнике есть ещё двести таких же патронов, и на душе стало тепло можно будет и на тренировку щедро отсыпать, не бегая каждый раз к жабке на подпись с требованием.

Инга продолжала талдычить.

Финский пистолет "Лахти" и русский ГэШа восемнадцать. К ним тысяча девяносто восемь патронов девять на девятнадцать. Немецкий "вальтер" ПэПэКаэРФэВэ. С ним двадцать четыре патрона калибра девять миллиметров "курц". Немецкий же пистолет "маузер", модель семьсот двенадцать. К нему сто семьдесят патронов. Советский пистолет Байкал четыреста сорок один. К нему двадцать четыре патрона калибра шесть и тридцать пять сотых миллиметра. Советский пистолет ТэТэ с восемью патронами. По пистолетам всё. Теперь ножи. Кинжалбебут кавказский один, финка одна, три ножа типа "кабар", один метательный нож и швейцарский армейский нож складничок, которым вчера мы трофейный фарш резали и банки вскрывали. Еще взяли две хорошие разгрузки. Три фонаря на батарейках и один фонарь мощный, на аккумуляторе.

Инга взяла паузу на глоток кофе.

Теперь по медицине. Индивидуальных перевязочных пакетов одиннадцать. Резиновых жгутов три. Промедола двенадцать доз. Не дай Бог воспользоваться. И ещё автомобильная аптечка, но, кажись, просроченная. И главное десять пачек качественных староземельных презервативов. Фирменных. Так что, девчата, кому припрёт обращайтесь.

Пока девчата смеялись, я быстренько сосчитал запасы необъявленного курева. Четыре блока "Конкисты" (один початый) у меня было. Теперь добавилось одинадцать пачек "Nat Sherman Classic Mint", девять пачек "Marlboro" и одна початая к ним, пять целых пачек "Kamel" и одна ещё початая. И коробочка сигарил "Macanudo", уже мною вскрытая. В общем, до русских земель курева мне хватит с запасом, а там: будет день будет пища. Хотя в Евросоюзе я бы не отказался основательно завариться на будущее "Конкистой". Понравились они мне. И дешевые они тут. Повезло мне крупно и в том, что девчата оказались некурящими, как одна, что редкость вообщето в их кругах.

Всё, закончила Ингеборге, Трофеи кончились.

Народ разочарованно загудел.

Пришлось вмешаться.

Что мало показалось? Нормально. Больше наш автобус бы и не выдержал.

Смеются. Это хорошо.

У отряда, кроме дежурных по рации и наблюдателей личное время. Подшиться, постираться, там, привести свои вещи в порядок. Бульку перевязать нормально.

Вычистив трофейный пулемет, уселся в тени под деревом типа акации, но растущей ветками, как веникголик, поставленный на ручку, закурил неторопливо, со вкусом.

Пулемёт меня откровенно достал. Как его разбирать я не знал, и узнать мне было неоткуда. Интуитивно понял, как вставлятьвынимать из него ленту, и то хорошо. Пришлось чистить ствол, так, как есть, в собранном виде, что оказалось ещё тем геморроем. Заодно почистил и запасной ствол. На всякий пожарный. Хотя, как их менять не имею никакого представления.

Но вот теперь можно и оттянуться. Совсем было решил, после перекура, покопаться основательно в трофейных бумажках, как подошла Бисянка, со снайперской винтовкой в руках, и спросила.

Я тут присяду рядом?

Не вижу препятствий, Танечка. Место не куплено, мне было немного не до неё, но отказывать красивой девушке в таком пустяке видимой причины не было.

Сев рядом, Таня прислонилась к моему плечу спиной, положив винтовку на колени, и сидела так, вполоборота от меня, задумчиво грызя травинку, и чтото рассматривая вдали. Потом сказала серьёзным тоном.

Извини меня, Жора, за то, что я плохо о тебе думала.

Это когда же? удивился я такому обороту.

Да всегда.

Она помолчала и добавила.

Думала, что ты очередной столичный кобель. Из зазнаистых холуёв новых русских.

Немного подумав, ответил ей предельно серьёзно.

А за что прощать? Я действительно столичный кобель. Разве что, только, внеочередной.

Хмыкнул на этом месте и продолжил.

И действительно работал на новых русских, потому, как сам, хоть и высокооплачиваемая, но, всё же, наёмная рабочая сила.

А разве ты не буржуй? Ты же богатый был! в тоне Бисянки было действительно удивление.

Нет, Таня, ты не права. Буржуй не определяется богатством. Буржуй это тот, кто извлекает прибыль из принадлежащей ему собственности. И тут, что олигарх, что бабушка с двумя квартирами, одну из которых она сдает внаем оба буржуи. По определению. А наемный рабочий, это тот, кто просто продает свою рабочую силу руки или знания, без разницы, и получает за это деньги в зависимости от квалификации. Гдето так, если объяснять на пальцах.

Но вы ведёте себя, как буржуи, утверждала девушка.

Вот именно КАК, сделал я акцент, Просто, Таня, нам много платят настоящие буржуи. Мы, как писал Карл Маркс, рабочая аристократия, которой создаются буржуазные условия жизни для обеспечения её лояльности хозяевам. Но это ничего не меняет. Меня также можно в одночасье выбросить на улицу, как и слесаря с завода. Просто потому, что хозяину так захотелось. А вот у бабушки вторую квартиру по закону не отнять. Неважно сколько человек получает в заработок, или какой извлекает доход, главное, каким способом он это делает.

Понятно, но я не об этом, хотела говорить, тут девушка на секунду замялась, Я пришла сказать тебе, Жора, спасибо за вчерашнее. Ты нас всех спас.

Я ухмыльнулся.

Только благодаришь меня за это ты одна.

Они просто не понимают, какая опасность над нами висела. И не понимают, что ты вчера совершил подвиг.

Так уж и подвиг. Я бы без вашей поддержки даже на ноги не встал бы.

Бисянка не обратила внимания на мою реплику.

Между прочим, за такое раньше ордена давали. А девчата? Не суди их строго они ещё маленькие.

От так вот. И это сказала чуть ли не самая младшая фифа нашего отряда. Почемуто это утверждение снайперши меня слегка возмутило.

Танечка, у меня бабка в шестнадцать лет на войну пошла. Добровольно. В Сталинград. Сначала зенитчицей была на счетверенном "максиме". На переправе! Потом снайпер. Восемь фрицев. Медаль "За отвагу". Она младше их была.

Это было совсем другое поколение, Жора. Другие люди. Это я по деду сужу. У него, кстати, счёт сто тридцать шесть фрицев.

На то он у тебя и герой, согласился с ней.

Да, герой, спокойно подтвердила Таня и снова замолкла.

Потом, приблизительно через минуту непрерывного рождения милиционеров, под шелест крыл тихих ангелов, она заговорила снова, всё также, не поворачиваясь ко мне.

Девочки пока только играли в войну, как в страйкболл. Воевали по серьезному вчера только трое. Ты, я и Дюлекан. Мы втроем полбанды уделали. Других бандюков надо Гале записать на счет, как пулеметчице. Остальные только патроны тратили.

Танечка, ты к ним излишне строга. В машины же они попали. И неплохо их раздирибанили.

Я и говорю страйкболл, настояла на своём Бисянка, Стрелять надо было во врагов, а не в машины, которые сами по себе хороший трофей. Дорогой трофей. Особенно ТУТ.

Пора пришла разъяснениями политики партии давить всех мелких жаб в округе.

Нет, Таня, даже если эти джипы достались бы нам целыми и невредимыми, то я бы их всё равно уничтожил. Они слишком приметные и по ним бы нас быстро опознали. С непредсказуемыми последствиями. Так что, не жили богато не хрен начинать.

Таня встала, повесив винтовку на плечо.

Я задрал голову, чтобы увидеть её лицо. Красивое лицо перворождённой из зачарованного леса. И не захотел, почемуто, отпускать её без вопроса. Чтобы просто постояла рядом со мной ещё минуточку.

Ты считаешь, что я зря девчат хвалил?

Нет, не зря, Таня слегка улыбнулась, одними уголками губ, Они все достойны похвалы, хотя бы за то, что не сбежали после первого выстрела.