Уже несколько лет спустя после того, как Чили окончательно превратилась в экономическую колонию Великобритании, эту модель зависимого капитализма начали одолевать новые веяния. Американский капитализм, который до этого времени ограничивался в значительной мере своим «задним двором» в Центральной Америке, начал протягивать щупальца к добыче чилийской меди.

Возрастающие объемы управления и торговли способствовали появлению в 1891–1920 годах среднего класса, который с каждым разом набирал все большую силу, вклиниваясь между крупной буржуазией и трудящимися и требуя своей доли политической власти. Существенным фактором этого явления был быстрый процесс урбанизации, который перенес центр политической власти из села (латифундистская олигархия) в города (средние слои). В 20-х годах городское население по численности превысило сельское население.

В армии после гражданской войны 1891 года под руководством наемника Кернера, поднявшегося между тем до начальника генерального штаба, произошла профессионализация, что создало ясно очерченную военную специализацию и тем самым в окончательной форме закрепило отделение военной власти от власти гражданской. Но вместе с этим исчезла также и скрытая от несведущих монополия, которую сохраняли до того времени семьи олигархии на офицерские должности.

Армия превратилась таким образом в важное средство в руках средних слоев для продвижения по социальной лестнице. Создание в 1907, 1912 и 1919 годах офицерских лоджий, конспиративных кружков и других подобных объединений показывает, что мелкобуржуазные элементы пытаются заполучить гораздо больше влияния в военной среде.

Латифундизм, начиная со второго десятилетия XX века, испытывает кризис. Он уже утерял свои рынки по продаже пшеницы в Австралии и на тихоокеанском побережье Соединенных Штатов, рост внутреннего потребления вызывает постоянный дефицит продуктов. Панамский канал обесценил все значение Магелланова пролива, что содействует медленному умиранию чилийских портов. Начиная с середины десятилетия, появляется городской промышленный пролетариат, сосредоточенный на предприятиях легкой промышленности, заменившей европейский импорт, прекратившийся в связи с первой мировой войной. Пролетариат пополняет свои ряды рабочими-железнодорожниками, трамвайщиками и портовиками. Социалистические идеи проникают на север, в пампу, а в качестве бесспорного лидера рабочего класса выдвигается Луис Эмилио Рекабаррен[59].

Первая мировая война ослабляет Британскую империю и в определенной степени усиливает американский капитал. Английские капиталы вытеснены из селитряных копей, капиталовложения, необходимые меднорудной промышленности, осуществляются американскими монополиями.

В целом десятилетие 1910–1920 годов в различных латиноамериканских странах отмечено ослаблением политической гегемонии старой традиционной олигархии, которая вытесняется растущим средним классом. Процесс этот в некоторых странах (Мексика) весьма показателен и характеризуется насилием, в других, как Аргентина или Чили, он развивается парламентским путем.

В 1920 году ловкий реформист и демагог Артуро Алессандри занимает президентское кресло в Чили под флагом двусмысленной программы конституционного обновления. Но массовые расстрелы рабочих, как мы видели, продолжаются и при нем.

Переход политической власти к средним слоям ведет к обострению напряженности внутри господствующего класса, а это напряжение вызывает новое прямое вмешательство вооруженных сил. В сентябре 1924 года молодые офицеры, сгруппировавшиеся вокруг Карлоса Ибаньеса дель Кампо, появляются на галереях здания парламента и роковым «лязгом своих сабель» заставляют законодателей принять 18 законов, откладываемых на протяжении многих месяцев. Но, не удовлетворившись этой демонстрацией своей силы, военные свергают президента и передают власть консервативной хунте во главе с адмиралом Неффо. Алессандри покидает страну и эмигрирует.

Компромисс между консерваторами и реформистами в рядах военных не мог быть прочным. В 1925 году Неффо свергнут в результате государственного переворота, и вновь призывается Алессандри, который возвращается в страну и становится президентом в ореоле славы и величия. Вводится новая конституция, которая действовала до 11 сентября 1973 года и которая устанавливала сильную исполнительную власть и вводила социальное законодательство, передовое для того времени. Вкупе с проведенными реформами она была направлена на модернизацию капиталистической системы.

Новая «сильная личность», генерал Карлос Ибаньес, ставший сначала военным министром, а начиная с 1927 года президентом, устанавливает диктаторское правительство и проводит политику маятника между репрессиями и реформами.

Окончательный слом действующей модели происходит, только когда мировой экономический кризис сметает правительство Ибаньеса.

Чили больше всех латиноамериканских стран переживает спад в мировой торговле. Спрос на медь в индустриальных странах стремительно катился вниз. За пятилетие 1930–1933 годов объем чилийского экспорта падает на 33 процента по сравнению с периодом 1925–1929 годов, а его стоимость снижается в такой степени, что Чили теряет 58 процентов всей стоимости экспорта. В свою очередь и импорт уменьшается на 60 процентов.

Это резкое нарушение экономического ритма имело, однако, и неожиданный положительный эффект, вынужденное уменьшение импорта подействовало на местную промышленность как своего рода система протекционистских таможенных тарифов. В движение пришел ускоренный процесс индустриализации, которая должна была заменить то, что нельзя было ввозить. В последующие десятилетия доля промышленности в валовом национальном продукте постоянно возрастала, в то время как доля импорта снижалась.

Легкая промышленность росла и развивалась в значительной мере под контролем местного капитала. Ослабление капиталистической метрополии в связи с мировым экономическим кризисом в 1929 году, а позднее и второй мировой войной делает возможным появление еще очень слабой промышленной буржуазии, чьи интересы (наряду со средними слоями и остатками латифундистской олигархии) будут доминировать на политической сцене на протяжении следующей фазы развития.

Иностранное проникновение также меняется и по своему происхождению и по своим целям. Английский капитал теряет свое влияние в силу кризиса. Новая метрополия — Соединенные Штаты. Одновременно меняется и главное содержание экспорта. Синтетические удобрения вытесняют селитру на мировом рынке, а ее место вновь занимает медь.

В 1931 году катастрофическое положение в экономике вызывает уличные манифестации. Ибаньес подает в отставку, президентское кресло занимает вице-президент Монтеро и пытается осуществить «оздоровление экономики» по старому либеральному рецепту: свобода цен, снижение расходов на социальные нужды и замораживание заработной платы. Эта последняя мера затрагивает также и вооруженные силы, покупательная способность их окладов снижается наполовину. В Кокимбо восстают военно-морские части, которые образуют «советы» по образцу русских советов, но на движение обрушиваются репрессии.

Перед тем как покинуть свой пост, Ибаньес для того, чтобы укрепить равновесие между сухопутными войсками и флотом, создал третий род вооруженных сил: авиацию. Именно коммодор авиации Мармадуке Грове Вальехо возглавил мелкобуржуазное офицерство, связанное с высокооплачиваемыми кругами средних слоев, так называемыми людьми «воротничка и галстука». Этот широкий союз привел к власти реформистскую хунту во главе с генералом Пуга. В результате целого ряда последовательно происходивших переворотов и рождается в июне 1932 года эфемерная социалистическая республика. Гражданским лидером этого движения является адвокат Эухенио Матта Уртадо. Грове верит в социалистические идеалы своих товарищей по оружию и отказывается вооружать рабочих. Он свергнут теми же самыми офицерами, республика продолжается каких-то 13 дней.