Он раздевался, и Аврора с упоением наблюдала, как бронзовая кожа растягивается, а плавные мышцы двигаются с плавной грацией и машинной эффективностью. Каждая вещь, которую он снимал, была наградой. Футболка - нежный поцелуй в губы. Ботинки - долгий в шею. Стянув носки, он принялся ласкать её соски. Вскоре он остался только в джинсах, нижнего белья же не носил, и Аврора таяла от предвкушения. Пока Хокин проворными пальцами расстёгивал ширинку, Аврора извивалась и стонала, отчего он замер покачал головой.

- Я сказал тебе, не двигаться.

- Но...

- Не-а. - Он поднял руки, перестав делать то, что должен - либо раздеть себя, либо ласкать её. - Раздвинь ноги. Шире. Вот, так. Хочу всю тебя видеть.

Она разочарованно зарычала.

- Ты жесток.

Если бы сейчас всё тело не сгорало в пламени желания, на его беспечное пожатие плечами, Аврора бы рассмеялась.

- Я чем-то похож на отца.

Боже, ей так нравилось, что теперь он так легко мог говорить про Азагота. Работа Хокина тесно связана с отцом, так что Азагот изо всех сил привлекает Хокина и остальных своих детей в дела Гра. Прежде Мемитимы просто жили там, и Азагот ими руководил. Теперь же, Азагот старается сделать Шеул-Гра домом. Конечно, это было не просто. Азагот - единоличник, заключал сделки, которые были выгодны ему, и был крайне недоверчив. Так как Лиллиана ушла "в отпуск", Азагот капризничал, но Хокин говорил, что расположение духа у него чаще хорошее, чем плохое. Но даже в плохие дни, когда и Хокин становился капризным, он приходил к ней, и Аврора улучшала настрой. Иногда, снимала напряжение массажем, частенько эротическим, а иногда, он питался от неё. Нежно, аккуратно и беря ровно столько, чтобы зарядить энергией обоих.

- Мы можем говорить не о твоём отце, а о том, как ты снимешь штаны? - спросила она, стискивая матрас, чтобы не начать срывать с себя оставшуюся одежду.

- Хочешь поговорить о том, как я снимаю штаны? - он подался вперёд и отодвинул пояс джинсов, показывая головку члена. - Не лучше ли поговорить о том, что я сделаю, после того, как разденусь?

- О, да, - выдохнула она. - Расскажи.

Он расстегнул молнию ниже, обнажая восхитительную длину.

- Я оближу каждый миллиметр твоего тела, но не буду дразнить. - Ещё ниже расстегнул. - Окажусь прямо между твоих ног и войду в твоё тело языком. Сделаю то, что тебе так нравится, знаешь, когда сворачиваю язык в тебе и нажимаю на ту точку, после которой ты вновь и вновь кончаешь.

О, Боже, она уже практически кончила. От ожидания, Аврора вся съёжилась, а грудь заныла. Аврора больше не могла оставаться недвижимой, и повела бёдрами, заставляя Хокина торопиться.

- Да, - хрипло и натянуто пробормотал он. - Согни колени и откройся так, чтобы я всю тебя видел.

Зардевшись, она сделала так, как он хотел, наслаждаясь, как, прикрыв глаза, Хокин осмотрел её собственническим взглядом, тяжело и судорожно дыша.

- Да, детка. - Он полностью расстегнул ширинку, освобождая налитый ствол. Он даже не стал спускать штаны полностью, а сделал в точности то, что говорил, оказавшись между её ног и войдя в лоно языком. Аврора сладостно закричала, а когда Хокин прижал кончик языка к той точке, о которой говорил, дико кончила. Он сжал её бедра, облизывая и посасывая плоть, и не успели стихнуть волны первого оргазма, как другой накрыл её.

- Обожаю твой вкус, - простонал он, и вибрации от его голоса пробудили третий оргазм.

Авроре казалось, что она тонет в удовольствии, словно не существует ничего, кроме Хокина. Никогда ещё она не была так счастлива. Никогда не чувствовала себя такой любимой. И когда он поднялся и вошёл в неё одним плавным, почти неистовым движением, поняла, что никогда ещё не была так чертовски жива.

- Ты великолепна, - промурлыкал он, прежде чем найти её губы в поцелуе.

Он прижался к ней и покрутил бёдрами, и Аврора отдалась страсти, которую Хокин так легко возбудил. Электрические разряды от ощущений трещали на кончике каждого нерва, лишая контроля. Аврора выгнулась, раздвинув ноги ещё шире, вбирая член Хокина глубже и глубже.

Хокин одобрительно заворчал и оставил на щеке дорожку поцелуев, изменяя ритм толчков и заставляя концентрироваться на каждом изумительном движении.

Господи Иисусе, она пылала и ей было мало. Она дрожала от желания кончить, но Хокин удерживал её на краю, контролируя каждое движение, каждый толчок, каждый горячий выдох, овевающий её ухо и шею.

Аврора скользнула руками вниз по его спине, лаская каждый миллиметр, пока направлялась к ягодицам. Она крепко сжала его ногами и начала встречать толчки на полпути, впиваясь ногтями в ягодицы. Хокин потерялся и начал исступлённо вбиваться в её тело. От неистовых движений, Аврора кончила и закричала его имя, наконец, перешагнув через край.

Хокин напрягся и запрокинул голову, являя собой образ мужчины в экстазе, когда кончил. Хокин дёрнулся, выплёскивая горячее семя, отчего она вновь кончила, и этот оргазм утащил её на такие высоты, с которых она не была уверена, что сможет спуститься.

Но, всё же, каким-то образом, спустилась. Она едва могла пошевелиться, руки и ноги были сплетены с конечностями Хокина, вес которого прижимал её к матрасу. Спустя мгновение, Хокин перевернулся на бок, и притянул к себе Аврору, чтобы она могла дышать. Долгое время они лежали так, просто наслаждаясь моментом. И друг другом.

Аврора зевнула и проговорила:

- Ой, я говорила, что завтра приедут родители и брат?

- Что? - Хокин резко встал, едва не опрокинув Аврору. - Завтра? Мне казалось, ты говорила про следующую неделю.

- Да. Это было на прошлой неделе. - Она хихикнула на паническое выражение лица Хокина. Он очень хотел произвести хорошее впечатление. Хокин - ангел с силами, которые её семья не могла понять - беспокоился о встрече с родителями и братом.

- Что, если они меня возненавидят?

Аврора аккуратно взяла его руки в свои.

- Даже если так, это ничего не изменит. - Она поцеловала костяшки его пальцев. - Но такого не будет. Прекрати. Я оттяпала ангела, и теперь среди вейдьм я знаменитость. Кроме того, если мой брат случайно кого-нибудь не оприходует, никогда не женится и не родит внуков. - Она подмигнула. - Так что на меня они разозлиться не могут.

Смеясь, он повернулся и уложил Аврору обратно на матрас. Когда она откинулась на подушки, Хокин накрыл её тело своим и приподнялся на локтях. Расправив крылья, он обернул себя и Аврору в, так называемый, кокон близости, объятия ангела, которые были более чем нежными и являли собой обещание, клятву и всё-всё на свете.

В его глазах появились порочные искорки, от которых она вновь возбудилась. Аврора всегда очень быстро рядом с Хокином возбуждалась, и всегда будет гореть в его пламени.

- Я люблю тебя, - прошептал он, и на её глаза навернулись слёзы. Он впервые это сказал, а когда она вторила ему, то возможно, впервые произнесла эти слова вслух, но знала, что любовь почти с самого начала пробудилась в ней. И это только начало. Самое прекрасное - благодаря вечной жизни, ей не нужно больше беспокоиться о конце. По крайней мере, о плохом конце.

А когда Хокин вновь погрузился в неё, поняла, что могла умереть несколькими самыми счастливыми способами.

Конец книги!!!

Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Любое копирование, выкладка на других ресурсах или передача книги третьим лицам - запрещены. Пожалуйста, после прочтения удалите книгу с вашего носителя.