Посмотри фрагмент карты Белорусской операции. Овал около Витебска перечеркнут красными линиями. Дело сделано. К тому же наша 5-я армия тоже наступает успешно. Она форсировала Лучесу и движется на запад, отсекая 3-ю танковую армию немцев от 4-й полевой, прерывает взаимосвязь между ними. Теперь у командования 3-го Белорусского фронта самая большая забота — как можно быстрее выйти к городу Борисову на реке Березине и форсировать текущую в болотах и низинах реку. Если промедлить, противник успеет организовать сопротивление на ее западном берегу. Тогда приостановится запланированное движение наших войск к Минску. Враг успеет отвести дивизии на запад, может избежать окружения в районе Минска.

Внимание военачальников сосредоточено и на Орше. Она еще в руках немцев. Ни 11-я гвардейская, ни 31-я армии не могут прорвать здесь оборону. Враг сопротивляется яростно и умело. Для него смерти подобно потерять оршанский железнодорожный узел и шоссе Москва — Минск. Не случайно тут оказалась одна из лучших дивизий вермахта — 78-я Баден-Вюртембергская штурмовая пехотная дивизия. Она вооружена новейшим противотанковым оружием, в том числе фаустпатронами. К тому же разведка противника сумела определить участки, где наши войска наносили главные удары, и гитлеровское командование перебросило к Орше две свежие дивизии из резерва.

ОБЩИЙ ХОД ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В ТРЕТЬЕМ ПЕРИОДЕ ВОЙНЫ

Декабрь 1943 г. — май 1945 г.

Цифровые обозначения: 1 — Дания, 2 — Германия, 3 — Польша, 4 — Чехословакия, 5 — Австрия, 6 — Венгрия, 7 — Румыния, 8 — Италия, 9 — Югославия, 10 — Болгария, 11 — Албания, 12 — Греция. Темно-красными стрелами обозначены действия войск: польских — П, чехословацких — Ч-С, югославских — НОАЮ, румынских — Р, болгарских — Б, албанских — А. НОЛЮ — Народно-Освободительная армия Югославии.

Линия фронта к началу третьего периода войны (декабрь 1943 г.).

Линия фронта к середине июня 1944 г.

Линия фронта к концу 1944 г.

Рубеж выхода советских войск и союзников к концу войны в Европе.

Внешние морские сообщения с союзниками.

Морские коммуникации Советского Союза.

Морские коммуникации противника.

В районе города Рудни приготовились к наступлению 5-я гвардейская танковая армия, 2-й гвардейский танковый корпус и конно-механизированная группа. Все они, вся огромная танковая сила — сотни боевых машин — стоят в ожидании, когда общевойсковые армии отвоюют для них у врага широкое и удобное Минское шоссе. А время дорого, и, хотя правофланговые части 11-й гвардейской армии смогли несколько продвинуться вперед, командование, как было предусмотрено вторым вариантом плана, решило вводить конно-механизированную группу в полосе 5-й армии. Там дороги трудные. Но лучше двигаться по трудным дорогам, чем стоять в ожидании хороших. За конно-механизированной группой пошла 5-я гвардейская танковая армия — мощные подвижные войска устремились к Березине.

Увеличивая их натиск, взаимодействуя с ними, били врага с воздуха самолеты четырех авиационных корпусов и двух авиационных дивизий 1-й воздушной армии.

Утром 26 июня вошел в дело 2-й гвардейский танковый корпус. Пройдя с полсотни километров на запад, он круто повернул на юг, обходя Оршу с тыла. Усилили удары с фронта 11-я гвардейская и 31-я армии. И враг дрогнул. 27 июня Орша была очищена от гитлеровцев. Остатки разгромленных дивизий 4-й гитлеровской армии начали отходить к Березине. За рекой они надеялись найти передышку и спасение. Пути отхода были обозначены разбитой техникой, телами убитых солдат. Было брошено много исправных орудий, танков, тягачей, автомобилей.

«Противник предпринял попытку оторваться от наших войск, — вспоминал генерал Кузьма Никитич Галицкий, командующий 11-й гвардейской армией. — Но это ему не удалось. В течение суток наши войска разгромили на Минском шоссе пять отдельных колонн противника и взяли в плен до 2 тысяч человек, трофеями стали 30 исправных орудий, 45 минометов, 60 пулеметов…»

Освобожденный Севастополь. Черноморские моряки снова в Крыму. На советско-финской границе восстановлен наш пограничный знак.

Вот и Германия. И снова надо подниматься в атаку, бомбежками с воздуха ломать сопротивление врага.

Наша пехота и танки в немецких городах. Нашим солдатам пришлось не только брать их, но и от мин очищать. Это эпизоды конца войны.

Плакат Кукрыниксов.

Посмотри на пучок красных стрел, идущих на запад с участка Витебск — Орша, полюбуйся им, читатель. 3-й Белорусский успешно выполняет план Ставки Верховного Главнокомандования — войска фронта, преодолев Березину, движутся к Минску. В голове каждой дивизии передовые отряды: танки, пехотинцы и саперы на автомобилях, самоходные орудия, пушки на прицепе у тягачей, «катюши». Ни часа передышки врагу. И себе при этом тоже ни часа передышки. Пока бежит, надо поддавать ему жару. В летнем небе наши истребители Низко проходят штурмовики, выше плывут бомбардировщики. Где-то впереди фашисты зацепились за какую-то речку или высотку. Надо тут же сбить их — бомбой, снарядом, миной, пока не укрепились…

Только тот, кто бывал под вражеской бомбежкой, может понять, какое это великое счастье — видеть над собой свои самолеты, и в таком обилии!

Пожаров мало. Почти все, что можно сжечь, гитлеровцы давно сожгли. Бывшие деревни обозначены рядами закопченных печей с полуобвалившимися трубами. Из некоторых идет дымок: в печке что-то варится. А жилища теперь в огородах — по типу солдатских землянок. Женщины, дети, старики смотрят на бесконечное движение войск, на танки, на грузные самоходки, словно спрашивают без слов: «Где же вы были, родные, все эти три года? Почему не приходили раньше?»

«Письмо с фронта». Картина А. Лактионова.

Западнее Орши, у станции Погост, танкисты перехватили железную дорогу. Пути заставлены товарными вагонами — несколько эшелонов. А в вагонах, закрытые снаружи на засовы, наши сограждане, которых спешили увезти в Германию. У каждого на белой тряпице, пришитой к одежде, номер.

Сколько слез пролилось в тот час на пыльные комбинезоны танкистов…

В районе Орши, недалеко от деревни Шалашино, в штабном блиндаже фашистской 78-й штурмовой пехотной дивизии нашли распятого на стене красноармейца: гвозди вбиты в лоб, в ладони разведенных рук, в ступни ног. Лицо обезображено ударами холодного оружия, грудь исколота ножом. Это был комсомолец гвардии младший сержант Юрий Васильевич Смирнов из 1-й роты 1-го батальона 77-го стрелкового полка 26-й гвардейской дивизии. Наши танки с десантом автоматчиков на броне проходили недалеко от деревни и попали под обстрел. Тяжело раненный Смирнов упал с танка. Фашисты схватили его. На допросе пытали — кололи грудь и лицо ножом. Боец молчал. Тогда и умертвили героя такой смертью. Подробности гибели гвардейца видны из протокола допроса пленного офицера штурмовой дивизии: