Вперёд выехал пожилой рубака с длинными усами и бородой. Он снял ездовую рукавицу, сделал обережный знак рукой и привстал на низких стременах.

- Где они, Искрен? - его молодые и зоркие не по годам глаза пробежали по зелёной тропке и теперь пристально рассматривали покоящийся в низине дом. - Неужто в пропадшее место свернули?

Тяжёлый доспех, что так ладно сидел на нём, отличался богатством отделки, искусством ковки и явно выдавал в хозяине воеводу.

- Похоже на то, - Искрен, высматривавший следы на дороге, украдкой оборотясь, кинул быстрый взгляд на ожидавшую дружину. - Но нам туда с разбегу нельзя. Недобро там...

Прочие воины, что двигались следом в походном строю, роднились единообразием своих лат и превосходной выучкой. Это также явно выдавало во всех этих бойцах отлично сбитую княжескую дружину - кованую рать, избранную для длительных боевых переходов. На всех были шишаки с личиной, пластинчатые латы, одетые поверх кольчуг, тёмно-синие штаны заправлены в высокие сапоги. У каждого к седлу были приторочены лук, колчан со стрелами и длинное копьё. Недлинный каплевидный щит, что так ладен и для конной сечи и в пешей рубке, виднелся за каждой спиной. Солнце с волнистыми лучами на сверкающих умбонах довершало причастность всех воинов к единству в служении одному господарю.

Из-за спин дружины выехал шестнадцатый участник преследования. Высокомерность его соперничала только с его же высоко вскинутым подбородком и надменным блеском в чёрных, едва раскосых глазах.

- Ты потерял след, Светобор? - сухой, как пергамент, голос резал слух и нервы. - Я всё ещё предлагаю тебе свою помощь.

- Благодарствую, Нергал, я пока справляюсь, - бородатого воеводу раздражал не только голос и манеры колдуна, но более всего его методы и способы, предлагаемые для решения задач. - Искрен молвит, что они съехали с дороги на сём трипутье. Видно, к истьбе направляются.... Ныне подъехавший лишь громко и пренебрежительно фыркнул.

Он не являлся воином. Он даже не являлся причастным к служению единому с остальными воинами княжеству. Это был человек ночной ворожбы и чёрного чародейства. Это был колдун из далёкой халдейской страны, выписанный Великим князем за немалую плату золотом.

Вся одежда колдуна: длинный походный плащ с глубоким капюшоном, тонкой шерсти штаны, заправленные в сапоги, и тонкие перчатки на руках - всё имело цвет холодной ночи и запах могильной тьмы. Оружия видно не было, но Светобор знал, что под одеждой, на ремне висел короткий широкий нож. Жертвенный нож. Бородатый воевода также знал, что одна из седельных сумок скрывает оружие, что будет пострашнее и опаснее сотни ножей.

- Если следопыт уверен в сём, то отчего же мы в нерешительности тут топчемся? - Нергал скривил тонкие губы, - словно... словно дворовая девка в бане с мужиками.

Ноздри воеводы гневно расширились, втягивая воздух. Он перевёл взгляд на следопыта Искрена. Его взгляд выражал ярость на этого заморского чёрного хоря, который, проживая менее года на довольствии у его князя, принёс с собой заморские похабства, но так и не понял чистоту нравов этой земли.

- Людям и коням роздых необходим, - терпеливо объяснил Светобор. - Да и прежде чем соваться в эту низину, пути разведать надо. Соглядатая заслать... Воевода мельком бросил хмурый взгляд на колдуна и стал отдавать команды.

Воины, опасливо оглядываясь на выстланную зелёным дорогу, принялись спускаться по противоположной тропинке, ведущей к лесу. Достигнув деревьев, они спешивались и вязали поводья на протянутые им ветви. Светобор, крякнув от усталости в затёкшем теле, также сошёл с коня и принялся разминать поясницу подле своего вороного. Расталкивая латников, к воеводе подскочил брызжущий ядовитой слюной Нергал.

- Что ты делаешь?! - змеем зашипел он. - Сейчас ни в коем случае нельзя останавливаться! Даже тупому ослу ясно, что княжна и её похититель в той избе. И теперь тебе захотелось старые кости у огонька погреть. Ты что, Светобор, избы испугался? Или вам всем невтерпёж набить брюхо мясом?

Голос колдуна уже не был насмешливо-пренебрежительным. Он сверкал глазами разгневанной гадюки и скалился длинными клыками из-под верхней губы. Нергал в ярости сбросил капюшон, и голая, костистая голова только усилила сходство заморского колдуна с пресмыкающейся тварью. На гладкой макушке черепа заходящее солнце высвечивало кровавый багрянец.

- Дружина с утра уже путствует. А ежели беглецы в истьбе, то и вовсе никуда не денутся, - воевода Светобор высвободил руку из костлявой хватки колдуна. - Дружам необходимо оправиться и вызнать о пропадшем... о том месте, куда придётся сунуть свой нос.

- Если бы ты, словно заяц, не хоронился каждого куста, мы бы давно их схватили, - Нергал в злобе скалил зубы и тыкал пальцем в сторону дома. - А теперь-то чего ты устрашился? Княжна в этом доме вместе с её похитителем, которого именно ты к ней и приставил. И если сейчас пошевелиться, то солнце ещё не сядет, как мы его схватим. А может ты именно этого и боишься?

- Внемли, калдей... - воевода повернулся лицом к колдуну, но сдержал себя. Искрен узрел, как следы коня Яромира ступили на дорогу к истьбе, но далее следы обрываются. Их просто нет! Нет вообще никаких следов. Ни мужских, ни девичьих, ни конских копыт. И без разведки я туда соваться не стану.

- Я постоянно слышу эти бабьи сплетни про "пропавшее место"! Бабьи, потому что их болтают твои воины. Я велю тебе немедля седлать коней и следовать за мной! - видя взрыв гнева воеводы, Нергал ещё больше усилил напор. - Теперь ты в немилости у князя и он приставил меня следить за твоей верностью ему. Не забывай об этом! Твоя судьба... судьба твоих людей в моих руках!

- Я ведаю, что в твоих руках. Но пока я здесь чельник и это моя дружина, - Светобор отвернулся и повёл вороного к остальным лошадям. - А ты можешь делать всё, что тебе заблагорассудится.

- Трусливая гиена! - выкрикнул в спину воеводе колдун и вскочил в седло, - князь узнает о твоей измене.

Нергал плюнул под ноги уходящему воеводе и, сидя в седле, вытащил из походной сумы тонкие листы грамот. Затем в его руках появилась полоса выправленной бересты и длинный узкий кусочек угля, зажатого меж двух стянутых нитью палочек.

Светобор не знал, кто такой осёл, но вот кто такая гиена, он уже был наслышан. Он повернулся с готовностью свернуть скулу негодяю, но, увидев чертающего письмена колдея, остановился. Кто ведает, какой донос сейчас строчит этот вонючий хорь...

Поймав за руку следопыта Искрена, направившегося было следом за колдуном, воевода устало выдохнул:

- Пусть его. Надоел, как пёс шелудивый. Главное, чтоб за княжной один не сунулся.

Он посмотрел, как на расстилаемые плащи в дружном кружку рассаживались его воины. В середине уже была собрана снедь, лежали берестяные фляги и кожаные меха.

- Я пригляну, - Искрен кивнул на строчащего по бумаге буквы халдея.

- Не стоит, - помотал головой Светобор и поинтересовался о насущем: - Что в отряде?

- Дозоры выставлены. Кони на привязи. Как стемнеет, возьму Шелеста и пойдём к истьбе, - Искрен вплотную приблизился к воеводе. - Нельзя калдея вот так отпускать. Я пойду, посмотрю?

Светобор одарил друга благодарным взглядом.

Искрен был молодым мужчиной стройного и крепкого телосложения, роста выше среднего, длинные его волосы пепельного цвета дополняли правильность черт мужественного лица. Тёмно-зелёного цвета были его глаза, штаны, короткая куртка с капюшоном и незлобивая лесная душа следопыта. Следопыта, созерцателя-отшельника, прекрасно владеющего мечом и луком... но всё же не воина.

Вся выборная рать Светобора - это один сплочённый дружбой и спаянный многими битвами организм. Существо из стали и могучих мышц под ней. И если сравнивать роль всех воинов в отряде, то Искрен был интуицией, внутренним голосом дружины. Все ратники воеводы были надёжными, отважными и преданными воями, добровольно отправившимися со своим воеводой в эти пропадшие места. Но так сложилась их боевая дружба, что Искрен всегда был ближе и нужнее Светобору. Следопыт заменял ему сына. Родного сына, который, будучи рядом, был безмерно далёк.