Провокации, склонение к невозвращению… Американское разведывательное ведомство всегда отрицало свою неприглядную деятельность в рядах международного олимпийского и спортивного движения. Бывало, боссы ЦРУ выступали даже с широковещательными заявлениями, клялись в верности идеалам спорта. Факты, однако, упрямая штука. Вот лишь некоторые данные о грязной работе «тихих американцев», получившие скандальную огласку.

…В октябре 1976 года вблизи побережья Барбадоса потерпел катастрофу самолет авиакомпании «Кубана». Экипаж и пассажиры, находившиеся на борту, — все 73 человека — погибли. Заключение комиссии, проводившей расследование причин катастрофы, подтвердило первоначальные подозрения: в багажном отделении самолета произошел взрыв бомбы.

На территории кубинского Национального института спорта и отдыха установлен небольшой обелиск в память о жертвах взрыва. Сюда, на тихую зеленую лужайку, окруженную деревьями, часто теперь приходят кубинские спортсмены, атлеты из других стран. Ведь среди тех, кто погиб в катастрофе, были и члены кубинской спортивной делегации, возвращавшиеся из Каракаса с IV чемпионата стран Центральной Америки и Карибского бассейна по фехтованию. Все шестнадцать спортсменов — надежда и гордость Кубы — возвращались на родину с золотыми медалями.

Мы стояли у обелиска с неоднократным чемпионом мира, фехтовальщиком Александром Романьковым. Молчали. Потом Романьков сказал:

— Большинство из них я знал. Великолепные ребята, замечательные спортсмены. Каждый из них мог в будущем стать звездой первой величины. Не станут… Они погибли на боевом посту. Стали для юных кубинцев символом подвига, преданности революции…

Следствие, проведенное властями Тринидада и Тобаго, Барбадоса и Венесуэлы, пришло к однозначному выводу: злодейское преступление было совершено агентами ЦРУ вкупе с бандитами из контрреволюционного кубинского отребья. Исполнители кровавой операции были арестованы и судимы. Они признались в том, что самолет со спортсменами на борту был выбран не случайно: те, кто разрабатывал террористическую акцию в штаб-квартире ЦРУ, рассчитывали, что в сердцах кубинских болельщиков смерть их любимцев-фехтовальщков отзовется особой болью.

Выяснено было и другое: взрыв самолета призван был стать первым звеном в целой серии террористических актов, кульминацией которых явился бы взрыв авиалайнера с Фиделем Кастро на борту.

…В 1978 году печать сообщила о грязных проделках ЦРУ в Гималаях. Агенты тайного ведомства Соединенных Штатов, под видом спортсменов-альпинистов проникшие в Индию, должны были установить на вершине Нандадеви, недалеко от границы, специальную автоматическую станцию для сбора разведывательных данных.

Случилась непредвиденная заминка: во время восхождения альпинисты-шпионы потеряли взятую для обеспечения питания станции портативную установку с радиоактивным плутонием-238. Американский журнал «Аутсайд» писал по этому поводу: «В округе возникла опасность радиоактивного заражения местности, которая может сохраниться в течение длительного времени — от трех до пяти столетий».

Вся эта история, став достоянием гласности, вызвала волну возмущения в Индии. Правительство этой страны выразило послу США в Дели протест от своего имени, а также от имени парламента и всего индийского народа. Во многих городах прошли массовые демонстрации, участники которых требовали положить конец противозаконной деятельности ЦРУ на индийской земле.

Изощренны и разнообразны действия ЦРУ против СССР, советских спортсменов. Еще в 1952 году во время Олимпийских игр в Хельсинки агенты тайного ведомства Соединенных Штатов пытались сорвать митинг, в котором принимали участие члены советской спортивной делегации. В Мельбурне ЦРУ устроило настоящую охоту за героем Олимпиады Владимиром Куцем. В Токио, Мюнхене на средства ЦРУ организовывались антисоветские сборища, где верховодили представители радиостанций «Свобода» и «Свободная Европа» (ни для кого не секрет, что эти диверсионные радиоцентры находятся на содержании Центрального разведывательного управления), в Монреале кто-то подбрасывал в боксы советским журналистам литературу провокационного содержания, неизвестные звонили Валерию Борзову, угрожая убить его, если наш знаменитый спринтер выйдет на старт. Наконец, в Лейк-Плэсиде наемники ЦРУ (им платили по десять долларов в день) жгли Мишку — талисман Московских игр.

В начале 1980 года в Женеве состоялась «международная конференция», целью которой была организация соревнований, альтернативных Олимпиаде в Москве. Рассказывая затем об этой провалившейся «конференции» в палате общин британского парламента, депутат Том Дейлейлл привел весьма любопытные данные. Оказывается, верховодил в Женеве кадровый сотрудник ЦРУ Ленски, который, по словам парламентария, оставил о себе «пренеприятное впечатление еще с Олимпийских игр в Мехико в 1968 году». Еще тогда этот «советник» американской спортивной делегации занимался исключительно психологической обработкой спортсменов из социалистических стран, побуждая их к измене Родине и другим неблаговидным поступкам.

Можно вот еще что добавить. Накануне Игр-80 на деньги Центрального разведывательного управления были открыты двухмесячные антиолимпийские курсы, где обучали методам подрывной работы и провокаций в условиях олимпийской Москвы. Американские спецслужбы не жалели сотен тысяч долларов на издание всевозможной антисоветской, антисоциалистической литературы, которую пытались провезти в Советский Союз подготовленные ЦРУ «туристы».

Весной восьмидесятого в Москву прибыла делегация американских, канадских и пуэрториканских журналистов, тренеров и спортсменов. Целью их поездки было выяснить на месте, как относятся советские люди к попыткам Вашингтона организовать бойкот Московской олимпиады. Что ж, поездка многим из них открыла глаза. Помню, к примеру, корреспондент нью-йоркской газеты «Ньюсдэй» Джей Вайнер предложил мне провести эксперимент: выйти на улицу и спросить первых попавшихся прохожих, что они думают о бойкоте. Естественно, хотя Вайнер ожидал совсем иного, москвичи были единодушны в своем осуждении вашингтонских антиолимпийских махинаций. Джей поступил, как подсказывала ему совесть: вернувшись на родину, он честно рассказал о том, что видел в Москве. Более того, журналист и сам изменил свои взгляды, встав в ряды тех, кто выступал против использования спорта в нечистоплотных политических играх.

Я писал репортажи о пребывании делегации в Москве, о тех, кто входил в состав группы. Среди других писал и об Эндрю Стренке, внешне симпатичном, добродушном парне, бывшем в свое время пловцом. Он утверждал, что знаком со многими советскими спортсменами по былым встречам в бассейнах мира. Я ему поверил, да у меня и не было причин не верить, и в одном из репортажей предоставил Стренку слово. В «Советском спорте» появилось интервью с Эндрю. Он рассказывал, как ему нравится в СССР, что он противник бойкота и что, вернувшись на родину, приложит все силы для того, чтобы американские спортсмены приехали на Игры.

Мне до сих пор стыдно за то интервью, хотя, наверное, вины моей и нет. Ну разве я мог предположить, что все, сказанное Стренком, ложь? На первой же пресс-конференции в Штатах он заговорил по-иному. Мол, в СССР поддерживают бойкот, выступают в поддержку антиолимпийских действий Вашингтона и считают эти действия единственно правильными. Да, он лгал, и это вызвало возмущение у других членов делегации. Вот тогда-то они и признались: Стренк попал в их группу с помощью ЦРУ.

Самое удивительное, что Стренк этот факт с готовностью подтвердил, заявив, что был, так сказать, «приставлен» к группе журналистов, спортсменов и тренеров, а теперь должен написать соответствующий отчет о пребывании в СССР.

Я видел Стренка и потом — в ложе прессы на Олимпийском стадионе в Лужниках. Он был аккредитован на играх в качестве корреспондента американской газеты. Хотя, скорее всего, это было лишь ширмой — отчеты Стренка, вполне возможно, вновь адресовались узкому кругу читателей в Лэнгли, штаб-квартире ЦРУ.