Развязка наступила неожиданно. Роберто выиграл престижную многодневную велогонку вокруг Сантьяго. Приз победителю должен был вручать — в рекламных целях — один из высших военачальников. Но спортсмен отказался подняться на пьедестал почета, публично заявив: сама мысль о том, что предстоит пожать руку генерала-палача, ему оскорбительна.
А вскоре Роберто исчез. Видели лишь, как некие, одетые в цивильную одежду лица затолкали его в автомобиль. Ни у родных, ни у знакомых спортсмена не было сомнений в том, что похищение Роберто — дело рук фашистской охранки. С каждым днем, часом, минутой таяли надежды на его спасение. Скорее всего, Секлюрио-младшего уже нет в живых…
…У нас в редакции «Советского спорта» заведена справочная картотека на спортсменов и спортивных деятелей. Стоит кому-то установить рекорд, успешно выступить в соревнованиях, занять ответственный пост — ив его карточке появляется новая запись.
Раздел Чили стоит в этой картотеке особняком. Он — трагическое свидетельство того, что сделал кровавый фашистский режим с чилийским спортом, с лучшими его представителями:
Хосе Манао, один из сильнейших футболистов страны, — убит охранкой;
Хосе Флорес, руководитель Ассоциации спортклубов Чили, — пропал безвести;
Мендес Аргелес, баскетболист, член национальной сборной, — брошен в концлагерь Инсагуа и, скорее всего, по мнению друзей и близких, погиб;
Патрисио Гуахардо, велосипедист, — расстрелян;
Серхио Тормен, велосипедист, неоднократный чемпион Чили, — расстрелян;
Марсело Конча, в свое время лучший пловец Университета имени Патриса Лумумбы, экс-чемпион Чили, — похищен охранкой, и о его судьбе ничего не известно;
Эрнан Маньяно, футболист, — убит;
Рауль Чоке, чемпион мира 1972 года по подводному спорту, — убит фашистами после того, как во время одной из тренировок обнаружил подводное захоронение жертв хунты…
Этот скорбный список можно продолжать и продолжать. Картотека, к несчастью, обширна. А на одной из карточек теперь записано: «Роберто Секлюрио, велосипедист, чемпион Чили, — похищен».
Расскажу историю, которая, возможно, известна кому-то из читателей: в свое время о ней упоминалось в прессе. Однажды ночью на вершине одного из холмов, что окружают Сантьяго, вспыхнул яркий огонь. Когда вооруженная до зубов спецгруппа охранки поднялась наверх, она увидела освещенный факелами плакат: «Альенде жив!» Через несколько дней власти издали указ о ликвидации столичного клуба альпинистов.
Чилийские фашисты боятся спорта, боятся спортсменов. Потому что те — своими специфическими средствами — продолжают борьбу.
…Вновь вспоминается XI Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Гаване. Настоящий праздник — с улыбками, смехом, радостью новых знакомств. Но были у фестиваля минуты, когда суровели лица и сжимались кулаки. Так было, когда речь заходила о Чили.
В пресс-центре фестиваля шла встреча с руководителями чилийской делегации. Генеральный секретарь Компартии Чили Луис Корвалан говорил об огромном значении международной солидарности с борьбой чилийского народа, о глубоком кризисе, в который ввергнута страна.
После пресс-конференции журналистам был роздан подготовленный чилийской делегацией документ: «Спорт и права человека в Чили». Одного из авторов документа — черноволосого серьезного юношу — спросили: почему выбран именно спорт? «Потому что положение в спорте, — ответил он, — это зеркало того, что творится в нашей стране».
«Растоптав все демократические завоевания чилийского народа, поправ элементарные права человека, отняв даже право на жизнь, свободу, режим Пиночета нанес тяжкий урон общественной жизни во всех ее проявлениях, в том числе спортивному движению Чили, — говорилось в документе. — Первый удар был нанесен в день кровавого путча — 11 сентября 1973 года, когда были разгромлены, не успев открыться, первые Высшие тренерские курсы…»
Что же стало с их слушателями? Подавляющее большинство тренеров провели те сентябрьские дни на Национальном стадионе в Сантьяго в качестве заключенных. Вот что вспоминает известный в прошлом легкоатлет Луис Рамирес:
«Нас били прикладами, пытали… Нет слов, чтобы описать, какие унижения нам пришлось вынести. Узнав, что я воспитанник рабочего спортивного клуба, охранник заявил: «Ну, теперь ты, считай, отбегался!» Ударом приклада мне перебили ступню. Из этого кошмара удалось вырваться ценою увечья. Но многие товарищи бесследно исчезли в казематах охранки».
Быть воспитанником рабочего спортивного клуба в Чили после переворота означало подвергаться гонениям, преследованиям по обвинению в «неблагонадежности», «пропаганде вредных идей». Какие же идеи Пиночет счет таковыми?
«Правительство Народного единства наметило и последовательно осуществляло программу воспитания здорового поколения чилийской молодежи, — говорилось в документе фестивальной делегации Чили. — Особенно большое внимание уделялось развитию спорта в рабочих кварталах. Впервые в истории национального спорта в стране молодежь получила возможность бесплатно заниматься на крупнейшем — Национальном — стадионе. Каждую неделю десять тысяч подростков занимались здесь в секциях по 12 видам спорта. Здесь же для детей рабочих был открыт плавательный бассейн. Летом 1972 года уже 50 тысяч чилийских детей стали активными участниками программы «Чили учится плавать». В том же году открыли двери двести детских волейбольных и футбольных клубов».
Массовый спорт в Чили был ярким примером демократических преобразований. С приходом к власти Пиночета его просто не стало. Это, конечно же, самым пагубным образом отразилось, в свою очередь, на молодом поколении страны.
«Редакция газеты «Меркурио» — главного органа официальной пропаганды Пиночета — организовала «национальные соревнования школьников».
Вот так — ни больше ни меньше — «национальные». С претензией, разумеется, доказать: нынешнее правительство заботится о здоровье подростков, о полноценном досуге детей в Чили. И вот что из этого получилось.
«Соревновались дети обеспеченных родителей — ученики платных колледжей — и учащиеся «прочих» школ — для рабочей молодежи. Результаты оказались весьма красноречивыми. Разумеется, во всех видах программы выиграли сытые отпрыски тех, кто ныне славит Пиночета, кто наживается на непосильном труде рабочих, — говорилось в документе. — Лишь немногие из их «соперников», участников соревнований, смогли добрести до финиша дистанции кросса — дети шатались от голода, теряли сознание. Для двух участников состязания закончились трагически — смертельным исходом. Один из иностранных корреспондентов, приглашенных специально для того, чтобы «осветить» в нужном фашистам ключе старты, заметил: «Я озаглавлю свой материал: «Бегом… на кладбище».
Голод, отчаяние… Разбирая папку с материалами о чилийском спорте, я наткнулся на два коротких сообщения зарубежных агентств.
Пренса Латина: «На чемпионате Южной Америки по настольному теннису команда Чили представлена далеко не полным составом. Ряд спортсменов отказался от выступлений, никак при этом не мотивируя свое решение. Обнародовала причины отказа лишь Лилиам Васкес. В интервью она заявила, что уже не раз на тренировках теряла сознание от голода. Кроме того, вот уже долгие месяцы Лилиам ничего не знает о судьбе отца, арестованного агентами охранки».
Франс Пресс: «Известный чилийский боксер Рауль Бокес неожиданно потерпел жестокое поражение от довольно слабого уругвайца Мигеля Мауро уже в первом раунде. Придя в себя после нокаута, Бокес объяснил причину поражения: «Вот уже целую неделю я и моя семья ничего не ели. Я не вышел бы на ринг, если бы не надеялся хоть что-то заработать на пропитание».
За скупыми строчками телеграмм не только трагедии двух семей — Лилиам Васкес и Рауля Бокеса. За ними — трагедия всего чилийского народа, лишенного фашистами элементарных человеческих прав. Даже спорт сегодня в Чили стал продолжением политики «нового порядка».
«Все спортивные федерации страны возглавляют только военные из числа приближенных к верхушке. Спорт отдан на откуп монополиям, — я вновь цитирую фестивальный документ. — Крупнейший футбольный клуб «Коло-Коло» стал собственностью финансового клана «Лос-Пираньяс» — того самого, что имеет свое представительство на 5-й авеню в Нью-Йорке и чья финансовая политика, по заявлению «отцов» клана, нуждалась в приобретении клуба. Другая команда — «Эвертон» — защищает «цвета» игорного дома в Винья-дель-Мар.