Марк открыл глаза, посмотрел на Карима и снова закрыл. Разум увидел картинку и стремительно стал создавать идеи. В момент, когда Рафаэль убил Джеймса, его посетила такая мысль! Что такое сила? Почему никто не остановил Рафаэля. Их больше, они моложе и сильнее. Может, хватит уже слушать советы старика? Но почему-то все пресмыкаются перед ним. Ведь любой из них будет следующим в этом хороводе мертвецов. Рафаэль один, а их десять человек и все боятся его, как огня. То же самое было с Марком, когда Эвелин мучала Готфрида. Он бы мог остановить её одним ударом кулака, но почему-то не сделал этого. Возможно, сила — это обладание мудростью и уверенность в своих действиях?

— Тормози! — Уилл постучал в окно. — Нужно отлить! Карим, ты со мной?

Карим грозным взглядом посмотрел на Марка и что-то показал пальцами.

— Да брось! Взгляни на него! Он еле ходит — никуда не убежит. Пошли!

Уилл шустро выпрыгнул из кузова, а Карим недолго думая шмыгнул следом за ним. Марк даже растерялся от такого поворота событий. Вот сейчас — самое время для побега. Но почему-то ему не хочется бежать. Он так хорошо сидит, и голова прошла. Только он хотел сорваться, как из кустов стали появляться очертания Уилла. Нет, это был не он. Телосложение женское. Эвелин?

— Эвелин? — чуть не крикнул Марк.

Она залезла в кузов и уселась напротив него. Марк прекрасно её видел, не смотря на то, что час назад начало смеркаться. Но мрак не торопился побеждать день. Стало светлее. Значительно светлее и непонятно почему.

— Эвелин, нужно идти! Они сейчас придут! — Марк хотел подняться, но не смог.

— Не придут! Они попали в силки Габриэля.

«Силки?» Марк оглянулся назад и посмотрел на людей в кабине, но к его удивлению там никого не было. Что происходит?

— Я умер? — с недоумением спросил Марк.

— Может да, а может, и нет! Я ведь жива, значит и ты живее всех живых. А голова пройдет! Не беспокойся!

Марк потрогал свой лоб и обнаружил, что раны больше нет.

— Что за хре…?

— Сидишь и думаешь Марк, какой человек самый сильный?

— В смысле?

— Какой человек самый сильный? Ведь ты об этом думаешь уже целых полчаса! Один может поднять лошадь, другой может неделю не есть, третий может подкову зубами разогнуть. Для тебя сила понятие зримое или незримое?

«Зримое или незримое?! Что, черт возьми, это значит? Нам бежать надо, а она тут сидит и заливает!»

— Я считаю сильный тот, кто одинаково силен морально и физически.

— Давай сразу уберем физический аспект, ибо именно он как раз и не является показателем человеческой силы. Что вообще для тебя слово «сила», какое можешь дать толкование?

— Ну, — Марка это начинало немного злить, — Сила — это, — Марк вздохнул. — Сила — это совокупность качеств человека, образующих его внутренний стержень. Как-то так, я думаю. «Нет, я сказал сам себе как-то по-другому». — Сила — это обладание мудростью и уверенность в своих действиях, — вспомнил Марк.

— Говоришь как истинный философ! И какими качествами, по-твоему, должен обладать такой человек?

— Сила воли и духа, терпение и выдержка.

— Ты считаешь себя таким?

— Нет, я бы так не сказал. Терпение мне точно нужно тренировать. Волей я никогда не отличался. Далеко мне до этого всего! А что Вы, Эвелин, думаете по поводу силы? В чем она заключается?

— Сильнее тот, кто усмирил свои страсти! Он обладает колоссальной силой, и даже дьявол обойдет его стороной. Когда я пытала Готфрида, почему ты не остановил меня?

— Не знаю! Почему Рафаэля никто не останавливал?

— Я остановлю его!

— Каким образом?

— Черная кошка — это я! Белые котята — это ты и Джесс. Я не дам в обиду своих детей.

Эвелин улыбнулась ему.

— Ночь надвигается, — она обвела рукой небо. — Жди меня, Марк.

Марк посмотрел на небо и улыбнулся. Напряжение отступило, боль прошла! Все было прекрасно. Он посмотрел на Эвелин, но на её месте никого не было.

— Эвелин! — крикнул Марк. — Где ты? Эвелин!

— Заткнись идиот, — кто-то толкнул его в плечо. — Чего орешь?

Марк повернулся и увидел Уилла, который все так же сидел возле него. Свет куда-то пропал. В лесу наступила ночь. Марк, понял, что это был сон. Всего лишь сон…

Машина внезапно остановилась и Карим выпрыгнул из кузова. Марк услышал приближающиеся шаги. Из-за борта, как тень, появился Рафаэль.

— Вылезай! Ты пришел к своей Голгофе.

Сквозь мрак и холод, голос Рафаэля звучал еще мрачнее, холоднее и страшнее. Кожа на руках Марка покрылась мурашками, а из глаз побежали слезы! Это последняя ночь в его жизни!

Шум стоял невообразимый! Марк понимал, что рядом находится водопад, про который он столько всего слышал. Справа он увидел небольшой каньон, посреди которого текла маленькая речушка. Марк еще не видел водопад, но судя по потокам воды, которые обрушивались с высоты, там должно находиться нечто колоссальное. Опять же, если посмотреть на речку, то можно было предположить, что водопад был не таким уж и большим. Сквозь тьму, Марк увидел, как Рафаэль пропал из виду. Спустя минуту он понял, что тот стал спускаться по ступенькам, которые были сделаны прямо в камнях. Как только Марк спустился на две ступеньки вниз, перед его глазами предстала Слеза. Он так и не понимал, почему его так назвали, но спрашивать ни у кого не стал. Вода падала более чем с десяти метров. В другой ситуации Марк бы насладился водопадом, низвергающим воду при свете луны, но сейчас ему было не до этого. Голова, которая и до этого сильно болела, теперь просто раскалывалась от такого взрывного звука. Каждый шаг эхом отдавался в черепной коробке, пронзая болью каждый нерв. Иногда сзади подталкивал Карим, которого напрягало излишняя медлительность Марка.

Наконец, они оказались непосредственно перед водопадом. Рафаэль что-то крикнул и Карим схватил Марка за руку. Точно таким же образом Уилл схватил Джесс. Рафаэль Даэнтрак натянул на голову капюшон и скрылся за потоком воды. Карим потянул Марка к самому краю водопада, где напор воды был минимальным. Люди подходили в водяной стене и один за другим пропадали за ней. Марк, увидев такое необычное препятствие, немного растерялся, не смотря на то, что его крепко держали.

— Задержи дыхание! — обернулся и сказал Уилл. — А лучше заткни нос. Вода попадает в самые неожиданные места.

Марк задержал дыхание и вошел в стремительный водный поток. Жуткий холод, мурашки по всему телу, мимолетное наслаждение разбитой головы и вот они стоят по ту сторону Слезы. Как странно было наблюдать темноту там и такое хорошее освещение здесь. Рафаэль и три человека рядом с ним держали в руках зажжённые факелы и ждали остальных. Марк знобило от такого душа. Он невольно подумал, что этим ребятам следует сделать потайной ход, который будет сухим. Из всех членов ордена над этой мыслью ломал голову недавно ушедший из бренного мира Джеймс Уокер. Но Марк понял, что надо отдать должное Рафаэлю, который придумал такое хитроумное укрытие. Если кто и находил это потайное укрытие, то умертвлялся на месте. По крайней мере, так подумал Марк.

Он вырвал руку от крепкой хватки Карима и направился к Джесс. Она стояла совершенно одна. Её лицо было каким-то детским и потерянным. Как только она увидела Марка, то налетела на него вихрем, чуть не сбив с ног. Джесс так крепко обняла Марка, что у него затрещали ребра.

— Что это? — она осторожно задела запекшуюся кровь у него на лбу. — Черт, я даже вижу белизну твоего черепа, — в её голосе звучал испуг. — Тебе надо залатать голову…

Карим толкнул Марка и указал следовать за Уиллом. Факелы слабо освещали пещеру, но мельком оглядеть окружающие объекты можно было с легкостью. За водопадом была не то пещера, не то грот. По сути, грот — это часть пещеры, но здесь каменным ответвлений было множество. Пещера тянулась под землей примерно на пятьдесят метров, постепенно расширяясь. По крайней мере, невооружённым глазом можно было рассмотреть только такое небольшое расстояние. Высота входа была около восьми метров. Местами потолок становился выше, местами наоборот сужался так, что приходилось нагибаться. Марк поражался тому, какие прекрасные места могут скрывать земные недра. Ему было интересно узнать, как далеко протянулись эти пещеры? Они шли около десяти минут, как вдруг остановились. Рафаэль сказал слово на непонятном языке и все ушли. Остался только Карим. Он жестом пригласил Джесс с Марком войти в маленькую пещеру и сам вошел следом. Пещера была такой же маленькой, как и землянка Эвелин. Её освещало четыре факела. Воздух здесь был плотным и тяжелым. Марк сразу заметил, что здешний воздух крайне скуден на содержание кислорода. Уже через пятнадцать минут после пребывания в этих пещерах, голова стала болеть еще сильнее, а на виске отчаянно пульсировала жилка. Карим показал пальцем на угол и велел им сесть там. В углу Марк увидел то, чего, по его мнению, здесь быть не должно. Среди груды непонятных палок стояла инвалидная коляска. Коляска, которая была до боли знакома.