‒ Нет, ‒ сказала Элисон, яростно расхаживая по комнате, рассматривая меня.

Очевидно, у неё был спор с самой собой, о котором я ничего не знала.

‒ Ты правда выглядишь очень хорошо, и видна твоя татуировка-пианино. Прямо ну очень хорошо. ‒ Она подбежала к своему платью и схватила жемчужное ожерелье. ‒ Держи, застегни его.

Нить жемчуга коснулась моей голой кожи.

‒ Элисон? Жемчужное ожерелье? ‒ Сняв, я швырнула его ей на кровать. ‒ Никогда. Это уже за гранью. Я диджей, а не европейская дебютантка.

‒ Ах, об этом, ‒ её голос стал нежнее, а глаза она потупила в пол. – Мне пришлось изменить твоё диджейское имя. Некоторые девушки считают, что оно тупое.

‒ Тупое? ‒ Я вскинула руки вверх. ‒ Половина этих девчонок зарабатывают на жизнь минетом, и они считают моё железобетонное прозвище диджея глупым?

‒ Не я, ‒ защищалась Элисон, едва не ударяясь в слёзы. ‒ Лидер сообщества так считает, поэтому мы просто изменили его на один вечер. Только на один. Мне жаль.

Я покачала головой, которая сейчас была обрамлена мягкими кудрями.

– Кто глава этого сообщества? Гитлер?

‒ Нет, хуже. ‒ Она содрогнулась под своим нежно-розовом платьем-комбинацией. ‒ Кэтрин Десонна.

Опустившись на свою кровать, Элисон провела пальцами по жемчужинам.

‒ Она меня ненавидит. И ужасно со мной обращается. – Она посмотрела на меня этими жалостливыми голубыми глазами. ‒ Мне жаль, Сид. Правда жаль.

Я слегка постучала по её плечу.

‒ Всё в порядке, Элисон. Ты будешь мной гордиться.

Это же только на один вечер, верно? Я могу с этим справиться.

‒ Крошка, всё поняла. ‒ Крошка? Заметка: больше никаких марафонов «Настоящих домохозяек Атланты».

Она промокнула глаза и улыбнулась.

‒ Ты DJ Лесбос.

Если бы у меня рот был полон кислоты, она стала бы Двуликим из Бэтмена.

‒ Что за хрень?

Она пожала своими худощавыми плечами.

– Там тематика Греческого острова. Если от этого тебе будет легче, я обещала быть Миконосом.

‒ Нет, Элисон, ‒ выговаривала я ей, уперев руки в бёдра, чтобы подчеркнуть своё раздражение. ‒ Мне от этого не легче.

Операция «Делай свою работу и выметайся на хрен из конуры» идёт полным ходом. Дом сестринства «Каппа Дельта» ‒ массивное кирпичное здание в колониальном стиле с впечатляющим пейзажем и удушающим запахом снобизма. Мы в комнате отдыха на цокольном этаже. Как и ожидалось, вульгарные греческие колонны тянулись с потолка, окружая комнату, словно клетку: я – загнанное в клетку животное.

К счастью, мой стол в углу, покрытый чёрной скатертью, и они потратились на пристойные усилители. После установки своего оборудования я поставила медленный устойчивый бит. Только один трек, чтобы пригласить толпу войти внутрь. Наблюдая, как подростки закатывались в комнату, я чувствовала себя старым извращенцем на дискотеке в средней школе. Многие из них уже были пьяны, от этого было немного легче.

Не успела я войти в ритм, как мой телефон зазвонил на столе.

Неизвестный: Привет

Сид: Кто это?

Неизвестный: Ой, извини. Это Ник, с работы.

Да, Ник с работы, я знаю, кто ты.

Мой пульс ускорился только от того, что печатала следующее сообщение.

Сид: На завтра отмена или что-то вроде того?

Ник (Я только что сохранила его в своём телефоне… золотыми буквами): Нет, просто хотел узнать, чем занимаешься.

Сид: Сейчас я в «Аиде»^[13].

Ник: «Аиде»?

Сид: Греческий ад. Буквально, ставлю музыку в греческом городке.

Ник: А. Надеюсь, ничего страшного, что я стащил твой номер из списка сотрудников.

Я значусь в списке сотрудников «Спейсрум»? Это лучше, чем доска почёта. Я захотела наклейку на бампер для маминой машины: «Моя Зловещая в почётном списке «Спейсрум».

Сид: Боже, нет. Все в порядке.

В этот момент я была готова дать ему номер моего социального страхования.

Ник: Они принимают посетителей?

Я взглянула на шайку снобов, которые все только прибывали в комнату.

Сид: Вероятно, нет. Но они вроде как принимают роуди^[14].

Ник: Ок, где?

Написав ему координаты, я была очень даже близка к состоянию «на седьмом небе от счастья». Не успела я ещё их допечатать, как высокая брюнетка с самодовольной улыбкой вошла в комнату. Она визжала «стерва», обозначая, что именно она была Кэтрин Десонна. Она была омерзительно худой. Сквозняк от открытой двери в другом конце кампуса мог бы сдуть её с места. Её длинные тёмные волосы ниспадали крупными кудрями по плечам, а мои карие глаза из-за её светящихся голубых ощущались кусками навоза, вставленными в глазницы. Если и была когда-либо девушка, способная заставить вас почувствовать себя дерьмом, просто дыша одним с вами воздухом, то это была она.

За ней шли одиннадцать смиренных девушек, включая Элисон, с опущенными головами. Мне было больно видеть это. Элисон была милой девушкой, может быть, и не самой умной, но она не заслуживала того, чтобы с ней обращались, как с мусором. Я думала о миллионе способов, которыми сегодня вечером могла бы поиметь Кэтрин, но умоляющие глаза Элисон проникли в моё сознание.

Сделай это ради Элисон. Это была моя новая мантра.

Без промедления Пчеломатка Кэтрин продефилировала к диджейскому пульту и бросила на меня беглый взгляд. Глянув на Элисон через плечо, она сказала:

‒ Я думала, мы договорились, что она будет в розовом.

Элисон задрожала позади неё, словно животное, с которым жестоко обращались.

‒ Извини, раньше я была в розовом, но переоделась. Розовый ‒ цвет, в котором похоронили мою мать, и я всё никак не могу отделаться от этого образа. ‒ Для пущего драматического эффекта я посмотрела вниз, вытирая глаза рукой.

‒ Ой, ‒ выдавила Кэтрин, зная, что любые её слова после этого подтвердят, что она исчадие ада. ‒ Всё… хм-м… в порядке.

Она ждала, пока я подниму голову.

‒ Ну, знаю, мы договаривались о Джеке Джонсоне, но на самом деле нам нравится Тейлор Свифт, если ты сможешь её вставить. ‒ Она скрестила руки с самодовольной улыбкой.

Я отсалютовала.

‒ Есть, мэм. DJ Лесбос к своим обязанностям приступил.

Несколько смешков раздались позади неё.

‒ Да, ‒ ответила она, и я почувствовала ещё один осуждающий взгляд, но потом она обернулась, отвлечённая кем-то, замешкавшимся на входе. – Вот и ты. Девочки, это моя пара ‒ Грей Питерс.

Раздался скретч, и пластинка остановилась (у меня в голове, конечно же), и я посмотрела на очень надменное лицо Грея Питерса.

Руки Кэтрин были шире Тихого океан, когда она притянула меня в объятия. Я не мог сосредоточить внимание на ней. Я был здесь с единственной целью – испортить вечер DJ Зловещей. Упс, я имел в виду вечер DJ Лесбоса (да, это я предложил это имя Кэтрин).

Кэтрин была многоуровневым орудием. Она была сволочью, и я бы использовал её, как лом, чтобы разорвать Зловещую на части, если бы мог. Малоизвестный секрет: у меня вызывают отвращение эти бесхребетные типажи девушек из сообществ. Девушки, с которыми я спал, обычно были ЧВНЛ (чёрт возьми, независимыми личностями). Я находил их более освежающими и оригинальными. Нет особой необходимости вешать ярлыки и не нужно становиться официальной парой, что бы это ни значило.

После того как я подслушал телефонный разговор Сидни, моей миссией стало попасть на эту вечеринку. Поэтому я сделал несколько звонков и получил место в списке ВИП, а ещё заставил парней пойти со мной. Я не смог бы сидеть в уголке и слушать болтовню Кэтрин весь вечер.