Это означает, что в названных странах ошибки управления в масштабах общества в целом по своей тяжести пропорциональны кратности отношения зарплаты высших управленцев к среднестатистической, а качество управления - обратно пропорционально.
Об этом же пишет и нынешний президент США Б.Х.Обама в своей книге «Дерзость надежды. Мысли о возрождении американской мечты» (СПБ, издательство «Азбука-классика», 2008 г.) [251]:
«… самые высокооплачиваемые руководители за последние годы допустили серьёзные провалы в росте доходов своих компаний, уменьшение стоимости их акций, массовые увольнения, сокращение размеров пенсионных фондов.
Увеличение доходов руководства обусловлено вовсе не требованиями рыночной экономики, а культурой.В то время, когда у среднестатистического рабочего доходы практически не растут, многие представители руководства без зазрения совести кладут себе в карман всё, что разрешают им уступчивые приручённые советы корпораций. Американцы отдают себе отчёт в том, насколько пагубна такая этика корысти для нашей общественной жизни (выделено нами при цитировании: - отечественные бюрократы не отдают себе отчёта в том, что «пилят сук, на котором сидят») [252]; в одном из недавних обзоров они назвали коррупцию в государственных структурах и бизнесе, корыстолюбие и стремление к материальному благополучию двумя из трёх наиболее серьёзных моральных проблем, стоящих перед страной (первой оказалась проблема воспитания детей в правильной системе ценностей). Консерваторы, возможно, и правы, когда требуют, чтобы правительство не вмешивалось в систему, определяющую размеры вознаграждения руководителей. Но в то же время консерваторам стоило бы захотеть высказаться против неподобающего поведения на заседаниях советов директоров с тем же праведным гневом, с каким они обрушиваются на непристойные речёвки рэпа» (с. 73, 74).
Т.е. если мы хотим общественного и научно-технического прогресса и всеобщего благоденствия, то доходы начальства, и прежде всего - высшего, надо «поджимать» так, чтобы они не превосходили среднестатистических показателей.
В этом случае сфера управления (и прежде всего государственного) не будет столь притягательной для рвачей, не способных организовать управление выявлением и разрешением проблем общества: высшие руководители должны работать на идею всеобщего благоденствия, получая достаточное для жизни денежное содержание, а не на идею личного и семейно-кланового - преимущественного по отношению к остальному обществу - обогащения и наследственной социальной «элитарной» статусности, приверженность которой делает их марионетками заправил транснациональной глобальной ростовщической корпорации и её хозяев.
Присваивая себе миллионы на ими же узаконенных основаниях, даже благонамеренные высшие политики рвут обратные связи в контурах циркуляции информации в процессе управления на уровне четвёртого приоритета обобщённых средств управления: они не могут прочувствовать на себе негативные последствия своей дурной политики - когда большинство живёт на несколько тысяч рублей в месяц, для присваивающего миллионы и сотни миллионов рублей и долларов житейские проблемы большинства - это гораздо дальше Канн или Куршавеля [253].
3.3. Национальные взаимоотношения в СССР: теория и практика
3.3.1. Большевистская национальная политика на основе истолкования «мраксизма» в Сталинскую эпоху
Союз Советских Социалистических Республик (СССР) от постсоветской Россионии и прочих государств прошлого и настоящего в период руководства партией и страной В.И.Лениным и после него И.В.Сталиным отличался тем, что основой его внутренней и внешней политики была социолого-экономическая теория - марксизм-ленинизм. Наличие теории - даже при всех пороках «мраксизма» - обеспечивало достаточно единообразное понимание целей государственной политики, путей и средств их достижения как в обществе, так и на всех уровнях и во всех ветвях «вертикали власти».
Соответственно этому системообразующему принципу государственности СССР соотнесение реальной жизни общества с теорией было нормой политической жизни страны примерно в первые тридцать пять лет существования сначала Советской России, а потом СССР, т.е. в постреволюционную и в Сталинскую эпоху.
Этим в послесталинские времена ни в СССР, ни в постсоветской Россионии не занимается никто: ни политики персонально, ни политические партии, ни научно-исследовательские институты РАН, ни политико-социологические факультеты и кафедры вузов, ни журналистский корпус. Причины просты - нравственная ориентация на своекорыстие, а не на служение развитию общества, и скудоумие, не позволяющее понять роль теории как одного из факторов, обеспечивающих как эффективность государственного управления, так и консолидацию (единение) общества.
Поэтому отказ политической «элиты» страны в послесталинские и в постсоветские времена от власти над этим этапом полной функции управления - ещё один её порок.
Поскольку в марксизме образца 1917 г. не было ответов на все вопросы, которые вставали ходе социалистического строительства, то соотнесение действительности с теорией было стимулом к тому, чтобы теория развивалась в соответствии с потребностями решения конкретных задач общественного развития.
При этом шла борьба за истолкование неоднозначно понимаемой терминологии марксизма и его умолчаний либо в духе большевизма, либо в духе изначального марксистского интернацизма. И в этом была главная проблема социалистического строительства, неразрешимая без выявления пороков «мраксизма» и замены его в политике иной - большевистской управленчески состоятельной теорией.
Как уже было отмечено в разделе 3.2, задача анализа советского периода истории нашей страны включает в себя 4 аспекта:
1. Идеалы, которые провозглашались целью политики.
2. Идеология, которая претендовала на изъяснение этих идеалов и путей воплощения их в жизнь.
3. Политическая практика РСДРП (б) - ВКП (б) - КПСС и Советского государства.
4. Жизнь нравственно-психологически неоднородного общества под властью трёх выше названных факторов.
В разделе 3.2 нами было показано, что идеал построения общества без эксплуатации «человека человеком» был провозглашён целью государственной политики и что политика в сталинские времена в действительности была направлена на воплощение этого идеала в жизнь и на решение соответствующих задач развития культуры и личностного развития людей, насколько это позволял марксизм.
В разделе 3.1 было показано, что этот идеал был поддержан подавляющим большинством населения страны его практической деятельностью, выражавшейся в успехах СССР в деле общекультурного и экономического развития.
И этот идеал ликвидации системы эксплуатации «человека человеком» находил своё достаточно адекватное выражение и в документах партии большевиков, и в документах государства, касающихся в том числе и политики в области национальных взаимоотношений.
К этим документам и обратимся. XVI съезд ВКП (б), состоявшийся 26 июня - 16 июля 1930 г. в Москве, рассматривал среди всего прочего [254] и проблематику национальных взаимоотношений в СССР с целю выработки «национальной политики» в ходе осуществлявшегося социалистического строительства.
«В чём состоит существо уклона к великорусскому шовинизму [255] в наших современных условиях?
Существо уклона к великорусскому шовинизму состоит в стремле н ии обойти национальные различия языка, культуры, быта; в стремлении подготовить ликвидацию национальных республик и областей; в стремлении подорвать принцип национального равноправия и развенчать политику партии по национализации [256] аппарата «государственного и партийного управления», национализации прессы, школы и других государственных и общественных организаций.