Заключение в марте 1979 года сепаратного мира между Египтом и Израилем сопровождалось принятием администрацией Картера целого ряда новых политических, экономических и военных обязательств перед правительством М. Бегина. Это свидетельствовало о дальнейшей консолидации американо-израильского альянса, сохранении и упрочении его центрального места в ближневосточной политике США. Новое сближение Вашингтона и Тель-Авива проходило в условиях дальнейшего ослабления американских позиций в регионе. Победа народной революции в Афганистане, укрепление режима социалистической ориентации в Южном Йемене, свержение иранского шаха — все это свидетельствовало о неспособности американского империализма навязать свое господство народам Ближнего и Среднего Востока. В этих условиях правящие круги США взяли курс на расширение прямого американского вмешательства в дела региона. В Вашингтоне провозгласили район Персидского залива зоной своих «жизненных интересов». Были созданы интервенционистские «силы быстрого развертывания», нацеленные на нефтедобывающие страны Ближнего Востока. Вместе с тем роль Израиля как надежного и стабильного союзника США, как ударной силы империализма в регионе еще больше возросла.

В то же время в правящих кругах США не могли не считаться с тем, что предатель арабского дела А. Садат оказался в полной изоляции. Даже консервативные арабские режимы отказались последовать примеру Египта, хотя администрация Картера неоднократно пыталась расширить рамки Кэмп-Дэвида, чтобы втянуть в сделку с Израилем новых арабских участников.

Предвидя приближающийся политический тупик, некоторые деятели администрации Картера летом 1979 года предлагали осуществить дипломатический маневр, который позволил бы решить проблему палестинского представительства на переговорах об «автономии». В США раздавались призывы, направленные на раскол Палестинского движения сопротивления, выделение из него «умеренных» элементов, которые были бы готовы пойти навстречу Вашингтону. Но даже эти, в сущности, произраильские маневры вызвали протесты со стороны правительства М. Бегина и сионистских лоббистов.

В действительности же усилия официального Вашингтона были направлены на то, чтобы сорвать созыв специального заседания Совета Безопасности ООН для обсуждения палестинского вопроса. Американские руководители понимали, что на этом заседании США окажутся в полной изоляции. 26 июля 1979 г. представитель США в ООН Э. Янг встретился с наблюдателем ООП при ООН 3. Терази в резиденции кувейтского посла с целью добиться отмены рассмотрения палестинского вопроса Советом Безопасности, намеченного на 31 июля 1979 г.

Как оказалось, израильская разведка установила подслушивающую аппаратуру для записи беседы Янга с Терази. Информация об этой встрече появилась в печати, что вызвало острый политический скандал. По словам самого Янга, «именно израильское правительство решило создать из этого публичное дело»¹⁹. Не желая конфронтации с Тель-Авивом, администрация пыталась успокоить Израиль. Янг заверил израильского представителя в ООН И. Блума, что «нет никакого великого заговора с целью изменить нашу политику в отношении ООП»²⁰. Стремясь предотвратить кампанию с требованием отставки Янга, главный помощник президента по внутриполитическим вопросам С. Эйзенстадт, регулярно поддерживающий контакты с американской еврейской общиной и Израилем, обратился с просьбой к израильскому правительству официально выступить против ухода в отставку американского представителя в ООН. Вместо этого правительство М. Бегина направило официальный протест американскому посольству по поводу встречи Янга с наблюдателем ООП при ООН. В этой обстановке президент Дж. Картер решил «пожертвовать» Янгом, объявившим о своем уходе в отставку. На пост американского представителя в ООН был назначен бывший заместитель Янга Д. Макгенри, избегавший любых контактов с ООП.

Между тем происходила усиленная интенсификация еврейской колонизации оккупированных арабских территорий, несмотря на то, что израильский премьер-министр М. Бегин обещал в Кэмп-Дэвиде прекратить создание новых еврейских поселений на период ведения переговоров. Так, по оценке государственного департамента США, ежегодные расходы на создание поселений достигли 150 млн. долл.²¹

Газета «Вашингтон пост» признала: «Большинство людей во всем мире считает, и вполне справедливо, что США несут ответственность за продвижение израильских поселений. Именно США оплачивают значительную часть цены (за такую политику. — Авт.), и не только предоставлением огромной помощи Израилю, но и дипломатическими счетами в отношениях с другими государствами»²².

Администрация Картера опасалась идти на конфликт с сионистскими кругами в ходе начинавшейся в США избирательной кампании. Однако в марте 1980 года в Вашингтоне все же приняли решение отказаться от поддержки позиции Израиля во время обсуждения в Совете Безопасности ООН вопроса о поселениях.

Как писала газета «Уолл-стрит джорнэл», это решение было вызвано стремлением восстановить подмоченную репутацию США в арабском мире: «Макгенри, только что вернувшийся из тура по арабским столицам, призывал, чтобы США проголосовали за резолюцию. Государственный секретарь Вэнс, горевший желанием послать сигнал арабам, особенно Египту, Саудовской Аравии и Ираку, о том, что США серьезно хотят решить палестинскую проблему, позвонил президенту. И Картер согласился проголосовать «за» — США впервые голосовали за резолюцию ООН, осуждавшую создание израильских поселений. Советник по национальной безопасности Бжезинский поддержал такое голосование как сигнал арабам и мусульманским странам в целом»²³.

Голосование США в Совете Безопасности, которое проамериканские круги в арабском мире немедленно объявили свидетельством отказа США от произраильской позиции, привело к неожиданным результатам. М. Бегин заявил, что «поддержка американским представителем этой ужасной резолюции вызвала глубокое возмущение нашей нации и наших друзей»²⁴. Что касается «друзей Израиля», то они немедленно начали кампанию против администрации, обвиняя ее в «предательстве» Израиля. Голосование американской делегации в ООН накануне первичных выборов в штате Нью-Йорк, где сосредоточена крупнейшая в стране группа избирателей еврейского происхождения, было немедленно использовано противниками Дж. Картера в борьбе за Белый дом. И в этих условиях президент США не нашел ничего лучшего, как объявить голосование результатом «ошибки в коммуникациях».

Дж. Картер немедленно направил в Нью-Йорк для встречи с лидерами еврейской общины Р. Страуса, занявшего к этому времени пост председателя избирательного комитета президента, и С. Линовица, осенью 1979 года назначенного вместо Р. Страуса американским представителем на переговорах об «автономии». Однако эта мера не спасла президента от поражения на первичных выборах в штате Нью-Йорк, причем за соперничавшего с Дж. Картером сенатора Э. Кеннеди проголосовали 79 % еврейских избирателей. Важно при этом отметить, что, по сути дела, правительство М. Бегина и не скрывало, что его целью является не достижение прочного мира с арабами, а эвентуальная аннексия оккупированных земель, с тем чтобы избежать предоставления жителям Западного берега и сектора Газа израильского гражданства и не превращать «Великий Израиль» в двунациональное государство. Поэтому, как пишет бывший министр обороны Э. Вейцман, «как только договор (между Египтом и Израилем. — Авт.) был подписан, Бегин отказался от продолжения мирного процесса»²⁵, то есть усилил свой аннексионистский курс.

Администрация США, в свою очередь, попыталась сделать вид, что истечение провозглашенного срока завершения переговоров о «палестинской автономии» 26 мая 1980 г. не означает их окончательного провала. Причем США сконцентрировали свои усилия на том, чтобы не допустить выдвижения Западной Европой своего собственного плана урегулирования ближневосточного конфликта. В начале июня 1980 года администрация Картера подвергла сильнейшему давлению состоявшуюся в Венеции конференцию глав правительств стран — членов «Общего рынка». Благодаря личному вмешательству президента американцам удалось значительно ослабить принятую в Венеции декларацию по Ближнему Востоку. Хотя в этом документе признавалось право палестинского народа на самоопределение и необходимость участия ООП в переговорах, западноевропейские государства не пошли на признание ООП единственным законным представителем палестинского народа и не призвали к созданию независимого палестинского государства. Это вызвало удовлетворение в Тель-Авиве, где М. Бегин угрожал «отменить» кэмп-дэвидское соглашение, если США не сорвут «европейскую инициативу»²⁶. Затем его правительство решило еще раз показать, что не намерено идти на уступки, объявив летом 1980 года «объединенный» Иерусалим «вечной столицей» Израиля.