Вместе с тем во время частной беседы с израильским премьер-министром президент «дал понять, что США ожидают от Израиля поддержки усилий, прилагаемых специальным американским представителем на Ближнем Востоке Ф. Хабибом с целью добиться окончания конфликта в Ливане», и потребовал «предоставить Хабибу время для выработки деталей политического урегулирования»47. Таким образом, израильское руководство в обмен на поддержку администрацией США его целей в Ливане было вынуждено передать дипломатическую инициативу американцам. При этом у израильского правительства были все возможности контролировать ход переговоров, которые вел Ф. Хабиб в ливанской столице, осуществляя постоянный военный нажим на ООП. Кроме того, у Тель-Авива были развязаны руки для создания «нового порядка» на оккупированных землях южного Ливана.
Результаты переговоров М. Бегина в Вашингтоне свидетельствовали о намерении США и Израиля устроить «второй Кэмп-Дэвид», то есть вынудить еще одну арабскую страну подписать сепаратный договор с Израилем вслед за садатовским Египтом. Изгнание ООП из Ливана должно было, по замыслам авторов этой схемы, облегчить ликвидацию палестинской проблемы путем создания пресловутой «автономии».
Что касается плана размещения «многонациональных сил» в Бейруте и других районах Ливана, то и здесь США и Израиль стремились использовать опыт «кэмп-дэвидского процесса», взяв за образец «многонациональные силы», развернутые на Синайском полуострове. Как и на Синае, основу этих сил должны были составить американские войска. Тем самым израильская агрессия в Ливане должна была дать США возможность разместить свои войска на территории еще одной арабской страны.
Наладив координацию конкретных действий с М. Бегином, администрация Рейгана усиливала свою поддержку агрессивных акций Израиля. К берегам Ливана были направлены корабли американского военно-морского флота с морскими пехотинцами на борту. Делегация США в Совете Безопасности ООН использовала свое право вето, чтобы сорвать принятие любых резолюций, требовавших прекратить израильское вторжение и отвести войска агрессора. Это позволило Израилю раз за разом нарушать соглашения о прекращении огня и продолжать военное давление на осажденный Западный Бейрут.
Политический курс США не претерпел существенных изменений и после замены А. Хейга на посту государственного секретаря Дж. Шульцем. Администрация Рейгана по-прежнему придерживалась позиции, разработанной во время пребывания М. Бегина в Вашингтоне. Усилия американской дипломатии были сосредоточены на выработке соглашения об эвакуации сил ООП из Бейрута. Госдепартамент объявил, что «США уведомили Саудовскую Аравию и другие правительства, имеющие влияние на ООП, что они не могут гарантировать соблюдение перемирия Израилем в течение длительного времени, если палестинцы не сложат оружия»48.
Вашингтон поддержал требование Тель-Авива о полной ликвидации военного присутствия ООП в Ливане и выводе палеспрщев из Бейрута в другие арабские государства. В течение трех месяцев Ф. Хабиб прибегал к политическому шантажу, добивался принятия ультимативных израильских требований. «Миротворческая миссия» США стоила гибели тысячам жителей ливанской столицы и привела к фактическому разрушению Западного Бейрута.
На словах администрация Рейгана выступала против таких варварских акций сионистской военщины, как прекращение подачи воды, электроэнергии, продовольствия и медикаментов в жилые кварталы и использование кассетных бомб американского производства для бомбардировки Бейрута. Американская пропаганда всячески афишировала «гнев», который якобы проявлял Белый дом в связи с тем, что израильская армия отказывалась соблюдать условия прекращения огня.
Дипломатическое маневрирование администрации было направлено на то, чтобы, шантажируя ливанских руководителей угрозой продолжения израильского наступления, добиться принятия американских требований. Газета «Уолл-стрит джорнэл» сравнила эту тактику с методом «доброго и злого полицейского»: «Хабиб говорит ливанским руководителям, что если они смогут добиться от ООП согласия на фактическую военную капитуляцию, то США, возможно, смогут предложить какие-то гарантии того, что ООП не будет уничтожена и сможет в будущем вести политическую деятельность. В роли антипода «доброму» Хабибу выступает израильская армия, части которой стоят на окраинах Бейрута и готовы уничтожить сам город, чтобы нанести ООП последний сокрушительный удар. Хабиб убеждает, что если ООП не пойдет на немедленную сделку, то ей придется столкнуться через несколько дней или часов со «злодеем». Чтобы все это выглядело убедительно, необходимо создавать впечатление, будто «доброму» очень трудно удержать «злодея» от решительных действий»49. Таким образом, Соединенные Штаты пытались получить максимальные политические дивиденды от военных операций Израиля и взять в свои руки «урегулирование» ливанского конфликта.
Предоставив Израилю выполнять «грязную работу» в Ливане, руководители администрации Рейгана всячески пытались продемонстрировать непричастность Соединенных Штатов к кровавой агрессии клики М. Бегина и А. Шарона. В Вашингтоне делали вид, будто США не в состоянии контролировать действия Израиля. Однако это утверждение, распространяемое органами буржуазной пропаганды, — абсолютно надуманное и фальшивое.
Во-первых, израильское вторжение в Ливан произошло не вопреки позиции правящих кругов США, а органически вписывалось в стратегический курс администрации Рейгана, игнорировавшей законные интересы и права палестинского народа и делавшей ставку на подавление национально-освободительного движения военно-силовыми методами. «Фактически именно нежелание администрации выступить с моральной поддержкой чаяний палестинцев и против экспансионистской политики Израиля поощрило правительство Бегина на вторжение в Ливан. Израильтяне исходили из того, что им не придется столкнуться с энергичным дипломатическим противодействием США — и были нравы»50, — признала газета «Крисчен сайенс монитор». Без политической и дипломатической поддержки Вашингтона Тель-Авив, оказавшийся в полной международной изоляции, не мог бы столь нагло игнорировать возмущение мирового сообщества.
Во-вторых, израильская армия, вторгшаяся в Ливан, была вооружена новейшими американскими системами оружия, призванными обеспечить качественное превосходство над противником на поле боя. В Ливане проходили «боевое испытание» самолеты воздушного наблюдения и контроля «Е-2С Хокай», авиационные ракеты «Сайдуиндер», кассетные снаряды и «вакуумные» бомбы, которыми США в изобилии снабдили израильскую военщину. На протяжении всего конфликта Пентагон очень интересовался тем, как вела себя новая американская военная техника на поле боя. Большие потери, которые Израиль понес в боях с палестинскими отрядами и сирийскими войсками, а также огромный расход боеприпасов и снаряжения еще более увеличили зависимость Тель-Авива от военных поставок Вашингтона.
В-третьих, огромные финансовые затраты на агрессию в Ливане оказались бременем, которое израильская экономика вынести не способна. Расходы Израиля на ведение войны достигали почти 100 млн. долл. в день. Новая агрессия перечеркнула все попытки министерства финансов сбалансировать бюджет. Практически беспрерывные бомбардировки Бейрута в течение многих недель, а также мобилизация в армию десятков тысяч резервистов превратили вторжение Израиля в Ливан в самую дорогостоящую войну в израильской истории.
Чтобы избежать экономического краха, Тель-Авив был вынужден еще более увеличить налоги и призвал еврейские общины США и других капиталистических стран увеличить пожертвования Израилю. Однако эти меры не могли значительно укрепить израильский бюджет. На 1982 год было запланировано бюджетных поступлений на сумму 14 млрд. долл. Налоги в Израиле уже являются самыми высокими в мире, и дополнительные доходы в результате введения новых налогов составили всего 670 млн. долл. Что касается пожертвований со стороны еврейских общин других стран, то они в последние годы неуклонно уменьшаются и не превышают 3 % израильского государственного бюджета, составляя всего 340 млн. долл. Таким образом, Тель-Авиву требуется новое значительное увеличение помощи Вашингтона, причем речь идет не о кредитах, а о дотациях.