Совет Системы своим решением постановил пойти на крайнюю меру ради спасения планеты и прервать беременность. Иначе говоря, уничтожить эмбрион. Вместе с падшими ангелами и Архангелом Люцифером. Было решено подготовить и произвести незначительный поворот Земли. Подготовку и сам поворот осуществляли лучшие ангелы-техники Системы. Присутствовали при этом чуть ли не все жители страны, свободные от Миссий. В Системе было тесно и светло, как никогда. Решалась судьба! И вот свершилось!

Планета поворачивалась на бок против своей оси. Полюса меняли места. Океаны залили сушу. Жизнь на поверхности Земли, казалось, прекратилась навсегда. Это было ужасное зрелище. Планета поворачивалась медленно и нехотя. Но и этого было достаточно, чтобы поверхность её лопалась, как орех. Огромные фонтаны огня и пепла взлетали до облаков. А там на них обрушивались целые моря воды.

Прекрасные и величественные города Атлантов, разбросанные по всему миру, превратились в руины в мгновение ока. Гибли миллионы людей и нигде не было им спасения. Целые континенты вздыбливались, как река в ледоход. Поверхность превратилась в сплошной кипящий котел. Но недолго волны перекатывались по поверженной суше. И, когда они схлынули, лицо планеты стало иным. Мятежный материк занял место южного полюса. Старые полюса оказались на новых местах. Теперь бывший южный полюс называют островом Пасхи — пупом Земли, не догадываясь, насколько они близки к истине. Бывший Северный полюс занял место в Якутии. Вечная мерзлота и холод — единственные свидетели бывшего когда-то здесь катаклизма.

Поверженная Атлантида была залита водами океана, остыла и превратилась в ледник. Путь Хаосу был закрыт. Казалось, что может тут выжить?! Земля стала стерильной.

Но Господь рассудил иначе. Он не захотел терять новую жизнь, хотя ещё и не одухотворенную им. Жизнь победила! Поверх волн и огня гордо и величественно плыл одинокий огромный ковчег. И в нём было спасение Мира!

Но выжил и падший ангел. Ручеёк мёртвой воды продолжал сочиться. Что делать?! Как известно, вода камень точит, теперь ручеёк превращается в бурную реку. А на Земле уже заканчивается формирование мозга эмбриона. Осталось сформировать только один и самый важный орган — сердце. Нервные центры мозга прекрасно функционируют на территории Европы, предназначенной для них. Отлично работает желудок — Америка. Печень — Япония. Органы выделения и детородные — В Африке. Позвоночный столб тоже только складывается в Азии, но там всё идёт удачно. Сатана знал, куда нанести коварный и верный удар, куда направить чёрные воды мёртвой реки — в Сердце, в страну Славян, объединяющую и держащую духовность всего мира. Его ментальность и Славу.

Время решающей битвы настало, Олесь! Вся Вселенная наблюдает за этой схваткой. Но полем боя будет только один человек. И только один день, до полночи. Вы в этот день встретитесь. Если он сможет победить себя и закрыть своей душой дорогу Хаосу — спасены. Если, нет...

Архангел замолчал. Потом добавил:

—Что именно он должен будет сделать, пока не знает никто. Но, в роковую полночь, мы всё это почувствуем. А теперь, с Богом, Малыш! В дорогу! Звёзды и мы все с Вами! - Дух Божественного посланца растаял в сиянии солнечной короны и Олесь остался один. Даже не верилось, что всё это правда. Ему, впервые, не трудно было на этой высоте, у самого Солнца. Но Миссия начиналась. Пора было вниз. Земля и Звёзды ждали.

Яркая искра рванулась сквозь облака к поверхности планеты. Наступал 1917 год от воплощения Божьего духа.

Блокировка. Проникновение. Муки. Слияние. Свет!

Часть 2.

ПОКАЯНИЕ.

Возвращение из ночного кошмара было мучительным и страшным.

И кто же это такие мерзкие сны насылает? Чёрт те что! Сергей очнулся, но глаза открыть не мог. Лежать было твердо и холодно. Но самое странное — было мокро.—Где я? — Подумал Сергей. — Чёрт, как я сюда попал? Что происходит? Где я был вчера? — Вопросы сыпались один за другим, но ответов пока не было. Страшно болела голова. Хотелось пить. Тошнило. Он всегда очень тяжело переносил похмелье, но понял, что на этот раз, вчера, было что-то особенное. Память возвращалась медленно. Картины вчерашних событий вырисовывались мутно, нехотя и без всякой последовательности. Наконец, отдельные картинки слились и всё стало почти ясно.

Пить начал с утра. Да и после позавчерашнего. В памяти всплывал один бар, другой, какая-то подворотня, какой-то подвал. С кем — что-то не очень понятно, какой-то чёрный, с бешеными глазами. Ох, как мерзко. Откуда же столько денег взялось!? Ладно. Дальше. Вечером уже, как-то дополз до Наташки. Зачем?! Месяц, наверное, не ходил к ней. Успокаиваться начал. Рана в душе почти зажила. Нет! Надо же. Опять сорвался. Не выдержал, по пьяни. Понесла нелёгкая. Ну и дурак! Так. Что дальше?

Помирились. Поехали к Витьке, за город, на дачу. Еле добрались. Дача за кладбищем. Вечером никто ехать не хочет. Нашли чего бояться, дурни. В городе центральные улицы после десяти страшнее любого кладбища. Лучше вампирам попасться, чем этим веселым гаврикам. Подонки!

У Витьки было уже человек восемь. Половина незнакомых. Какие-то бабы новые. Снова пили. Куда влазило? Было совсем темно, когда вышел с какой-то дурочкой подышать озоном на улицу. Вечно попадаю в грязь с этими бабами. «Счастливчик!» Тридцать шесть лет и такой идиот! Озон ему понадобился! — С отвращением подумал Сергей. — А спиду не хотите ли? Как её хоть звали? Понятия не имею! Да и не спрашивал, наверное. Тоже мне, повод для знакомства. Но, зато, Наташка, конечно, выскочила в самое интересное время. Ну и крику было, ну и возни. Еле соскочил. Хоть бы вспомнила, стерва, как саму, месяц назад, в таком же положении застукал. Только она была снизу...

М-м-м, как всё болит. Что дальше? Не помню. — Сергей попытался повернуться на бок, но не смог. Что-то мешало. — Ага! Наташка побежала на дорогу. Я за ней. Как же, её догонишь, мастер спорта. Да и ноги уже еле-еле волочил. Было, наверное, часов двенадцать. И тут, какой-то фраер на машине, как из-под земли выскочил. Кажется, даже без габаритов был. Подхватил её и исчез. Испарился. Ну и хрен с ней. Больше не пойду туда. Малыша, конечно, жалко. Ну об этом потом.

Мысли еле-еле ворочались в тяжёлой, больной голове. Дальше не вспоминалось. — Ну, что за чёрт! Почему так мокро и холодно? Как бы открыть глаза. О, моя голова! Глаза открывались с трудом, как пришитые. Сергей ещё ничего не увидел, но ему стало страшно. Мороз пробежал по коже. Вокруг было совсем темно, хотя он чувствовал, что уже не ночь. Вдруг, где-то в стороне показался тусклый квадрат света. Зрение понемногу восстанавливалось.

Какая малюсенькая комнатка. Почти ящик. Высота метр. Ширина метр. Мозги никак не могли заработать. Он лежал, свернувшись в клубок, на какой-то каменной лежанке, заросшей мохом. Рядом ещё одна. А там, кто это на ней? Сергей протянул руку. Дотронулся. Рука провалилась во что-то гнилое, скользкое и холодное. Вокруг распространился сладковатый приторный запах. Где-то он уже слышал этот отвратительный запах... Но где же, где?

И вдруг мозг включился. Страшное воспоминание озарило его. Этот запах человеческой мертвечины он слышал в морге тюремной больнички, когда заставили выносить оттуда трупы зеков, застреленных охраной при побеге. Чёрный ужас парализовал волю. Сергей, даже, не сразу отдернул руку. И она, казалось, медленно превращалась во что-то мерзкое, отвратительно-страшное. Хотел закричать. — даже рот не раскрылся. Грудь лопалась, дыхание сперло.

Наконец, судорогой пробило всё тело. Судорога спасла. Паралич отпустил. Изо всех сил рванулся к светлому квадрату. Ударился сразу затылком, лбом, ещё чем-то. Но голова уже в отверстии. Дальше не лезет. Господи, что же делать! Он в панике дёргался в узкой щели склепа, разбивая тело в кровь, разрывая одежду.—Боже мой, как я сюда попал?! — Глаза были на уровне земли и в предрассветной мгле, сквозь дождь и туман видели одни кресты кругом. Силы кончались.