− Они мне будут только мешать.

− Вот как! Когда это ты успел стать таким самоуверенным? – разозлился Ранс.

Гин лишь пожал плечами, у него не было ни малейшего желания спорить с Главой Красной Долины.

− Кажется, я начинаю понимать, − сощурился Ранс. – Ты считаешь, что виноват в том, что случилось с Тай, вот и ищешь смерти.

− Ты не прав, − вздохнул Гин.

− За дурака меня принимаешь? Я уже достаточно пожил на свете, чтобы знать, что к чему, а уж тем более разгадать твои намерения и вовсе для меня никакого труда не составляет. Успокоился бы уже, почти полгода прошло, как ее не стало, а ты только и делаешь, что выбираешь себе самые опасные поручения, словно хочешь поскорее к ней на тот свет отправиться. Ты даже участвовал во всех операциях по поиску и уничтожению оставшихся лабораторий Эрин, переловил всех ее сообщников, и все никак не смиришься.

− Я просто хочу отвлечься вот и все, у меня нет желания умирать. А насчет напарников, ты ведь и сам знаешь, что я всегда предпочитал действовать в одиночку.

− Ну, хорошо пусть будет по-твоему, пойдешь один. Только не вздумай провалить задание, − сурово сказал Глава.

Гин молча кивнул. Когда он вышел от Ранса, то увидел Веса, который неторопливо шел, уткнувшись в листок бумаги, и что-то бормотал себе под нос.

− Привет, Гин! – Вес оторвался от письма и поздоровался с другом. – Как ты?

− Только что был у Ранса.

− Получил новое задание?

− Да, нужно выяснить причину исчезновения людей у восточной границы.

− С кем пойдешь?

− Один.

Вес нахмурился:

− Не думаю, что это хорошая идея. Я видел сводки, за последнее время в тех окрестностях пропало слишком много народа, это не какой-нибудь тебе дикий зверь, а наверняка что похуже – банда головорезов, например.

Гин скептически посмотрел на Веса.

− Как знаешь, я предупредил тебя, в любом случае, − отмахнулся Вес.

− Пришло письмо от Лиу?

− Не твое дело! – Вес смутился и торопливо убрал листок в карман.

− Ладно, − улыбнулся Гин. – Мне нужно идти.

Вес кивнул головой и пошел дальше, через пару шагов он снова достал письмо из кармана и начал его перечитывать. Тем временем, Гин поспешил домой. Придя к себе, он быстро перекусил, собрал необходимые вещи и отправился в путь. Дорога до восточной границы была довольно утомительной, то и дело приходилось идти в гору, а кое-где и вовсе пробираться сквозь непроходимые заросли. Но это ни сколько не огорчало Гина, наоборот, чем труднее был путь, тем лучше мужчина себя чувствовал. Он полностью сосредоточился на преодолении препятствий, отгоняя прочь все посторонние мысли. Вечером, Гин так устал, что стоило ему лечь в свой спальный мешок, как он сразу же провалился в сон. Бесконечно изматывать себя непосильными физическими нагрузками – это был единственный способ, который помогал Гину сбежать от поглощающей его тоски. До самого конца он никак не мог осознать и принять тех чувств, которые испытывал к Тай, а когда, наконец, понял, было уже слишком поздно. Ему оставалось лишь надеяться, что со временем он сможет простить самого себя и смириться с утратой дорого ему человека. А пока Гин старался, как одержимый, нагрузить себя всевозможными заданиями, чтобы совсем не оставалось сил переживать и думать о том, как Тай умерла мучительной смертью, так и не дождавшись его помощи. Спустя несколько дней Гин, наконец, добрался до того самого места, где, по рассказам местных жителей, исчезали люди. Это была ничем не примечательная дорога, ведущая через небольшой лесок. Уже несколько десятков лет ей пользовались крестьяне, чтобы добираться до ближайшего рынка самым кротчайшим путем. Но с недавних пор, каждый второй путник исчезал, так и не выйдя из леса. Местные жители были ужасно напуганы, теперь редко кто отваживался пользоваться этой проклятой дорогой, предпочитая идти в обход. Гин потратил немного времени, опрашивая население, крестьяне с радостью поведали ему свои версии происходящего. К слову сказать, их было довольно много: от кровожадного призрака молодой девушки, повесившейся на одном из деревьев из-за неразделенной любви до злобного старика-лесовика, заманивающего в свое логово несчастных, чтобы превращать их в гигантские грибы, а потом съедать. Выслушивая очередной рассказ, повествующий об ожившем мхе с болот, Гин понял, что с него, пожалуй, хватит и пора бы уже самому пройтись по той самой загадочной дороге и все проверить. Еле как отделавшись от молодой вдовы, упрашивающей его остаться поужинать и переночевать, Гин пошел прямиком к лесу. Ярко красное солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в золотисто-розовый цвет. Хотя крестьяне и уверяли, что ночью на дорогу вообще соваться не стоит, мужчина был твердо уверен, что как раз с наступлением сумерек и начинает происходить все самое интересное. На первый взгляд дорога была самой обычной, усыпанная хвоей и шишками, слегка размытая недавним дождем, она петляла между старыми соснами, уводя в самую чащу. По обочинам рос невысокий папоротник, вперемешку с крапивой, иногда даже попадалась дикая земляника и малина. Птицы весело щебетали в ветвях и пролетали прямо над головой Гина, совсем не боясь незваного гостя, заглянувшего в их лес. Гин не торопливо шел, пытаясь приметить хоть что-нибудь подозрительное на своем пути. Вдруг он остановился и присел на корточки, сомнений не было, прямо перед ним был свежий след. Судя по размеру ступни, отпечатки ног могли принадлежать либо ребенку, либо невысокой женщине. Пока еще было не слишком темно, и их можно было без труда разглядеть, но нужно было торопиться. След петлял и путался, словно незнакомец никак не мог решить, куда же ему все-таки идти, через некоторое время он и вовсе свернул с дороги и пошел прямиком через лес, безжалостно ломая кусты и ветки. Наконец, к следу, по которому крался Гин, прибавился другой, принадлежавший, судя по всему крупному мужчине, и уже вместе, они привели его к покосившейся землянке, вырытой между сосенками. Разгадка тайны исчезновения путников была близка, Гин незаметно подполз ко входу и притаился. Было слышно, как внутри с кем-то разговаривает незнакомый мужчина.

− Опять сбежала дрянная девчонка, я же приказал сидеть смирно! Нужно еще поймать хоть кого-нибудь, вещество не достаточно концентрированное, ты не слушаешься….

Гин почувствовал, как его бросило в жар. «Может ли быть, что это она», − судорожно подумал он, с трудом поборов желание, тот час же ворваться в землянку.

− Они пообещали нам новое убежище, здесь становиться небезопасно, я слишком много поймал людей, уже ходят слухи. Но как же я справлюсь с тобой, такой непослушной? Ты должна быть умницей и смирно идти рядом со мной, не вызывая подозрений.

Послышалась возня и женский отчаянный визг. Гин одним ударом ноги вышиб дверь и ворвался внутрь. В землянке находилось двое людей − у стены стоял коренастый мужчина, а у его ног на полу лежала девушка, закутанная с головой в одеяло. Гин выхватил меч и направил его на незнакомца.

− Я всего лишь лесник! – хрипло выкрикнул мужчина, поднимая вверх безоружные руки.

− Отойди от нее, − приказал Гин.

− Я бы не советовал…

− Ты разве не слышал? Отойди! – заорал Гин. Мужчина послушно отошел в сторону. Не помня себя, Гин склонился над одеялом и потянул за край. Его сердце упало, это была не она. На Гина удивленно смотрела незнакомая молодая девушка. У нее были золотистые вьющиеся волосы, карие глаза и нежная фарфоровая кожа.

− Все будет хорошо. Не бойся, − тихо прошептал Гин, он почувствовал, что его руки предательски трясутся, ведь на какую-то долю секунды, он все-таки поверил, что Тай жива. Девушка склонила голову набок и издала непонятный звук. Гин, наконец, справился с нахлынувшим волнением и обернулся к мужчине:

− Предлагаю выбор: быть пленником или умереть.

− Ты предлагаешь выбор? – рассмеялся тот. – Боюсь, ты все неправильно понял, позволь я тебе объясню. Это у тебя был выбор – приходить сюда или нет, но как только, ты переступил порог моего дома, единственное, что тебе осталось – смерть. Ани!