«Боже, надо вытереть из ушей воду», — смущенно подумала Ника, пытаясь сфокусировать взгляд. Зрение было ужасно затуманено, все покрывала огненно-черная паутина.

— Нож, — пробормотала она.

— Что? У него нож?

Голос Винсента. Она наклонила голову, или подумала, что сделала это, и увидела его рядом.

— Где он, малышка? Проклятье, Рыжая! — взорвался он. — Почему ты не осталась со мной?

Звук его полного муки голоса то появлялся, то исчезал. Зачем он здесь? Он правда только что спросил, почему она не осталась с ним? И назвал ее малышкой?

— Нож, — снова промямлила она, пытаясь сесть, не смотря на приступы накатывавшего головокружения.

— Какой нож, Ники?

— Мне нужен. Нож!

Ей хотелось кричать, но голос получался слабым и невнятным.

— Вот. — Винсент протянул ей открытый раскладной нож. Благослови Господи его кровожадное сердце.

Она взяла оружие дрожащими руками.

— Пожарный выход, — выдохнула Ника, давая знать, куда делся Кевин. Она дважды случайно порезалась, отпихивая руки брата, когда тот хотел отобрать нож. Но наконец ей удалось разрезать ткань на чемодане достаточно широко, чтобы засунуть в отверстие пораненную и испачканную кровью руку. Пальцы нащупали гладкую пластмассовую вещь.

Из глаз полились слезы.

Беззвучные рыдания сорвались с губ, сотрясая тело, когда она вытащила флешку. Ника показала ее брату.

— Я достала ее, — хрипло прошептала она. — Я нас спасла, Калеб. Я это сделала.

Сильные руки Винсента обхватили ее за талию и потащили назад, но Ника не сводила глаз с брата. Он покачал головой, на его лице перемешались полнейшее замешательство, ужас и горе.

— Ник, я не понимаю.

Но она не нашла в себе силы объяснить. Особенно, когда ее внезапно окружил жар тела Винсента. И мягкая ладонь нежно погладила по влажным волосам.

Влажным? Почему ее волосы влажные?

Она увидела, как Винсент отвел руку, и на ней остались ярко-красные следы. Тогда все заволокло туманом. Ника провалилась в темноту.

Просто сдалась и унеслась прочь от своего избитого тела.

***

От вида капающей с запястья крови у Винсента паникой сковало внутренности. Не раздумывая, он схватил свой телефон и позвонил Теган.

— Эй. Габриэль сказал, что ты можешь...

— Что мне сделать с кровоточащей раной на голове? — его голос был резок, как удар хлыста.

— Приложить что-нибудь чистое. Сильно прижать. Уложить человека. Кто это, Вин? Ты в порядке? — Теган, не теряя ни секунды, переключилась на роль врача.

— Повиси. — Винсент схватил завалившуюся под кровать подушку. Черт, грязня. Он снял свою рубашку и подложил ее под голову Нике. Притянул спиной к своей груди, прижимая затылок к импровизированному прессу. Винсенту понадобятся свободные руки, чтобы нести ее. Подняв телефон с грязного ковра, он быстро заговорил. — Я в порядке. Ника — нет. Ты еще в доме?

— Да.

— Мы приедем как можно скорее. Пожалуйста, Тег, будь готова. Она... плоха.

Почему вдали не завывает сирена, гадал он, отключая связь. Как мог отель и окружавшие его здания выстоять против бури, разыгравшейся в его мыслях? Винсент едва замечал вес Ники на руках, когда они двинулись с Калебом на выход.

— Можешь повести? — спросил он байкера, который не отрываясь смотрел на сестру. — Мы возвращаемся ко мне домой, не в клубный дом.

— Конечно. Что, черт подери, она имела в виду, когда сказала, что спасла нас? — спросил Калеб, когда к его лицу очень медленно стали возвращаться краски. — Дай мне ключи. Я подгоню машину к черному ходу. Нет, лишняя трата времени. В такой дыре никто не станет задавать вопросы.

И он был прав. Ни один человек и бровью не повел, когда двое громил пронесли через весь отель безжизненное тело истекавшей кровью девушки. Винсенту хотелось разозлиться, но он был слишком обеспокоен тем, насколько неподвижной оставалась Ника.

Оказавшись на заднем сидении машины с Никой на руках, Винсент снова звонил, пока Пейн несся из Бруклина к Олд-Уэстбери.

— Что случилось? — требовательно спросила Теган.

— Она все еще в отключке. Это нормально? Уже минут шесть. — Пожалуйста, скажи, что это не страшно.

— Как сильно она ударилась? Или ее ударили? Упала? Мне нужна хоть какая-то информация.

— Похоже, что она упала спиной... — Может ли рана быть такой ужасной из-за простого падения? — Ее толкнули, и она затылком ударилась о деревянный шкаф.

— Ладно. Что еще?

— Ее избили. На лице кровь, но не думаю, что это ее. Не могу найти рану, разве что она прикусила себе язык или что-то подобное. — Ага. Когда этот смертник ударил ее по лицу кулаком. От этой мысли Винсент зарычал как дикий зверь.

— Что? Что произошло? — спросила Теган, услышав его яростный рык.

— Ничего. Просто... реакция.

— Ладно. Винни, не психуй, но она долговато в отключке. От удара по голове обычно отключаются минуты на три-четыре. Но это не обязательно...

Винсент уронил телефон на соседнее сидение.

Он не будет психовать. Не будет.

Сделав несколько вдохов, Винсент осторожно притянул ближе слишком неподвижное и слишком красивое тело и прорычал ее брату:

— Дави эту чертову педаль в пол, Пейн! Сейчас же вези нас домой!

***

Влетев в открытую Вито дверь, Винсет бросился через ярко освещенное фойе к двойным дверям в подвал. Калеб не отставал. Он надеялся, что никого не будет...

Вокруг.

Прекрасно. Винсент стиснул зубы, когда увидел Макса, Алека, Куана, Алесио, Габриэля и Еву, околачивавшихся возле двери медицинской комнаты Теган. Гребаная толпа зевак. Кроме Евы, разумеется. Бедная девочка выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок. Это было видно по ее глазам.

Из гостиной появился Василий со своим личным врачом Юрием Давыденко. При виде хорошего доктора Винсент почувствовал сильное облегчение, наплевав на то, почему тот внезапно оказался здесь. Юрия не было, когда они с Калебом уезжали. Два врача лучше одного.

Винсент не замедлил шаг, направляясь в уже открытые двери и надеясь протиснуться сквозь толпу. Но Ева остановила его, дотронувшись до руки. Счастливица. Единственная, кому бы он не надавал по носу за то, что задерживает его.

— Винсент?

Он взглянул на мрачного Габриэля.

— Позже.

— Она в порядке?

Очевидно, Ева не заметила спутанных и пропитанных кровью волос подруги. Так же ясно, что Теган не стала разбалтывать подробности. Винсент не смотрел на Еву. Не мог.

— Она без сознания, — выдавил он сквозь зубы. — Прошу, Ева, дай мне отнести ее вниз.

— Да, конечно, — ее голос дрожал, словно она скатывалась по старинным деревянным американским горкам.

Винсент крепче сжал Нику и двинулся дальше. Вниз по широкой лестнице, через жилую зону с массивным зеркальным баром и отгороженными столами. Он свернул налево, а не направо, где находились домашний кинотеатр, две смежные спальни и комната Максима. Этот же коридор вел в тренажерный зал и их импровизированный лазарет. Конечно, не мини-больница Юрия, в которой можно даже проводить операции, но со своими функциями справлялся. Винсент уложил девушку на металлический стол и отошел, чтобы ею могли заняться Юрий и Теган, которая уже достала поднос с инструментами. Винсент придвинулся к краю стола и сжал ладонь вокруг изящной лодыжки Ники, почему-то чувствуя необходимость касаться ее, пока русский приподнимал прекрасную рыжую головку и осматривал рану.

— Блядь, — выругался Юрий, хотя его лицо оставалось бесстрастным. — Она сразу вырубилась или еще была какое-то время в сознании после удара? — он говорил коротко и профессионально, а английский был безупречен, не смотря на сильный акцент.

— Она находилась немного не в себе минуты три до того, как потеряла сознание.

Облегченный вздох казался даром небес, как и слова Юрия.

— Это хорошо. Очень хорошо.

Винсент подвинулся вдоль стола, ни на минуту не убирая ладонь с ноги Ники. Ступня, икра, колено, бедро. Он одернул ее платье и взял за руку, когда Теган посветила фонариком в глаза Ники — тусклые и мутные. Винсент опустил взгляд и разжал кулак Ники. В нем оказалась флешка. Даже без сознания девушка продолжала так крепко сжимать ее, что на ладони остался отпечаток. Винсент взял предмет и шагнул назад, когда Теган двинула ему локтем под ребра.

— Свали, Винни. Дай нам ее зашить.

Ее тон, ясно дававший понять, что нехрен спорить с врачом, заставил попятиться к двери. Дерьмо. Он не хотел уходить. Хотелось остаться. Быть рядом, когда она очнется, на случай, если будет напугана. Не хотел бросать ее, как тогда в Сиэтле. Как можно было так поступить с ней? Снова облажаться с невинной душой, которую должен был защитить. Не придать значения страху в ее глазах в тот день, когда поцеловал ее. Вернуться в Нью-Йорк и оставить ее саму со всем разбираться.

Разве случившееся с Софией не научило, что нужно быть рядом?

— Винсент! Вон!

Он отвернулся от вскрика Теган и чуть не налетел на Калеба, когда вышел в коридор.

— Что это? — спросил он, показывая флешку.

Байкер покачал головой, глядя на сестру.

— Я не знаю, Ви.

— Тогда давай выясним. Макс?

Максим раскрыл ладонь, и Винсент положил на нее свою находку. Все, кроме Василия и Евы, проследовали за бар в командный центр — влажную мечту Максима. Вдоль стен располагались экраны, а на столе клавиатуры. Ноутбуки, штативы, циферблаты и кнопки занимали оставшиеся поверхности. Чертов звездолет «Энтерпрайз».

Техник плюхнулся в черное кожаное чудовище, достойное короля, и вставил флешку в USB-порт. Он указал на самый большой экран в центре полудюжины остальных.

— Будет здесь, — пробормотал он, стуча по клавишам. — Файл назван просто «Номер один».

Винсент, Калеб, Габриэль, Куан, Алек и Макс в молчании уставились на экран. Василий проскользнул в комнату, когда появилось изображение. Свалка. Сетчатый забор. Вокруг никого, только три парня в жилетах «Обсидиановых Дьяволов» и один в майке.

Около трех минут все наблюдали кристально-чистое изображение, а потом парень в майке был убит. Руками Калеба Пейна.