Поспешные, необоснованные и ошибочные решения накануне Великой Отечественной войны причинили ущерб механизированным корпусам Красной армии. В 1929 году в СССР был сформирован опытный механизированный полк, развернутый в 1930 году в механизированную бригаду. На ее базе в 1932 году был создан первый в мире механизированный корпус — самостоятельное оперативное соединение, включавшее две механизированные и одну стрелково-пулеметную бригады, отдельный зенитно-артиллерийский дивизион. В корпусе насчитывалось более 500 танков и 200 автомобилей.

За годы первой пятилетки советская промышленность произвела свыше 5 тысяч танков, а к концу второй пятилетки в армии насчитывалось уже 15 тысяч танков, из них около 12 тысяч основных образцов. Это были танкетки Т-27, легкие танки Т-26 и БТ, средний танк Т-28, а затем появился тяжелый танк Т-35. К началу 1936 года в Красной армии имелось 4 механизированных корпуса, 6 отдельных механизированных бригад и 6 отдельных танковых полков. Еще 15 механизированных полков находилось в кавалерийских дивизиях и 83 танковых батальона и роты — в стрелковых дивизиях.

Вследствие неверной оценки опыта гражданской войны в Испании и освободительного похода советских войск в Западную Украину и Западную Белоруссию механизированные корпуса в ноябре 1939 года переформировали в танковые. Каждый состоял из трех бригад — двух из легких танков и одной моторизованной стрелково-пулеметной. Очень скоро ошибочность этого решения стала очевидна, и весной 1940 года механизированные корпуса были созданы вновь. Теперь их стало 9. В феврале — марте 1941 года началось формирование еще 20 механизированных корпусов, каждый в составе трех дивизий — двух танковых и одной моторизованной. Для их полного укомплектования требовалось более 15 тысяч танков Т-34 и KB, а промышленность могла дать в 1941 году около 5,5 тысяч танков всех типов.

Имевшиеся в Красной армии танковые бригады, ранее укомплектованные и подготовленные, были расформированы. Для новых корпусов теперь создавались танковые дивизии.

Формирование чрезмерного количества новых соединений и частей ничем не оправдывалось. Они могли быть обеспечены военной техникой не ранее, чем через несколько лет. Подобные ошибки имели место и в других родах войск. К началу войны не удалось завершить формирование около одной трети авиационных полков и фактически всех механизированных и воздушно-десантных корпусов.

Ошибки в военном строительстве накануне Великой Отечественной войны вытекали из излишне завышенных оценок опыта боевых действий Красной армии в локальных конфликтах: на Дальнем Востоке у озера Хасан в июле — августе 1938 года с Японией, у реки Халхин-Гол в июле — сентябре 1939 года с той же Японией, в республиканской Испании в 1936–1939 годах. Сказалась и неспособность неопытного, слабо подготовленного в профессиональном отношении военного руководства в СССР оценить опыт большой войны, которую вермахт вел в Европе с сентября 1939 года. Ошибки такого рода хотя и по-разному, но проявлялись на всех направлениях военного строительства.

Войска, передислоцированные в 1939–1940 годах на инкорпорированные территории Бессарабии, Западной Украины, Западной Белоруссии, Литвы, Латвии, Эстонии, не успели оборудовать позиции на театрах скоро наступивших военных действий. Фортификационные сооружения пребывали здесь в стадии строительства. Отсутствовали нормальные условия для размещения и боевой учебы более чем двухмиллионной армии. В приграничных военных округах солдаты первого года службы составляли более двух третей личного состава, а солдаты дополнительного весеннего призыва, состоявшегося в апреле — мае 1941 года, были поставлены в строй сразу же, без должного военного обучения. Большие проблемы были с поставками автомобилей и тракторов в районы новой дислокации войск. Не все боевые самолеты имели подготовленные экипажи.

Уровень советской индустрии позволял в случае войны полностью переключить ее на обеспечение нужд фронта, восполнять боевые потери, наращивать боевую мощь армии и флота. Танки могли производить самые мощные в Европе тракторные заводы и все автомобильные, судостроительные, паровозостроительные предприятия, а вооружение и боеприпасы — вся машиностроительная промышленность. На ряде заводов гражданского назначения имелись специальные цехи военной продукции.

Если в начале Великой Отечественной войне агрессор превосходил войска Красной армии в численности личного состава и боевом опыте, боевой технике и вооружении, то с осени 1942 года превосходство по этим показателям переходит к Красной армии. К концу 1942 года советские войска превосходили противника по орудиям и танкам в 1,5 раза, по боевым самолетам — в 1,3 раза. За время войны число орудий и минометов в действующих войсках возросло почти в 3 раза, танков и боевых самолетов новых типов — в 7–10 раз. Преимущество врага в техническом оснащении, которым он обладал в начале войны, было ликвидировано.

Превосходство над врагом обеспечивалось усилиями всего народа. Имея накануне фашистского нашествия в 3–4 раза меньше станков, металла, угля, электроэнергии, в СССР произвели за годы войны боевой техники и оружия в 2 раза больше, чем Германия вместе со своими союзниками и сателлитами. С июля 1941 года по сентябрь 1945-го СССР выпустил 489,9 тысячи орудий, 104,4 тысячи танков и самоходных артиллерийских установок, 136,8 тысячи боевых самолетов, 333,3 миллиона штук снарядов, множество стрелкового вооружения и боеприпасов.

Еще в сентябре 1939 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о строительстве в 1940–1941 годах девяти новых и реконструкции девяти старых авиационных заводов. В результате производственные мощности советской авиационной промышленности к лету 1941 года должны были почти в полтора раза превысить мощности авиазаводов Германии. Это создало хорошую основу для массового производства самолетов новых типов в условиях Великой Отечественной войны. С января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная армия получила около 18 тысяч боевых самолетов, из них более 2,7 тысячи новых типов.

К лету 1941 года производственные мощности советского танкостроения в полтора раза превышали германские. Было начато серийное производство танков новых типов — тяжелого танка KB и среднего танка Т-34. В танке Т-34, ставшим лучшим танком Второй мировой войны, сочетались мощная броня, эффективное вооружение и высокая маневренность. С января 1939 года и до начала Великой Отечественной войны Красная армия получила более семи тысяч танков, но танков KB и Т-34 — всего 1864.

Накануне Великой Отечественной войны производственные мощности артиллерийской промышленности позволили в полтора раза увеличить орудийный парк Красной армии, создать новые типы орудий и минометов, многие из которых оставались на вооружении в течение всей войны. Большим успехом стало создание реактивного оружия — боевой машины под новый реактивный 132-мм снаряд (БМ-13). Каждая такая боевая установка за 10–15 секунд выпускала 16 снарядов, что обеспечивало массирование огня.

Большое значение для укрепления обороноспособности имело развитие военной промышленности в восточных районах СССР. К лету 1941 года там находилась почти пятая часть военных заводов. По некоторым видам вооружения и боеприпасов они обеспечивали более трети всей оборонной продукции. На Урале и в Сибири военные заводы строились форсированными темпами.

С 1 января 1937 года и до начала Великой Отечественной войны производство пулеметов и орудий средних калибров возросло почти в 2 раза, винтовок и танковых пушек — в 2,5 раза, орудий крупных калибров — в 3,5 раза, противотанковых орудий — почти в 4 раза, зенитных орудий — в 5 раз. На протяжении трех предвоенных лет ежегодный прирост продукции оборонной промышленности в среднем в три раза превышал рост всей советской промышленности. Быстро наращивало мощности военное судостроение в СССР. В течение 1939–1940 годов они выросли в 3 раза. За два предвоенных года флот получил 265 боевых кораблей различных классов.