Наконец, спустя какое-то время, дракон открыл глаза и поднял голову.

– Вик, как назовешь нового питомца? – спросил свою девушку Серый.

– Шариком. – В отличие от остальных, глаза эльфийки оказались прикованы не к зубастой морде, украшенной небольшим гребнем, а к ходящему из стороны в сторону кончику хвоста. – Глядите, как виляет. Мозг, передай ему эту кличку и обучи тому же комплексу команд, что и Дерматина.

– Выполнено, – откликнулся гипнург. – Предупреждение: поскольку затруднена высшая нервная деятельность, то ряд команд, возможно, будет выполняться с ошибками. Чтобы этого не случилось, рекомендуются тренировки для закрепления в его разуме вызывающих затруднение понятий.

– Но копать он может? – озаботилась девушка.

– Ответ положительный.

– Отлично, – обрадовался Семен, – тогда пусть он прокопает нам выход из этой мышеловки наружу.

Дракон потопал к дальней стене и начал царапать ее когтями. Посыпалась каменная крошка.

– Эй, Мозг, чего это он? – удивился Серый. – Выход же в другой стороне.

– Восприятие данного существа ориентировано для жизни под землей. Ближайшее пространство, сообщающееся с внешним миром, находится в том направлении.

– А не легче все-таки раскопать тоннель и обойти стенку? – с насмешкой спросила Шура.

– Время, которое существо затратит на это, примерно в два с половиной раза превышает время, необходимое, чтобы пробить новый проход.

– Подожди, – опешил Семен и встряхнул дуэргара, – ты что, поганец, весь тоннель обрушил?

– Да, – всхлипнул мальчишка, – я думал, там дроу есть, амулет для того и предназначен, чтобы их армии живьем засыпать.

– Да что им тут делать! – зло рыкнул Крырг, но потом оглянулся и, осмотрев поле боя, свое мнение переменил: – Хотя если их сюда столько набилось, значит, было чего. Эй, парень, чего эти ушастики тут забыли?

– Рабов, – пояснил серый дварф, – видите, в клетках и дроу есть? За ними и пришли, наверное. Темные эльфы друг друга, конечно, режут с большим удовольствием, а вот других его стараются по возможности лишить. Абы кого гипнурги на продажу не ведут, а на месте харчат или на развод оставляют, здесь большинство тех, кто обладает какой-нибудь ценной особенностью. Поэтому-то в любое время дроу находят своих покупателей, несмотря на то, что туманники заламывают цены. Купил у мозгососов какую-нибудь жрицу – узнал все известные ей секреты. А если она из другого города, то таких у нее много наберется. Вот и получается, что матронам такие пленники нужнее, чем обычная добыча.

[Матрона – титул главы дома/клана. В обществе дроу царит матриархат].

– Так выкупали бы их у гипнургов – и все дела, – поразилась Шура, – так же проще.

– Проще-то проще, но тогда рабы приобретут статус союзных военнопленных, – пояснил ей Семен, – а так после добычи нужных сведений их можно тихо прирезать и в темном уголочке прикопать.

– Верно, – согласился дуэргар, – к тому же ради одних только пленных дроу воевать невыгодно. Обычно сородичи их просто покупают.

– Как? – удивился Михаэль. – Вы же их вроде бы на месте режете. Врожденная ненависть и все такое.

– Ненависть ненавистью, а торговля – дело полезное, – возразил серый дварф. – Они просто перекрашиваются в светлых эльфов, а потом приходят в наши города и делают то, что им нужно. Я вот и вас за дроу принял, потому как светлых эльфов у нас тут видали только по праздникам, да и полукровок мало.

– Чего? – ахнул Шиноби. – Просто перекрашиваются?! Так те эльфы, которых мы видели…

– Дроу, – кивнул дуэргар, – замаскированные дроу. Не все, так половина точно. А может, и больше. Но они из разных домов и городов, а потому безопасны, да и стража за ними старается присматривать. Все всё знают, все всё видят, но делают вид, что так и надо.

– Ошизофренительно милые порядки, – сплюнул Шиноби. – Как вас раньше не перерезали с таким подходом к безопасности, я понимать просто отказываюсь.

– Это решение правителей города, – насупился мальчишка, – не вам его обсуждать.

– Что ж, будем ждать, – вздохнул Михаэль, – дракон в правильную сторону копает, и лезть под лапы ему не надо. Кстати, Мозг, а сколько у него уйдет времени на эти земляные работы?

– Ориентировочно одна пятая часть суток.

– Четыре с половиной часа или чуть больше, – перевел в привычную ему шкалу времени Семен, – долго, а я так и не успел позавтракать.

– Мы тоже… – вздохнул орк. – А может, здесь что-нибудь найдется?

Дракон так и не пробил стену до конца, остановившись после того, как в первую пробитую наружу щель ворвался свежий, по меркам Подземелья, конечно, воздух.

– Создание потратило много сил, – проинформировал гипнург отряд, – ему нужна пища. Он хочет использовать в качестве таковой созданий, находящихся в клетках.

– Да он с ума сошел! – ахнула Вика. – Не сметь!

– А почему? – удивился Крырг. – Хозяев у них не осталось, потери на дроу спишут, да и вряд ли пришедшие сюда будут спрашивать об имуществе этих отвратных тварей, скорее уж сами дограбят под шумок.

– Но они же разумные! – уставилась на него с ужасом эльфийка.

– Да, ну и что? – отмахнулся, как от несущественной мелочи, орк. – Где ты предлагаешь нам взять еды на прокорм этой туши, учитывая, что в город сейчас лучше не соваться?

– Я знаю где, – вдруг вклинился в разговор серый дварф. – Запах, который сюда проник, – я узнал это место. Здесь неподалеку трактир Дрезкинхвальджера стоит!

– Трактир? – не понял шаман. – Так мы что, в город дыру пробили?

– Нет, – разъяснил эльфу его ошибку дуэргар. – Трактир находится за городской линией укреплений, в одной из окрестных пещер, вряд ли там шла драка.

– Почему это? – удивился Серый.

– Потому что это не просто трактир, он содержится слугой бога торговли и удачи Ракатжаста. Дрезкинхвальджера за какой-то проступок из храма изгнали, но от веры тот не отрекся, а значит, все еще под покровительством своего бога. Он основал трактир на том месте, где ему якобы являлся Ракатжаст, и объявил это место священным. И оно действительно стало таковым. Шли годы, Дрезкинхвальджер обзавелся не только детьми, но и внуками, а те, кто пытался осквернить его жилище, исчезли кто куда.

– И что же могло помешать темным эльфам разграбить этот, с позволения сказать, храм? – скептически хмыкнула Шура.

– А где ты найдешь идиота, согласного на то, чтобы ему не везло всю оставшуюся жизнь? – усмехнулся орк. – Знает мой народ этого бога, знает, только как Грыха-конокрада. Служителей у него мало, но за тех, кто есть, он и лично мстить не гнушается. Заметь, кара опустится не только на тех, кто сжег этот трактир, а и на тех, кто планировал это. Или просто допустил.

– Так, – задумался на мгновение шаман, – Вика, хватай своего Шарика, бери телегу и пару ребят Крырга, дуй в трактир кормить дракона, а потом нагружай повозку под завязку едой и бегом обратно. Слышишь, под завязку и как можно более сытной едой.

– Зачем нам столько? – удивилась эльфийка.

– В дорогу, – пояснил шаман. – Пока шум да гам, мы свистнем часть рабов для собственных нужд, а затем скорым маршем двинем наружу, прихватив по пути Лику и остальное имущество. И уедем прочь из этого города с тем, чтобы никогда не возвращаться.

– А как же тот волшебник-дроу? – воскликнула Настя. – Как же Рустам?!

– У него же разногласия с жрицами Ллос, – пожал плечами шаман, – так что если он не успел удрать, то, полагаю, его уже принесли в жертву паучихе. Да не расстраивайся так, не сумели договориться с этим – найдем другого. Тем более есть у меня мысль…

– Какая? – заинтересовалась девушка.

– Увеличить количество эльфийских поселений в пустыне, чтобы дождаться визита одного известного нам старого волшебника, – пояснил Михаэль, перейдя на эльфийский, чтобы его поняли только соплеменники. – Так что, пока Вика мотается за продуктами, отбери в клетках самых крепких дроу, добавим их к той красотке, которая у нас в повозке уже валяется, вот и будет нам пополнение. Проагитировать их не поднимать бучу Мозг сможет… да в общем-то придется только с пленной поработать. Вика, ты почему еще здесь? Сейчас гномы придут и уведут у нас трофеи, включая твоего Шарика, да еще и штраф за обрушение тоннеля припишут.