Первые лестницы оказались приставлены к стенам, и канаты с крючьями взлетели вверх, цепляясь за что попало. Подергав их, орки уронили себе на головы несколько камней и парочку орущих людей, которым не повезло оказаться на пути кошки. Защитники сбрасывали на головы нелюдям дротики и камни; мест, где были установлены большие котлы с кипящей водой, зеленокожие старательно избегали.

«Вряд ли работа разведчиков, – решил Келеэль. – Скорее всего, просчет людей. Установили свои бочки на ножках еще с вечера, а оркам, благодаря банальной смекалке и острому зрению, вполне хватило этого, чтобы узнать места, куда лучше не соваться».

Лестницы, по которым лезли орки, пытались отпихивать. Не очень успешно. Даже если собранную из принесенных с собой и защищенных искусством шаманов от огня и разрушения конструкцию удавалось оттолкнуть от стены, те, кто стоял внизу, вполне могли удержать ее на весу и прислонить снова. У людей или эльфов на такой фокус мускульных сил бы не хватило. А вот у гномов или орков вполне.

Из песка, обильно орошенного кровью, стали вырастать десятки человекообразных фигур. Люди пустили в дело второй слой обороны, пытаясь при помощи големов задержать атакующих у самых стен, где их активно истребляли лучники, а брошенные ополченцами камни с успехом могли разить воинов, в честном бою расправившихся бы с десятками подобных неумех. Но творениям волшебства по большей части просто не дали сформироваться. Шаманы, прекратившие бороться с пройденным войсками зыбуном, рассеяли чары. А где не рассеяли, там нарушили или ослабили. Остальное довершило оружие, расшвырявшее песок вместе с вплетенными в него чарами в разные стороны.

Несколько волшебников угостили нападающих боевыми заклинаниями. Струи огня, потоки разрезающего плоть воздуха, молнии и конечно же снаряды из спрессованного песка уничтожили, наверное, не меньше пяти десятков нападающих зараз. В ответ в чародеев полетели метательные топоры и дротики. Зачарованные. Представители расы, для которой грабеж служил одним из основных источников дохода, почти поголовно считали необходимым носить с собой средства против магии и магов. Защита, которой люди, естественно, не побрезговали, отразила большую часть снарядов. Но не все. И несколько повелителей сил получили серьезные раны, выйдя из строя если и не навсегда, так на ближайшие несколько часов точно. Вдобавок на стене возникло довольно много духов. Большинство из них были довольно слабы, в их задачу не входило уничтожение защитников, им нужно было лишь выиграть время, чтобы дать оркам забраться по канатам или лестницам наверх.

Зеленошкурые там, где им удавалось подняться на стены, теснили людей, постепенно наращивая свою численность. Маги пытались исправить ситуацию, творя разрушительные заклинания, но в ближнем бою их вырезали достаточно быстро и не считаясь с потерями. Все больше и больше становилось пространство, где орки могли беспрепятственно подниматься на стены. Со шпилей дворца ударил яркий луч, рассеяв темноту ночи и испепелив самые плотные скопления нелюдей. Но после нескольких вспышек он потускнел и погас, видимо исчерпав заряд накопителей, пожалуй, единственного, что могло бы питать чары такой мощи при отсутствии в рядах защитников архимага, специализирующегося на Свете.

– Все, – подвел итог Келеэль. – Люди, конечно, посопротивляются еще, но это уже трепыхание жертвы в пасти хищника. Если бы они могли скинуть орков со стен, шансы бы были, а так…

Обладающий пятитысячелетним опытом эльф оказался прав. Не успела ночь смениться утром, как город оказался в руках захватчиков. Некоторые дома, представляющие собой миниатюрные крепости, еще сопротивлялись, кое-где даже шла в ход боевая магия, но общей картины это не меняло. Начался грабеж, добычу делили прямо на месте, самых сильных мужчин и красивых женщин забирали в рабство – победители не отказывали себе ни в чем, сбрасывая напряжение после боя. К обеду к пещере эльфов отправился парламентер. Один. C некоторой опаской орк потоптался перед камнем, по-прежнему закрывавшим вход. Он, видимо, раздумывал, подобает ли посланнику во все горло орать «Откройте!» у жилища перворожденных, когда его совсем недружелюбно окликнули:

– Чего надо?

Вообще-то Шиноби просто вылез из все той же щели в потолке лаборатории шамана и прокрался, прячась в тени камней, к орку. Наблюдатель Келеэля, парящий в вышине, прекрасно видел эльфа. А вот зеленошкурый, рефлекторно подпрыгнувший и еще в воздухе выхвативший ятаган, очевидно, решил, что представитель дивного народа возник прямо из воздуха у него за спиной.

– Старший шаман старшего рода Красного коня приглашает вашего руководителя и двух его спутников на беседу, – ответил посланник, убедившись, что никто на него нападать не собирается, и убирая оружие в ножны. – Символ Олерии, что несу я, будет порукой вашей безопасности.

– Прямо щас? – удивился Семен.

– Ну… да! – ответил орк.

– Подожди минутку, мы быстро. – Эльф почесал на лице свежий шрам, которого раньше не было, и метнул что-то себе под ноги. Облако дыма и яркая вспышка скрыли шустрого эльфа от посторонних глаз, и, когда зеленошкурый проморгался, Шиноби был уже на полпути к лаборатории.

– Хм… – озадачился Келеэль. – Вроде бы орки в сторону пещеры не шастали, откуда же тогда у него рана? Неужели между собой подрались? Или я что-то пропустил?

Просматривая в кристалле иллюзию, архимаг очень быстро нашел ответ на свой вопрос. Когда сопротивление защитников города уже было сломлено, в глубине пещеры засияла рамка портала, а из нее спешно выбежали несколько людей, преимущественно одетых в одежды магов, и полтора десятка орков. Последних наверняка хотело пролезть и больше, но заклятие исчезло, едва упитанного толстячка в пестром халате пронзило лезвие ятагана, владелец которого был так увешан амулетами, что напоминал ходячую волшебную лавку. Впрочем, убийца ненадолго пережил свою жертву. Оказавшиеся в узком тесном коридоре люди совокупными усилиями выставили стену огня и под ее прикрытием постарались разорвать дистанцию между собой и орками, чтобы не дать воинам покрошить их в фарш, а выиграть время для сотворения разрушительных заклинаний. Зеленошкурые, которые, судя по всему, представляли отряд убийц магов, прошли через стену, отделавшись небольшими ожогами. Отступающие чародеи, потеряв еще троих зарубленными, попытались заставить потолок обрушиться. Получилось бы у них это или нет, непонятно, так как звуки боя привлекли хозяев пещеры.

– Прекрати, Хефодий! – рявкнул Асазор, и десяток скелетов рванулся вперед, вскинув сабли в костлявых руках. Его супруга молча ударила кнутом, выбив ведомым магией грузиком своего оружия глаз самому проворному из противников.

– Надо же, – удивился Келеэль. – Такой фокус и без покровительства Ллос можно делать? Не знал… Хотя… ничего сложного в принципе. Просто надо хорошо зачаровать оружие, чтобы оно разило врага без широкого замаха.

– Пли, – скомандовал сам себе Семен и разрядил в орков два пистолета.

– Ашарахра!!! – выдохнул поименованный маг, и с потолка все-таки упали камни. Но их было немного, и метили они явно в головы орков. Зеленошкурые нелюди были элитными бойцами. Они пробились через нежить и магию, ранив еще одного чародея и чудом не разнеся топором голову Шиноби, отделавшемуся пусть глубокой, но царапиной. И тут в спину им ударил подошедший из глубины пещеры Азриэль. Закованный в латы перворожденный, отличающийся чрезмерно высоким ростом и небывало крепким телосложением, врезался в их толпу, как акула в косяк рыб, и, прежде чем враги успели понять, что их убивают, проткнул коротким клинком, удобным в тесноте помещений, несколько сердец. Ятаганы оставшихся орков успели пару раз ударить о латы, перед тем как руки, сжимающие их, стали принадлежать мертвецам, но не нанесли их хозяину вреда.

– Фу-ух, отбились, слава всем Всеприсущим! – выдохнул человеческий маг и радостно обнял ближайшего союзника. И только потом, вглядевшись, сообразил, кто это. Такого потрясения, как близость темной эльфийки с кнутом и гримасой злобы на лице, его психика не вынесла, и волшебник тихо сполз в обморок, цепляясь ватными руками за все имеющиеся в наличии на теле дроу выступы.