Мы быстро роемся в остальной одежде, разбрасывая ее в кучи для «него», «неё» и «мусор», завершение предварительной сортировки отняло минимум времени. Хотя мы сохраняли все, что не рваное, не в пятнах и не противное, я поражаюсь, сколько придётся выбрасывать. Мусорное ведро уже больше чем наполовину полное, и это только одежда, собранная в школе.

- Люди не понимают, что это должны будут носить реальные люди? - спрашиваю я. - Если бы мы хотели собрать мусор, мы стали бы уборщиками мусора вместо этого.

- Что? Ты шутишь, - Джарод качает головой, его глаза сверкают от удовольствия. - Твоя проблема заключается в том, что ты слишком придирчива. Если бы ты не выбрасывала столько сокровищ, у нас не было бы такой большой кучи мусора, - он ухмыляется и вытягивает растрепанные джинсы из мусорного бака. - Ты не думаешь, что кто-то захочет их? Ты разбираешься в моде. Разве ты не знаешь, что рваные джинсы сейчас в моде?

Я смеюсь.

- Хм, я не очень в моде, Джар. Меня больше интересует, как хорошо выглядеть. Что я могу поделать, если у меня есть талант? - я пихаю кулак сквозь массивную дыру рядом с молнией. - Показывать немного кожи на колене, или даже сзади, это одно, но никто не хочет увидеть настолько много!

- Ой, да ладно. Теперь ты меня осуждаешь. Откуда ты знаешь, что другие люди хотят видеть, а что - нет? - он роется в нижней части мусорного ведра, пока не обнаруживает те старые, жалкие чертовы трусы.

- Ну, посмотри на это. Это идеально подобранный набор, - говорит он. - Я мог бы надеть этот ансамбль на мое следующее собеседование для поступления в колледж и произвести действительно хорошее первое впечатление.

Джарод мог полностью одеться в рваную джинсу. С его супер-уверенной в себе развязностью, я уверена, что он мог даже пойти в чем-то подобном на настоящее собеседование и не испортить его. Я кошусь на рваные джинсы в его руках и представляю, что они обернуты вокруг его мускулистых ног, узкие джинсы облегают идеальную форму его задницы, дыры и разрезы обнажают идеально крепкие бедра...

Я краснею и хватаю джинсы из его рук, быстро похоронив их под несколькими слоями выброшенной одежды, и глубоко дышу, чтобы привести пульс в норму. Я спокойна и невозмутима, и держу себя в руках.

- Да, я бы хотела посмотреть на это, - говорю я.

Джарод лезет в мусорное ведро и хватает комок черной ткани из верхней части кучи.

- А я хотел бы видеть тебя в этом, - он берет вещь за края и немного встряхивает, чтобы развернуть ее. Мои глаза полезли на лоб, когда я вижу, что он демонстрирует крошечную, черную ночную сорочку, что не закрывала много кожи, даже прежде чем кто-то разорвал все кружево спереди в клочья.

Мой желудок переворачивается, когда я представляю, как демонстрирую эту сорочку для него, но я поднимаю одну бровь и прислоняюсь к столу.

- Все еще фантазируешь про меня в нижнем белье? - спрашиваю я.

Джарод смотрит на руку, и цвет сходит с его лица.

- Я тебя не осуждаю, ничего такого. Я довольно горячая, - я откидываю свои волосы через плечо и принимаю позу.

Джарод бросил белье обратно в корзину.

- Я имел в виду это, - бормочет он, вытаскивая разорванную футболку «Guns N’ Roses», у которой не хватает одного рукава. Его лицо горит ярким оттенком малинового. - Они обе черные. Легко ошибиться.

Я хватаю сорочку и, держу ее перед собой.

- Ты уверен? - спрашиваю я. - Могу поспорить, что буду выглядеть потрясающе в чем-то вроде этого.

Он сглатывает, и отводит взгляд в сторону, пот выступает на его лбу.

- Ты слишком молода для этого, - говорит он, выдергивая сорочку из моих рук и бросая ее в мусорное ведро. - Остановись на «Guns N’ Roses».

Я беру у него винтажную футболку и откладываю ее в сторону. С отсутствующим рукавом и порванным подолом, это не совсем то, что я хотела передать в приют для Сбора поношенной одежды, но может я и смогу сделать ее пригодной. Я оставила её.

Я поворачиваюсь к груде одежды уже предварительно отсортированной, решив занять себя, чтобы не оступиться и сказать что-то, о чем буду жалеть.

- Нам по-прежнему нужно сортировать это по размеру и стилю.

- Точно, - он присоединяется ко мне за столом. - Перестань играть и приступай к работе.

Я усмехаюсь и ударяюсь об него своим плечом, делаю глубокий вдох, чтобы успокоить бабочек в моем животе, когда мы соприкасаемся.

- Мне жаль, если ты не можешь сосредоточиться, но ты не можешь просто отвернуться от такой красоты и обаяния, как у меня. Я не виню тебя за фантазии обо мне, - многозначительно взглянула на мусорное ведро.

Он краснеет.

- Что? Нет, это может случиться с каждым.

Я задумчиво киваю.

- Ты прав. Ребята фантазируют обо мне все время, - я машу рукой, показывая на себя. – К-х-м. Горячая штучка, помнишь?

Джарод смеется и бьет себя в лоб.

- О, да. Как я мог забыть?

- Я прощаю тебя в этот раз, - говорю я, - покуда ты никогда не забудешь такой важный факт, - я драматически вздыхаю так, что, надеюсь, это говорит: «я абсолютно точно играю прямо сейчас», а не «почему ты не любишь меня?»

- Ладно, договорились, - он пожимает мне руку, держа ее немного дольше, чем нужно, и на крохотную вспышку мгновения, я думаю, что вижу проблеск интереса в глазах Джарода. Но прежде чем напряжение между нами, может перерасти в нечто большее, чем намек на искру, дверь открывается, и Лаина спускается по лестнице.

- Эй, ребята, как здесь дела? - она смотрит на груды одежды и качает головой. - Я ожидала, что вы почти закончили, но это не выглядит так, будто вы сделали много всего. Энди, ты сказала, что будешь помогать. Я не могу позволить, чтобы ты отвлекала моих добровольцев, - Джарод краснеет и отходит, как будто воздух около меня внезапно становится токсичным.

Как и всё остальное в Лаине, её расписание абсолютно совершенно.

Резкий стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть, и я проливаю молоко на всё домашнее задания, которое пытаюсь заставить себя закончить. Я бросаю полотенце на мокрый беспорядок и бросаю взгляд в окно рядом с дверью.

Джарод.

Я пропускаю свои пальцы через волосы и расправляю свой свитер. И говорю своему сердцу перестать трепыхаться. Он здесь не ради меня. Парень избегает меня со Сбора поношенной одежды. Он едва взглянул на меня, когда наша семья сидела рядом с ним в церкви в воскресенье, и он даже не поздоровался, когда пришел, чтобы забрать Лаину на их ежегодный «я-ненавижу-День-Святого-Валентина» ужин прошлым вечером.

Я делаю глубокий вдох и открываю дверь. Если он все еще смущен, лучше всего действовать, словно в субботу ничего не было.

Я умею притворяться.

- Эм, Лаина еще не вернулась домой из школы, - говорю я. - Я думала, что она осталась, чтобы потусоваться с тобой после репетиции.

Джарод поморщился.

- Так и было.

- Ну, ты опередил ее. Хочешь войти? Она будет здесь в любую минуту.

- Она ушла час назад, - говорит он. - Мне пришлось решать некоторые проблемы с режиссером, а потом мистер Финн захотел со мной поговорить об освещение для большого музыкального номера.

Я хмурюсь и смотрю через его плечо на улицу.

- Может, она в библиотеке или она на заправке или ещё что-то? Или, может быть, этот её старый дрындулет сломался на обочине дороги?

- Нет. Я бы увидел ее, - Джарод смотрит на пустое парковочное место Лаины. - Мы должны были заниматься сегодня вечером, но потом этот придурок Кроуфорд, попросил её отвезти его домой. Час назад.

- Я не знаю никого по имени Кроуфорд. Он новенький?

Джарод рычит.

- Ты знаешь Кроуфорда. Высокомерный. Эго-маньяк. Звезда в каждой школьной игре с детского сада. Думающий, что он Божий дар для мира. Боль в моей ж... попе.

Я улыбаюсь. У Лаины есть правило – не ругаться, и она ожидает, что все будут ему следовать, Джарод, как правило, довольно хорошо ему следует, но только не когда завлдится. Это так мило наблюдать за ним, запинающимся на всем протяжении, чтобы следовать ее правилам, даже когда она не рядом и не замечает.