Едва ли есть необходимость как-то комментировать приведенный выше пассаж. Кто стоит на точке зрения здравого смысла, тот не может отрицать такового и в рассуждениях Сталина. Кто же, что называется с порога, отвергает революцию как правомерное историческое явление в тот или иной период в жизни отдельных стран, тот, разумеется, скажет, что это — типичный пример двойных стандартов, яркий образчик утилитарного прагматизма. То есть все зависит оттого, с каких позиций и под каким углом зрения рассматривать сталинскую трактовку вопроса.

Ситуация, в которой оказался Сталин на посту наркома по делам национальностей, в своем роде была уникальной. Если все основные комиссариаты в той или иной степени имели своих предшественников в лице учреждений царского или Временного правительств, то Наркомнац (Народный комиссариат по делам национальностей) выделялся своей уникальностью. Каких-либо предшественников в прежних органах государственного управления он не имел. Поэтому все приходилось начинать буквально с самого начала. Единственный плюс состоял в том, что из-за отсутствия прежнего чиновничьего аппарата как такового в Наркомнаце меньше приходилось сталкиваться с таким повседневным тогда явлением, как саботаж со стороны прежних чиновников всякого уровня.

Очевидно, есть прямой смысл и необходимость в том, чтобы дать хотя бы самое общее описание функций и характера деятельности этого народного комиссариата. Задачи комиссариата заключались в том, чтобы на практике обеспечить осуществление национальной политики Советской власти. Иначе говоря, добиться реализации права народов России на самоопределение, равенство и суверенитет, свободное развитие. Важнейшим направлением практической работы являлось содействие организации национальных республик, областей и других национальных образований, ведение работы с национальными кадрами. Фокусом деятельности комиссариата была работа по упрочению в национальных районах завоеваний революции, преодоление экономической и культурной отсталости национальных окраин, воссоздание на новых началах государственного единства страны. Неотъемлемой частью работы народного комиссара и руководящих работников комиссариата являлось участие в различного рода переговорах и совещаниях, связанных с практическим решением возникавших проблем национального характера. Комиссариат проводил большую работу по воспитанию и укреплению отношений дружбы и сотрудничества между трудящимися всех национальностей; боролся с проявлениями шовинизма и национализма, сепаратизма.

В составе Наркомнаца в ноябре 1917 г. были организованы комиссариаты по польским делам и по литовским делам; в январе 1918 г. возникли комиссариаты: мусульманский, белорусский, еврейский, армянский, в марте — латышский. С апреля по июнь 1918 г. были созданы отделы: эстонский, чувашский, киргизский, немцев-колонистов, украинский и чехословацкий. Национальные комиссариаты являлись основными органами Наркомнаца, в задачу которых входило: 1) информирование Советской власти о нуждах данной национальности, 2) информирование национальностей о всех шагах и мероприятиях Советской власти, 3) удовлетворение через органы Советской власти культурно-просветительных нужд масс населения данной национальности, 5) улаживание всякого рода конфликтов, возникавших между органами Советской власти и различными национальностями, и т. д. Эти комиссариаты первоначально вели работу с соответствующими национальностями практически по всем вопросам. У них имелись отделы труда, беженцев, социального обеспечения, просвещения, земледелия, юридический и др.

С образованием национальных советских республик и после провозглашения на 3-м Всероссийском съезде Советов России Федерацией Советских Республик характер деятельности Наркомнаца существенно изменился: работа по вопросам культуры, просвещения, социального обеспечения перешла в ведение соответствующих республиканских наркоматов. Главной задачей Наркомнаца стало содействие организации становлению национальных республик и областей. В обязанности Наркомнаца входили: разработка проектов соответствующих мероприятий и внесение их во ВЦИК и СНК, объединение и направление работы национальных представительств отдельных автономных республик, областей и коммун при правительстве РСФСР, содействие автономным республикам, областям и коммунам в их сношениях с центральными учреждениями РСФСР, подготовка кадров политических работников нерусских национальностей, контроль за выполнением всеми учреждениями и должностными лицами Конституции РСФСР, декретов и постановлений СНК и ВЦИК по национальным вопросам и т. д.

При Наркомнаце в качестве совещательного органа действовал Совет национальностей[723], в состав которого входили нарком (председатель), члены коллегии, председатели представительств автономных республик, областей и коммун, заведующие национальными отделами.

Важным направлением деятельности наркомата было издание литературы на языках ранее угнетенных народов. Существенной стороной деятельности наркомата являлось освещение жизни различных национальностей, обобщение опыта национального строительства, организация обмена опытом в области такого строительства. Одним из важных участков работы была подготовка и выработка различных программных документов по вопросам национальных отношений, организация съездов, конференций и совещаний, посвященных вопросам национальных отношений.

Наркомнац издавал свои печатные органы: газету (с 1922 г. журнал) «Жизнь национальностей», журнал «Новый Восток» и другие печатные издания. На страницах «Жизни национальностей», фактическим редактором которой был Сталин, регулярно публиковались его выступления и статьи по национальному вопросу.

Наркомнац просуществовал более пяти лет и в 1923 г. был упразднен в связи с образованием СССР. Численность наркомата была относительно большой и менялась в зависимости от обстоятельств и положения дел в республиках[724].

Как явствует из приведенного перечня задач, функций и структуры впервые созданного комиссариата, работы у нового наркома было более чем достаточно. В мемуарной литературе, касающейся этого периода политической деятельности Сталина, центр тяжести искусственно перемещен на те житейские трудности и проблемы, которые пришлось решать наркому. Главным, если не единственным источником информации при этом, служат воспоминания бывшего польского революционера, а затем большевика С. Пестковского[725]. На них ссылаются Троцкий и почти все более поздние биографы Сталина.

С точки зрения содержания и достоверности эти воспоминания вроде не вызывают каких-либо нареканий, учитывая время их написания: они были опубликованы еще до того, как началась волна безудержных восхвалений Сталина, неизменным спутником которой выступала историческая фальсификация. Эта фальсификация, если о ней судить по большому счету, принесла вреда Сталину гораздо больше, чем пользы: ибо польза была временной, сиюминутной, преходящей, а вред остался навсегда. Кажется, даже немного странным, что такой, бесспорно, дальновидный и дальнозоркий политический деятель, каким был Сталин, не смог сделать правильный выбор между преходящей политической выгодой и неоспоримым политическим и — даже больше — историческим вредом в долгосрочной перспективе.

Пестковский с самого образования Наркомнаца оказывал практическую помощь Сталину в организации работы наркомата[726]. Вскоре он стал его заместителем. Ссылаясь на воспоминания Пестковского и соответствующие фрагменты книги Троцкого о Сталине, американский автор Р. Такер пишет: «В этот период Сталин активнее, чем обычно, действовал в теперь уже привычной роли верного помощника Ленина по особым поручениям. Кабинет, который он и Пестковский занимали в Смольном, находился вблизи от кабинета Ленина. Сталина часто вызывали к Ленину по телефону, или же Ленин просто появлялся в дверях и уводил Сталина к себе. Однажды Пестковский, войдя в кабинет Ленина, застал обоих стоящими на стульях перед висевшей на стене большой картой России, по которой оба водили пальцами в северной ее части, где-то в районе Финляндии. Ночи Сталин часто проводил в одной из комнат Смольного, где был установлен телеграфный аппарат, по необходимости связываясь с политическими функционерами в любой точке страны. Троцкий, оспаривая правомерность мнения Пестковского о Сталине как заместителе Ленина, тем не менее подтверждает, что он, являясь «членом штаба Ленина, выполнял разные поручения»»[727].