— Ты слишком самонадеян, Нигар.

— Нигар?! — Сандал вдруг словно очнулся, вспомнив имя Адского Жнеца, который едва не погубил Натаниэль. — Ты и есть тот самый Нигар?!

— Беллор, что такое? Ты не сказал друзьям, куда их ведёшь? — Карлик вдруг рассмеялся. — Честное слово, у них такой вид, словно они увидели привидение! Ну, и повеселил ты меня, брат!

— Брат?! — тут уж Сандал окончательно опешил. Он в смятении обернулся к блондину, не веря своим ушам. — Ты… Его… Брат?!

Офаниэль, вслед за Серафимом, тоже широко раскрыл глаза, явно не ожидая подобного поворота событий. Однако, в отличие от Сандала, он ничего не сказал. Только немного побледнел. Одна Аурика осталась равнодушна к внезапному разоблачению. Она продолжала серьёзно и хмуро наблюдать за Карликом, стараясь улавливать малейшие оттенки настроения в его душе и анализировать приходящие образы.

— Давай отложим трепетные воспоминания на потом, — Беллор нахмурился, продолжив разговор с Карликом и оставив вопрос Сандала без очередного ответа. — Ты нарушил наш уговор, Нигар, и я пришёл узнать — почему?

— Скажем так: я соскучился, братец, а это был единственный способ заставить тебя меня навестить.

— И поэтому ты убил столько ангелов, включая наших детей?

— Ох, да брось ты, Беллор, — взгляд Нигара вдруг стал презрительным. — Роль щепетильного праведника тебе не к лицу. Я ещё помню, как мы славно охотились вдвоём, пока ты не выбрал себе скучную жизнь среди Падших.

— Я не охотился.

— Конечно, — Карлик скривился. — Ты просто забирал своё. Но мы оба получали от этого удовольствие, не отрицай.

— Значит, ты убивал детей ради удовольствия, тварь?! — не выдержав, вмешался Сандал, с шумом распуская крылья. — Ну, так я тебе сейчас устрою удовольствие! — и он метнулся к Карлику, с намерением тут же разорвать того на части. Однако прежде, чем смог к нему прикоснуться, Нигар исчез, просто растворившись в воздухе. Всё, что осталось вместо него — это струйка чёрного дыма, который тут же рассеялся.

Беллор, невозмутимо понаблюдавший за попыткой Тёмного Серафима, устало вздохнул и покачал головой. Потом отодвинул стул и уселся на него с таким видом, словно смертельно устал. Аурика, недолго думая, последовала его примеру. Как, впрочем, и Офаниэль.

Сандал постоял немного посреди импровизированной комнаты, при этом чувствуя себя полнейшим идиотом. Выругавшись сквозь зубы, он сложил крылья и отступил к стене, не представляя, что делать дальше.

Прошло несколько минут, в течение которых все молчали, думая каждый о своём. Но вот, послышались лёгкие шаги, и со стороны тёмного провала вновь появился Нигар. Он переоделся и теперь выглядел, как рок-певец на сцене. На нём были кожаные штаны, куртка, а на груди болталась большая серебряная цепь. В руках Карлик нёс запотевшую бутылку вина и несколько бокалов из горного хрусталя. Оглянувшись на Сандала, он невозмутимо проследовал в центр комнаты и уселся за стол, рядом с гостями.

— Прошу прощения, я слишком отвык от компании, поэтому просто забыл правила приличия, — бодро оправдывался он, откупоривая бутылку и разливая вино по бокалам. Рубиновая жидкость казалась тягучей и невесомой одновременно. Она медленно стекала в бокал, переливаясь неоновыми искорками.

— М-м, — почувствовав пряный и сладковатый аромат вина, который был подобен райскому нектару, Карлик блаженно закатил глаза. — Это моё любимое! Урожай тысяча четыреста пятидесятого года до нашей эры*, — прокомментировал он, подвигая каждому гостю по бокалу. — Попробуйте, не пожалеете!

Аурика и Офаниэль одновременно взглянули на Беллора, который помрачнел, странно сузив зрачки. Бросив холодный взгляд на бокал, блондин вдруг схватил его и в ярости запустил в стену. Хрусталь рассыпался брызгами осколков, а вино, едва коснувшись стены, облачком пара поднялось в воздух и исчезло.

— Ох! — карие глаза Нигара перестали лучиться добродушием и стали мёртвыми. — Ты не слишком вежлив, братишка! — выдавил он, тут же растеряв остатки напускного веселья. — Знаешь ведь, как много сил и средств вложено в это вино. Души зреют слишком медленно, а урожай ещё не скоро…

— Хватит болтать! — рявкнул Беллор, беря в руки бутылку. — Говори, зачем весь этот цирк, пока я тебя самого сюда не засунул! — и он многозначительно указал на узкое горлышко.

— Ты угрожаешь мне в ответ на гостеприимство? — Карлик презрительно фыркнул. — Где же твои манеры, Белл?

— Умерли вместе с моей дочерью! — процедил блондин, поднимаясь из-за стола. — На этот раз ты перешёл границу, Нигар. Ты убил Эйренис и вдобавок изнасиловал её! Думаешь, после этого я всё ещё буду помнить о том, что ты мой брат?!

— Стоп, Беллор! Подожди! — Карлик выскочил из-за стола и попятился к стене, примирительно подняв руки. — О чём ты толкуешь? Какое изнасилование? Я не занимаюсь подобными вещами, ты же знаешь!

— Я бы тебе поверил, если б собственными глазами не видел труп! Ты там был, Нигар! Вместе с подонками, которые насиловали мою девочку! Ты помогал им заметать следы и в других преступлениях! И я должен знать, почему ты в этом участвовал? Неужели, ради паршивого пойла ты пошёл на то, чтобы истязать мою дочь?!

— И мою тоже! — глухо выдохнул Офаниэль, вслед за Беллором поднимаясь со стула и направляясь к Карлику. Сандал подошёл с противоположной стороны, отрезая Нигару последний путь к отступлению. Тем временем, Аурика незаметно шагнула к выходу из пещеры, загородив собой проём.

— Погодите, давайте разберёмся, — заговорил Карлик, немного побледнев, однако продолжая сохранять спокойствие. Он смотрел только на брата, игнорируя всех остальных. — Белл, мне ни к чему насилие — это абсурд! Ты ведь отлично знаешь, что самки сами к нам липнут. К тому же инцест — это отвратительно! — Нигар скривился от омерзения.

— Тогда кто это сделал? — неожиданно прервал его Сандал, сверля Карлика пылающим взглядом. — Я тоже хочу знать!

— Беллор, это вообще кто? — внезапно спросил Нигар, с ноткой откровенного презрения. — Ты не представил своих друзей.

— Это Правитель Клана Падших — Сандал, — угрюмо пояснил блондин. — Офаниэля ты должен знать. С Аурикой — моей дочерью, вы уже встречались.

— Ах, так эта девочка — твоя дочь? — мурлыкнул Карлик, изобразив на лице искреннее удивление. — Перерождённая?.. Она прелестна!

— И поэтому, ты хотел убить и её? — прошипел Беллор, возвращая брата к разговору.

— Нет, — Карлик поморщился, словно кто-то наступил ему на ногу. — Я хотел лишь познакомиться с очаровательной девой, но ты приставил к ней какого-то болвана из общины. Я, кстати, так и не понял: кто кого охранял?

— Назови мне имена тех, кто во всём этом участвует, — проигнорировав его шутливый тон, повторил блондин. — Кто тебя направляет, и зачем?

— Почему я должен отвечать на твои вопросы? — выражение лица Нигара вдруг изменилось, превратившись в злобную маску. — Ты давно отрёкся от нашего родства, Белл. Бросил меня! Для тебя Ориэль всегда был большим братом, чем я!

— Об Ориеле мы ещё поговорим, — фиалковые глаза блондина стали быстро темнеть. — Но если ты не будешь отвечать на мои вопросы, и не скажешь имена тех, кто натравил тебя на детей — я за себя не ручаюсь, Нигар. Даю тебе минуту, чтобы сказать мне правду. Время пошло.

— Ну, давай, убей меня, — Карлик вальяжно облокотился о стену, широко ухмыльнувшись. — Тогда вообще ничего не узнаешь.

— Лучше отвечай по-хорошему! — в разговор внезапно вступил Офаниэль. Его губы задрожали, обнажая острые змеиные клыки.

— Ох, как страшно! Сейчас описаюсь! — протянул Нигар, издевательски скривив рожу. В следующую секунду он что-то шепнул, и воздух вокруг Падших моментально сгустился, превратившись в вязкую субстанцию, похожую на жидкое стекло. Офаниэль, а за ним и Сандал, застыли на месте, словно живые статуи. Беллор зарычал, тут же оглянувшись на Аурику, которая продолжала стоять возле выхода. Девушка махнула рукой, показывая, что с ней всё в порядке.

— Зачем ты это сделал? — с досадой рявкнул Беллор, брезгливо рассматривая прозрачную, плотную, клейкообразную плёнку, облепившую тела его спутников. — Не можешь без своих фокусов?

— Твои дружки мне надоели! — огрызнулся Карлик, отрываясь от стены и направляясь к Аурике. — Как интересно, — протянул он, с любопытством разглядывая девушку. — У твоей дочери отличная защита, Белл. Мало того, что она меня чуть не прибила там, на берегу, так ещё и магия моя на неё не действует! Потрясающе!.. Кто её мать?

— Касиэра.

— Быть не может! — Нигар даже подскочил. — Что, серьёзно?! — его хитрые, карие глаза наполнились восторгом. Он протянул руку и осторожно взял Аурику за запястье. Потянул за собой в комнату и усадил в кресло. — Бесподобна! — прошептал он, благоговейно её рассматривая. — Царица!.. И порода сразу видна!.. Как тебе удалось окрутить Касиэру? — он насмешливо прищурился. — Не удержался от своих старых привычек, да, братец?

— Не твоё дело! — осадил Падший, однако его тон немного изменился. Сейчас он был усталым и серьёзным. — Мне нужны ответы, Гин.

— О, ты вспомнил моё старое имя! — Карлик расплылся в довольной усмешке. — Давно ты меня так не называл, — он уселся за стол, жестом предложив брату последовать его примеру. — Помню, ты первым додумался переставить буквы, чтобы Нигар звучало более нежно… Какие это были времена! — он вздохнул. — Мы гуляли в райском парке, любовались радугой в водопадах, наслаждались ароматом цветов. Потом ты начинал петь, а я плакал от счастья, когда звучал твой голос… Мы были такими юными, Белл, такими прекрасными… Жаль только, слишком наивными и доверчивыми, — заключил он с досадой. — Мы могли бы и сейчас пить амброзию и любить весь мир, если бы не Михаил… Не его чёртовы воины, которые вышвырнули нас из Рая, как каких-то низших тварей! И всё из-за того, что он не смог простить своей возлюбленной Риане связь с нашим отцом! Мы мозолили ему глаза только тем, что появились на свет. Один Ориэль плакал, когда Светлые сначала вышвырнули Риану, а потом низвергли на Землю и нас… Ты забыл об этом, Белл?