обсуждать план захвата боевиков. Они сразу условились, что операция начнется, как

только бандиты отыщут пещеру и вскроют ее.

- Если, конечно, такая пещера существует и это не легенда, - добавил полковник

Тополев, улыбаясь.

- Я понимаю ваш пессимизм, - заговорил Батурин, который сидел напротив командира.

- Сейчас мой коллега расскажет обо всем. Это необходимо знать, потому что вы поведете

своих людей в бой, и десантники должны знать, за что они сражаются.

- У нас пессимизма нет. Мы не позволим никаким бандитам гулять по нашей стране с

автоматами и ждать, когда они начнут убивать людей. Моя цель очень четкая: захватить

боевиков с минимальными потерями личного состава, а это будет зависеть от нашей

тактики. Я уже отправил туда разведчиков, и они ведут за ними наблюдение.

119

- Надеюсь, это опытные следопыты? Если они «засветятся», то бандиты сразу

откажутся от своего замысла. К тому же многие из них имеют опыт войны в

Афганистане.

- Мои ребята не подведут, это лучшие, да и следить будут с большого расстояния.

Затем Саид изложил имеющиеся у него сведения и в конце добавил:

- Конечно, это лишь предположение, и тем не менее пока события развиваются по

нашему сценарию.

Затем заговорил Батурин, который сидел рядом:

- Поверьте, мы пошли на риск не ради какой-нибудь дешевой сенсации. Речь идет о

нескольких тоннах золота, и если это окажется правдой, то республика получит немалые

деньги для развития экономики.

- Согласен. Нельзя упускать такой шанс.

После они обсуждали план захвата боевиков, собравшись возле стены, где висела

цветная карта. Там же они уточнили, до какого места военные могут пустить «незваных

гостей» и затем дать бой. Это должно быть на выходе из горной долины. Далее было

опасно, так как бандиты могут просочиться в населенные пункты. В этом случае вести

боевые действия будет крайне трудно из-за опасности для жизни людей.

Кроме всего, завтра к полудню они с десантниками летят на вертолете в горы и начнут

готовиться к встрече «гостей».

Закончив обсуждение, Батурин и Камилов уехали в гостиницу. Пятиэтажное здание

находилось в центре города. Им дали лучший номер. Для конспирации чекисты

представились администратору, молодой женщине, сотрудниками министерства

просвещения.

Уже в номере, первым делом, они выпили по стакану холодной минералки и включили

черно-белый телевизор – шел фильм «Мимино».

- О, мой любимый фильм: «Ларису Ивановну хочу», - пошутил Алексей Трофимович, и

оба рассмеялись.

Повесив на спинку стула пиджак, брюки, рубашку, Батурин вытянулся на кровати и

уставился в экран.

- После фильма буду отсыпаться. А ты чем займешься? - спросил Батурин у Саида и за

него же ответил. – Наверно, будешь смотреть исторические памятники. Вообще-то, они

здесь имеются? Я плохо знаю историю этого города.

- В основном археологические стоянки, и среди них знаменитый Еркурган – городище,

которое видело самого Македонского. Здесь я бывал не раз: приезжал к близкому другу

по университету. Надо с ним повидаться. Он работает замдиректором музея, толковый

парень, уже докторскую пишет. А после я отправлюсь в родной кишлак дервиша Даврона

– это час езды отсюда. Хочу найти его родню, может быть, расскажут что-нибудь

интересное о своем предке.

- Хорошая идея, только не задерживайся там, потому что события в горах могут

внезапно измениться. Я же буду спать: редко выпадают такие дни. Слушай, Саид,

говорят, что в степи пастухи продают кумыс. Привези мне, хоть попробую.

- От него живот может разболеться - при вашем-то больном желудке, - предостерег

Камилов.

- Ты прав, лучше не надо. Тем более, завтра летим в горы. Не дай бог, еще там схватит.

Саид вышел из гостиницы. На стоянке черной «Волги» не оказалось, он заметил ее

поодаль, в тени огромной чинары. На ней отправился в музей, к другу Салому Ниязову.

120

В кабинет своего друга Саид зашел без стука, точнее ворвался, желая удивить. Салом не

поверил своим глазам и на всю комнату завизжал от радости: «Вай! Вай! Кого видят мои

глаза, какая радость». И, несмотря на свои крупные размеры, вскочил с кресла и кинулся

в объятия друга.

- Как ты очутился здесь, - не мог успокоиться Салом, - и почему не сказал о приезде?

- Неожиданная командировка, по служебным делам. Ты-то как? Как дети, Тамара?

- Все нормально.

- А как твоя наука?

- Сейчас занимаюсь сбором материалов. Я чувствую, эта работа на долгие годы.

- Сам виноват, что взялся за очень трудную тему, ведь тебя отговаривали...

- Я не жалею. Хочется быть настоящим ученым, пусть даже на это уйдут годы.

Понимаешь, профессоров у нас много, а вот истинных ученых - мало. Хочу быть, как

Массон, Пугаченкова...

- Как здоровье Тамары?

- Слушай, чего мы здесь стоим. Поехали ко мне, и сам всех увидишь, посидим

хорошенько.

- Салом, не обижайся на меня - сейчас не могу, тем более приехал с шефом. А сейчас

надо поехать в одно место, за город. Пока не могу сказать, зачем я здесь. Сам понимаешь,

такая у меня служба. Потом расскажу, но дело очень интересное и связано с историей

эмира Алимхана.

- Ты уже заинтриговал меня, буду ждать. А вечером заедешь ко мне?

- Ничего не могу обещать: все зависит от того, как будут развиваться события. Ладно,

мне пора. Только не обижайся.

- Идем, я провожу тебя.

Спустя час «Волга» с Саидом неслась по раскаленному асфальту посреди степи. Они

близились к кишлаку Сардоб, где когда-то жила семья Даврона. «Интересно, живы ли

дети этого дервиша, - думал следователь, разглядывая через окно убогие глиняные дома

дехкан у дороги. - Сейчас им должно быть за семьдесят. Что они знают о последних днях

своего отца?»

Пожилой водитель «Волги» Сурат-ака доставил Камилова к зданию низенького

сельсовета - к главе села. Саид вышел из машины и огляделся. Рядом находился Дом

культуры с отвалившейся местами штукатуркой и перед ним - клумба с бронзовым

бюстом Ленина. Правда, почему-то глаза вождя показались Саиду слегка зауженными, и

вождь революции смахивал на местных жителей. Впрочем, в этом нет ничего

удивительного, на крупных панно изображали Брежнева со столь пышными бровями, что

явно походил на узбека.

Седой председатель сельсовета встал из-за стола и был с гостем очень вежливо: все-

таки человек в модном костюме, при галстуке, видать, какой-нибудь начальник из города.

Камилов любезно пожал руку, и показал свое удостоверение – вмиг тот побледнел и

глаза забегали. Ему казалось, что пришли за ним, хотя за собой не мог вспомнить ни

одного серьезного греха. Коли явились, значит, что-то нашли, решил про себя глава села.

Обычно приход чекистов сулит что-то недоброе – так было всегда, говорят, еще со

времен Ленина.

- Да вы не тревожьтесь, - сразу успокоил Саид, - я приехал по необычному делу,

которое случилось в этом кишлаке в 1920 году.

И голос председателя стал звонче, увереннее.

- Извините меня, но в те годы я еще не родился - я тридцать пятого года.

121

- В таком случае, сведите меня с вашими стариками, кому около восьмидесяти. Они-то

должны помнить.

- Есть у нас такие старожилы. Сейчас позовем их в сельсовет.

- Будет лучше, если сами поедем к ним, - предложил Камилов.

В большом дворе их встретила детвора, которая умчалась в дом, чтобы сообщить о

гостях. Вышла молодая невестка в блестящей тюбетейке и пригласила гостей на веранду

со словами: «Заходите, заходите, наш дедушка на веранде: у него болят ноги».

Седобородый старик за низеньким столиком встретил их с добродушной улыбкой.

Когда гости опустились за столик, старик признал главу села: