Кинг увидел, как Лин, будто в трансе, начинает кружиться внутри огненного кольца. Её движения были настолько легки и плавны, что девушка казалась бесплотной. Кинг не мог отвести глаз от завораживающего зрелища. Ритм ускорялся, и в кольце огня начало происходить что-то невероятное. Мелькание рук слилось в один сплошной колеблющийся столб пламени. Девушка превратилась в танцующего призрака. Она металась как искра, подхваченная ветром, выгибалась как огонь свечи, стелилась по земле как снег в пургу... Ни один человек на памяти Кинга не мог танцевать ТАК. Танец был неразрывно слит с ритмом там-тама и интонациями голоса, движение не отставало от звука ни на долю секунды. Это была магия. Или то, что Кинг мог назвать магией – нечто невиданное, то, чего, как он думал, просто не может быть. Он ощутил справа от себя чьё-то присутствие, повернул голову и увидел волка. В следующую секунду Феникс невообразимым прыжком преодолел стену огня и сам вспыхнул внутри кольца. Его тело стало похожим на ползущую из жерла вулкана лаву – чёрная непрерывно движущаяся масса, растрескавшаяся ручейками оранжевого огня. Волк перестал быть волком. Он закружился в огненном кольце, завиваясь спиралью, и распался на тысячи крохотных угольков.

Кинг больше не ощущал своё тело – он весь стал Вниманием, поглощённым происходящим внутри кольца. Песня набрала обороты, взвилась могучим крещендо, а ритм взбесился, словно сорвавшись с цепи. Человека в огненном кольце уже нельзя было рассмотреть – только безумный танец смутного силуэта в отсветах пламени. А потом наступила тишина – так внезапно, что Кинг подумал, что оглох. Движение в кольце прекратилось одновременно с песней, и огонь притих, став не выше полуметра.

Кинг шагнул вперёд, напряжённо вглядываясь в тело Лин, распластавшееся на земле.

- Всё в порядке. – Услышал он шёпот Охотника. – Теперь она готова.

- Готова к чему?

- Сейчас ты всё увидишь!

Лин открыла глаза и подняла голову. Огонь, бегущий по её жилам, постепенно угасал. Капли с мокрых от пота волос стекали на лицо. Она упёрлась руками в землю и приподнялась. Вокруг горел огонь. Лин могла видеть это сплошное кольцо, даже не оглядываясь. И она увидела, как за пределами кольца что-то приближается. Воздух вдруг стал холоднее. Звёзды потухли, будто на небо наползло огромное облако.

Кинг тоже почувствовал это. Он непроизвольно повернулся туда, откуда исходил холод. Ветер усилился, стремясь задуть огонь. Языки пламени дрожали и опадали под дыханием ветра, но потом разгорались снова. И тут у края огненного кольца возникла тень.

Лин увидела её раньше всех. Она встала на ноги и, влекомая чем-то явно более сильным, чем инстинкт самосохранения, подошла к кромке огня. Тёмный силуэт стоял прямо перед ней – она могла коснуться его рукой.

- Кто ты? – Спросила Лин. Ей ответил тот самый вкрадчивый бесполый голос, что она уже слышала однажды.

- Я – не та, кого ты ищешь.

Тёмный силуэт развернулся, и Лин, не удержавшись, вскрикнула. Кинг шагнул было к ней, но рука Охотника удержала его.

- Не мешай! – Шёпотом велел Охотник, и Кинг подчинился. Он во все глаза смотрел, как Лин и тень разговаривают, разделённые узкой полосой огня.

- Ламен!.. – Лин вся дрожала, глядя в белое как снег лицо сестры с мёртвым взглядом.

- Ламен, что это? Куда ты пропала? Что с тобой случилось?

- Ты ещё не избавилась от личной истории... – Произнёс вкрадчивый голос.

Лин недоверчиво посмотрела на Ламен.

- Ты ведь моя сестра!.. Я все эти семь лет думала о тебе!

Лицо Ламен в обрамлении седых волос казалось лицом самой Смерти.

- Я была твоей сестрой. Теперь её нет. Я – нечто большее.

Белая рука потянулась к Лин, но, едва оказавшись над огнём, отдёрнулась.

- Ты хочешь знать, что с ней случилось... Она нашла выход и сбросила завесу иллюзии, которая скрывала настоящий мир. Так появилась я.

Ламен взмахнула рукой, и в небе раздался протяжный грохот. Зигзагообразным росчерком темноту осветила молния. Снова ударил гром, ещё оглушительнее, и на землю полился дождь. Он заливал лицо Лин, но не мог потушить огненное кольцо. Нежные черты лица Ламен исказились жуткой усмешкой.

- Ты вызвала меня, отпустив свой дух, только потому, что хочешь вернуть сестру?

- Нет. Не только. – Лин заглянула прямо в бездонные чёрные зрачки.

- Я хотела пойти за тобой, куда бы ты ни ушла! Мы всегда должны быть вместе, помнишь?

- Когда ты находишь реальный мир, все связи и кровные узы больше не имеют значения. Они остаются в прежнем мире – в мире иллюзий. – Ламен подняла голову, и вода вокруг стала подниматься в воздух бесчисленными каплями. Это выглядело так, будто дождь пошёл обратным ходом.

- Всё, чем ты ограничивала себя, исчезает. Ты становишься богом.

Она подняла руку, указывая на Охотника, стоящего в двадцати шагах от них.

- Он знает.

Лин посмотрела на индейца, и повернулась обратно к Ламен.

- Ты спасла меня от изнасилования и отнесла к больнице! Если кровные узы для тебя больше ничего не значат, зачем ты сделала это?

- Ты пролила кровь за свою сестру. – Ответила Ламен и холодно улыбнулась. – Долги надо платить...

Лин медленно протянула руку и коснулась лица Ламен. Пальцы не почувствовали ничего, кроме обжигающе холодного воздуха.

- Да, ты – не моя сестра... – Лин сглотнула, стараясь, чтобы голос прозвучал спокойно. – И я...я не пойду за тобой. Может, ты стала богом, может – нет. Но человеком быть ты точно перестала!..

- Ты свободна в своём выборе – кем быть. Можешь выбрать Путь Силы, или Путь Души, как он... – Ламен посмотрела в сторону Охотника. – А можешь оставаться обычным человеком – тем, кто вечно сомневается и боится смерти...

Небо всосало в себя последние капли чудо-дождя. Ламен шагнула назад, и её лицо скрыла тень.

- Прощай, Лин. Ты узнала то, что должна была узнать... больше мы не встретимся.

- Прощай... – Прошептала Лин. Ветер утих так же внезапно, как начался, и тёмная фигура, скользнув во мрак, исчезла. Огонь, опоясывающий поляну, догорал.

Кинг ещё секунду смотрел на тонкую фигурку Лин, стоящую на краю затухающего кольца, а потом сорвался с места и подбежал к ней. Осторожно взяв её за плечи, он тихо спросил:

- Лин, как ты?

Она посмотрела на него, и Кинг увидел дрожащий блеск в её глазах. Лин никогда не плакала, но сейчас ничего не могла с собой поделать. Она даже не понимала, что происходит, почему мир стал таким расплывчатым. Единственное, что горело в душе долгие годы, что поддерживало в ней волю к жизни, было затушено этим коротким дождём. Такой пустоты внутри Лин не могла даже представить. А теперь эта пустота поглотила её, и холод сковал всё тело.

- Лин!

Она не отвечала, и Кинг бережно привлёк к себе дрожащую фигурку, согревая её в своих объятиях. Где-то на горизонте небо начинало светлеть. Казалось, время пролетело с огромной скоростью. Самая странная ночь их жизни подходила к концу, рассеиваемая первыми лучами рассвета.

Это было первое по-настоящему осеннее утро. Солнце ровно светило сквозь холодный воздух, окутавший землю, усыпанную жёлтыми листьями. Перелётные птицы оглашали утреннюю тишину прощальными криками, собираясь в стаи. Лето превратилось в светлое воспоминание.

Они покинули дом Охотника, когда солнце уже полностью вышло из-за горизонта. Измотанная физически и душевно, Лин еле брела, закутавшись в тёплую куртку, которую дал ей Охотник. Кинг поддерживал её за плечи, и они двигались очень медленно. Поняв, что так они доберутся до лодки не раньше, чем через час, Кинг осторожно предложил:

- Хочешь, я понесу тебя?

Лин открыла слипающиеся на ходу глаза и посмотрела на своего спутника.

- Забудь! Я в состоянии идти сама...

Это была её первая фраза с тех пор, как погас огонь в кольце.

- Лин, я не хочу, чтобы ты замёрзла или уснула по дороге! Так будет лучше, поверь!

И он, не дожидаясь ответа, легко подхватил Лин на руки. У неё не было сил сопротивляться, и она покорно затихла. Кинг пошёл быстрее, стараясь всё же ступать мягче, чтобы не тревожить драгоценную ношу. Он добрался до реки за двадцать минут и быстро отыскал лодку.

- Ну вот... – Начал он и тут же осёкся. Лин уснула на его руках. Усталое лицо расслабилось, дыхание стало ровным. Вот портрет, который хочется написать, подумал Кинг, разглядывая лицо спящей. Со всеми шрамами и синяками – они совсем не портят её. Только подтверждают то, через что она прошла на своём долгом пути в эту осень.

Кинг аккуратно положил её в лодку, спустил на воду и, заняв место гребца, взялся за вёсла. Лин не проснулась даже когда лодка бесшумно ткнулась носом в противоположный берег.

Кинг нёс Лин на руках до самого дома. Он видел, как пробуждается Кроличья Нора. Как машина Кэрол подъезжает к её дому. Как выходит на крыльцо покурить Хейли – самый старый житель посёлка. В этот ранний час, окружённый пронзительно чистой тишиной, Кинг впервые за свою жизнь влюбился.

Бывает, что в жизни случаются вещи, после которых ты уже не сможешь оставаться прежним. Как правило, они никогда не забываются.

Что-то ушло вместе с Ламен, растворившись в ночной темноте. Ушло неведомым путём. Куда-то по ту сторону заката. Туда, где нет пространства и времени. Может быть, это вернётся. Может быть, однажды тихий вкрадчивый голос позовёт её, и она уже не будет чувствовать обжигающий холод. Но сейчас Лин ощущала только одно – то, что было ею на протяжении двадцати двух лет, перестало существовать. Она умерла, вторично – и на этот раз окончательно - потеряв сестру.

Она сидела на подоконнике в мастерской Кинга и курила. Кинг был где-то внизу – он принёс её сюда спящей и, наверное, думает, что она всё ещё спит. Картина стояла на полу, ничем не прикрытая. Взгляд Лин снова и снова возвращался к ней. Ламен сказала, что нужно стереть личную историю, жить настоящим. И Лин понимала, что она права. Понимала, но не могла этого сделать.