Чего ж желать мне оставалось?

К чему я стал себе злодей?

К чему рассматривать людей?

Пусть было б всё как всё казалось.

Так, друг, теперь я вижу сам,

Уже нет нужды мне в совете —

Науки счастья нет на свете,

И дать не могут счастья нам.

Счастлив, кто в уголку уютном

Для жизни нужным не убог

И в исступлении минутном

С любовью позабыться мог;

Кто свету ввек не доверялся,

Один пирует жизни пир,

Кому так свет не представлялся,

Как в микроскоп фламандский сыр!

Александр Абрамович Крылов

1798 (1793?) – 1829

Современник А.С. Пушкина. Поэт и переводчик, автор любовных элегий, из которых одна – «Недоверчивость» – полемически учтена Пушкиным в его элегии «Простишь ли мне ревнивые мечты…».

НЕДОВЕРЧИВОСТЬ

Элегия

Не спрашивай, зачем я так уныл!

Ты знать должна вину моей печали:

Мой взор тебе давно ее открыл,

Когда об ней уста мои молчали.

Мне суждено по гроб тебя любить;

Но, знать, любви внушить я не умею!

Нет, счастие тобой любимым быть

Не для меня: я ждать его не смею!

Из жалости одной к моим слезам

Ты мне твердишь любовные обеты;

Не верю я пленительным словам:

Я не видал в тебе любви приметы!

Стою ль вдали, с безмолвною тоской, —

Твой взор меня в толпе не отличает;

Иль робкою коснусь к тебе рукой —

Твоя рука моей не отвечает.

Спокойна ты: встречаешь ли меня

Или даришь мне поцелуй небрежный, —

В глазах твоих нет пылкого огня

И на щеках румянца страсти нежной.

Когда я шел вчера, простясь с тобой,

Не для меня ты у окна стояла —

И тусклого стекла не отирала,

Чтобы взглянуть украдкой вслед за мной!

Досель я жил отрадой упованья,

Я сам себя обманывать хотел,

И наяву коварные мечтанья

Любовь твою сулили мне в удел!

Но ты меня лишила наслажденья:

Мечты мои рассеялись, как дым,

Упала с глаз повязка заблужденья,

И опыт мне сказал: ты не любим!

Жестокая, ты хочешь быть мне другом —

Любви твоей, любви желаю я!

Когда меня ты назовешь супругом,

Без сердца мне на что рука твоя?

Где для меня цвели блаженства розы,

Там буду я лишь терния встречать;

В твоих глазах я должен видеть слезы

И на лице уныния печать!

Я, может быть, подстерегу случайно

Твой тяжкий вздох в безмолвии ночном,

И близь меня, забывшись тихим сном,

Промолвишь ты признанье в страсти тайной;

Огонь любви заблещет на челе,

И не супруг, другой тебе приснится;

Ты будешь днем, потупя взор к земле,

Передо мной мечты своей стыдиться.

О милый друг! Прости моим словам,

Забудь любви слепые подозренья, —

Я им теперь еще не верю сам,

Но в будущем ищу себе мученья!

Пускай меня утешит голос твой;

Пусть нежный взор тоску души рассеет

И грудь мою надежды луч согреет!

Когда же нет в тебе любви прямой,

Когда я ждал несчастия недаром,

Цепей моих из жалости не рви,

Но обмани меня притворным жаром

И дружбе дай название любви!

К ПЛЕТНЕВУ

Винюсь, мой друг, перед тобой;

Ты мной не можешь быть доволен:

Я не пою, и гений мой

Неизлечимо ленью болен.

В глуши лесов я жизнь веду;

Не слава, а покой мне нужен.

Я стал теперь с весельем дружен,

Но с музой часто не в ладу.

Она зовет меня украдкой

От милой сердца на Парнас, —

Я нехотя клянусь подчас

Расторгнуть узы неги сладкой

И снова петь, но на стене

Не нахожу своей свирели:

Амуры, не сказавшись мне,

Тихонько ею завладели.

Возьму ль ее у них из рук?

Мне сладок их напев игривый,

И тих свирели беглый звук,

Как нежный вздох любви счастливой.

Тебе, Плетнев, другой удел!

Любовник славы постоянный,

Ты вслед за нею полетел,

Вдали завидя лавр желанный!

Ты не чуждаешься труда,

Чтоб знатоков привлечь вниманье,

И к верной музе никогда