Венцель родился в 1902 году в поселке Нидау, недалеко от Данцига. Отец его был сельскохозяйственным рабочим. Иоганн, окончив школу, работал подмастерьем кузнеца, в 1920 году — слесарем на одной из угольных шахт Рурской области, затем в Эссене на заводе Круппа. Молодой, энергичный и общительный Иоганн вступил в коммунистический союз немецкой молодежи. В 1923 году Иоганн стал членом коммунистической партии Германии.

1923 год в истории Германии стал годом социальных потрясений. После оккупации Рура французскими войсками в Германии усилились инфляция и разруха. Восьмичасовой рабочий день был отменен, рабочие потеряли и другие социальные права. Недовольство рядовых немцев росло. Начались массовые забастовки. Рабочие готовились к вооруженному восстанию. В стране назревала революционная ситуация.

Венцель в 1923 году вступил в одну из пролетарских сотен. Эти отряды представляли собой вооруженные группы. Они должны были стать основой для создания революционной армии.

Германское правительство, опасаясь нарастания революционной ситуации, пыталось раздробить и уничтожить революционные отряды с помощью регулярных частей рейхсвера. Облавы в рабочих кварталах в крупных городах в 1923 году устраивались почти ежедневно.

23 октября в Гамбурге началось восстание рабочих и моряков. Руководил людьми, которые вышли на баррикады, Эрнст Тельман. Венцель принимал в том восстании активное участие. Сторонники Тельмана мужественно сражались, но они были обречены на поражение, так как в других крупных промышленных центрах Германии выступление рабочих дружин было отменено.

После разгрома выступления рабочих в Гамбурге полиция принялась разыскивать ее организаторов и активных участников. Венцелю пришлось скрываться от преследований, и он выехал в Берлин. В германской столице Иоганн продолжал активно работать по линии компартии, был лично знаком с Э. Тельманом, стал членом Военной секции Коминтерна. В 1927 году ему поручили работу в одной из комиссий Центрального комитета Компартии Германии.

В начале 1930 года руководство германской компартии направило Иоганна Венцеля в Москву для обучения на военно-политических курсах Коминтерна. В конце августа того же года Венцель вернулся в Германию и продолжил работу в военном отделе компартии.

В июне 1931 года Венцель начал сотрудничать с советской военной разведкой, выполнял ее задания в Гамбурге, Эссене, Кельне и Дюссельдорфе. По заданию разведки Венцель выехал в Рейнскую область и возглавил работу агентурной группы, которая числилась в центре как «Группа 446».

В 1931 — 1934 годах Венцель вел активную разведывательную работу, занимался сбором сведений о германских военных заводах и военной технике. За эти годы он сумел завербовать четырех ценных агентов на заводах Круппа в Дюссельдорфе, Бохуме и Берлине. Резидент

Максимов положительно отзывался о работе Венцеля и помогал ему руководить разведгруппой.

В начале 1935 года Максимова отозвали в Москву. На его место прибыл резидент Вельский, который вскоре допустил грубую ошибку в работе. Провал не затронул группу «Германа», но он остался без связи с Центром. Несколько месяцев Венцель ожидал представителя Центра. Но так и не дождался. Тогда он принял решение отправиться в Москву. Руководство группой Венцель поручил своему заместителю «Максу».

Через два месяца в Центре узнали из сообщений в немецкой прессе, что в мае 1935 года «Макс» был арестован и приговорен к пожизненному тюремному заключению. Гестаповцы обвинили «Макса» в подрывной работе и коммунистической пропаганде. «Макс» действительно был членом компартии Германии. Он согласился с предъявленным ему обвинением и ни слова не сказал о том, что был связан с советской военной разведкой. Такое признание стоило бы ему жизни.

В Разведуправлении Красной Армии внимательно следили за ходом судебного процесса, который широко освещался в германской прессе. Фашистам, которые пришли к власти в Германии, нужен был показательный процесс и они его устроили. Газеты, которые поступали в Центр, внимательно изучал Венцель. О ходе процесса от регулярно докладывал Марии Поляковой, которая помогала ему в учебе на курсах военной разведки, и Оскару Стигге[146]. Данные о процессе регулярно докладывались начальнику Разведуправления Красной Армии С. Урицкому.

Когда судебный процесс по делу «Макса» завершился, в Разведупре состоялось совещание, в работе которого приняли участие О. Стигга, М. Полякова и И. Венцель.

В ходе совещания Венцель сказал, что он твердо убежден в том, что «Макс» никого из членов агентурной группы не выдал. По его мнению, два важных источника военно-технической информации, которые действовали в Рейнской области на заводах «Рейнметалла», остались невредимыми.

Стигга и Полякова знали, что источники Венцеля из «Группы 446» действительно были ценными, и разведчикам очень хотелось восстановить с ними связь. Это мог сделать только Венцель. Он знал этих людей. Агент «Лаборант» работал на заводе фирмы «Рейнметалл» в Дюссельдорфе. Он передавал сведения о новых образцах брони для танков и противотанковых снарядов. Второй агент работал на фирме, где разрабатывались новые образцы противотанковой и зенитной артиллерии.

Третий источник, которого завербовал сам «Герман», был сотрудником фирмы «Леман» в Берлине. Фирма специализировалась на разработке новых методов сварки особо прочных сплавов и поддерживала связи с рядом военных заводов и лабораторий, где разрабатывались и производились элементы брони для танков.

Венцель прошел полный курс обучения в разведывательной школе и в начале 1937 года был вновь направлен на нелегальную работу. На этот раз — в Голландию.

Перед Венцелем стояли следующие задачи: легализоваться в Голландии и восстановить связь с «Группой 446».

Говорят, человек предполагает, а бог располагает. Замысел Центра Венцель реализовать не смог. Он опять возвратился в Москву. В Центре Иоганн прошел дополнительную подготовку, освоил радиодело и летом 1938 года был направлен в новую нелегальную спецкомандировку. Вначале в Голландию, затем в Бельгию. Венцель должен был создать условия для ведения разведки против Германии, в которой уже основательно укрепился фашистский режим.

«Создать условия...» Эти слова предполагали огромный объем работы, который Венцель должен был проделать в расчете только на собственные силы и, возможно, с использованием старых знакомых. Венцель совершил четыре поездки в Германию, но восстановить старые связи ему не удалось. Он доложил об этом в Центр. Развед-управление Красной Армии, учитывая хорошую подготовку Иоганна в области агентурной радиосвязи, поручило Венцелю создать резидентуру связи.

В 1938—1939 годах Венцель задачу Центра выполнил. Он вновь выехал в Голландию, восстановил контакты с видным деятелем голландской компартии Даниэлем Гу-лузом и попросил его выделить для подпольной работы надежного товарища.

По рекомендации Гулуза Венцель познакомился с Антоном Винтериком. Он работал в организации «Красная помощь» и занимался оказанием содействия политзаключенным и членам их семей[147].

Венцель предложил Винтерику принять участие в подпольной борьбе против фашистской Германии. Винтерик согласился. Ему был присвоен псевдоним «Тино». Венцель научил «Тино» пользоваться радиопередатчиком. «Тино» предложил привлечь к работе своего друга радиолюбителя Адама Нагеля. Венцель изучил все сведения на знакомого Антона и согласился с его предложением. Нагелю был присвоен псевдоним «Ян».

Вскоре «Тино» и «Ян» из имевшихся у «Яна» радиодеталей смастерили радиопередатчик. В начале 1940 года «Тино» установил радиосвязь с Центром. В подпольной работе группы принимала участие и невеста Антона Винтерика. «Мари» вела себя исключительно осторожно, не была членом компартии, не принимала участие в каких-либо акциях протеста. Она стала шифровальщиком подпольной группы «Тино».

Венцель продолжал поездки в Германию. В конечном счете ему все-таки удалось найти в Германии надежных людей, из которых пятеро стали передавать ему секретные сведения о работе некоторых военных заводов.