Продвижение способного человека шло сравнительно быстро.

Вот он уже начальник цеха плановых ремонтов, а потом и начальник производства. Он работает с полной отдачей своих сил. Во все мелочи вникает лично. И если что делается не так, вносит поправку.

От арматурщика до начальника производства одного из крупных таксомоторных парков столицы — всего этого человек достиг самоотверженным трудом, знаниями и пытливым умом.

За это-то его и уважает коллектив автомобилистов.

Кто в нашем парке не знает быстрого, расторопного человека небольшого роста, с голубыми приветливыми глазами и неизменной лукавой улыбкой на лице!

Только что он был в гаражном отделе и вот уже отдает распоряжение в мастерских, затем бежит в колонну, где его ждут люди.

Его буквально «атакуют»:

— Николай Тимофеевич, двигатель застучал, послушайте…

— Товарищ Костяев, нужны щетки очистителя, распорядитесь выдать.

— У меня дверь кабины неисправна.

И так целый день с утра до вечера.

Кто же этот очень нужный всем человек? Это старший механик шестой автоколонны Николай Тимофеевич Костяев.

Работы у него очень много, и работает он увлеченно, с душой и потому успевает все переделать.

Коммунист Николай Костяев уделяет большое внимание молодежи. Он с удовольствием рассказывает молодым водителям, как нужно обращаться с автомобилем, устранять ту или иную неисправность, как водить машину по улицам города без дорожных происшествий.

В своих беседах Костяев умалчивает о собственных боевых и спортивных успехах.

Шестнадцать боевых наград у лейтенанта Костяева: два ордена Отечественной войны, орден Красной Звезды и много медалей.

После войны Костяев увлекался спортом. Смелого, волевого водителя можно было часто видеть за рулем гоночного автомобиля. Он устанавливал много рекордов. Ему было присвоено звание мастера спорта.

В 1955 году Костяев становится водителем первого таксомоторного парка. Отличное знание эксплуатационных и конструктивных качеств автомобиля, а также города выводит Костяева в передовые водители.

С 1969 года Костяев работает старшим механиком колонны, в это же время он заканчивает Московский автодорожный техникум.

Костяев энергичен, неутомим.

С какой бы просьбой к нему водитель ни обратится, он неизменно улыбнется и скажет:

«Не волнуйся, сейчас все уладим».

Василий Кириллович Полицковой директором первого таксомоторного парка проработал десять лет. За это время в парке появилось много нового. Был надстроен административный корпус, оборудованы раздевалки, душевые и другие бытовки, реконструированы мастерские, построена просторная столовая.

Построено три жилых дома. Около 200 человек улучшили свои жилищные условия.

Парк первым перешел на новую систему планирования и экономического стимулирования.

Несомненно, во всем этом большая заслуга директора парка В. Полицкового, который разумно руководил сложным автохозяйством.

За большие заслуги в организации столичного таксомоторного хозяйства в 1966 году коммунист Василий Кириллович Полицковой был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

2 августа 1970 года трагически погиб старейший работник такси — заместитель начальника управления Федор Степанович Крайнов, и на его место был назначен Василий Кириллович Полицковой.

Девиз Полицкового: «Образцовый порядок в столичном такси».

Совсем недавно мне довелось побывать у Василия Кирилловича Полицкового и побеседовать с ним о делах насущных. Полицковой, в прошлом водитель такси, отлично понимал нашу таксистскую душу и разделял наши заботы.

Нас всех очень волновали холостые пробеги, или, как у нас говорят, «холостяк»; это те самые километры, которые совершает пустая машина с зеленым огоньком.

Для нас на «холостяк» установлен своего рода лимит. За двухсменный рабочий день московский таксист может допустить холостого пробега только на 50 километров — сюда входит пробег из гаража и обратно, к бензоколонке, на обед и т. д.

Вот почему так неохотно таксисты летом везут москвичей на дачу. Ведь в один конец ему заплатят, а назад он едет порожняком.

В вечерние часы в городе создается довольно странная картина. В центре такси нет, на стоянках очереди, в то же время очень много автомашин с зелеными огоньками на окраинах, в новых районах. Они стоят и ждут пассажиров в центр, потому что ехать порожняком им невыгодно.

— Проблема «холостяка» всем набила оскомину, — заметил Василий Кириллович. — Сейчас, когда в нашем хозяйстве осуществлена экономическая реформа, мы из управления даем паркам только контрольные цифры по выпуску машин и прибыли, а нормы холостого пробега они обязаны устанавливать сами.

— Василий Кириллович, — спросил я Полицкового, — в свое время в газетах выступал начальник планового отдела управления М. Т. Файбусович и доказывал, что экономически целесообразно сделать за смену побольше оплаченных километров и не держаться за «холостяк»?

— Это правильно. Но ведь холостой пробег — прямой убыток государству. Вы, конечно, скажете, что расход бензина, масла, износ двигателя, резины — все это копейки. Так, может быть, стоит эти копейки потратить, зато получить рубли и людей транспортом обеспечить — ведь это тоже не последнее дело. Верные соображения, но на пути их осуществления есть много трудностей. Мы с вами старые таксисты, Евгений Васильевич, и знаем, что если отменить ограничение холостого пробега, то найдутся ловкачи, которые будут возить пассажиров без счетчика. Верно ведь?

— Да, найдутся единицы, Василий Кириллович, и мы не имеем права всю армию водителей такси подозревать в нечестности. Хороший, честный водитель, если отменить «холостяк», больше плана привезет. Я в этом уверен. А если не привезет, то, значит, он плохой водитель, города не знает, потока пассажиров не изучил. А сейчас в условиях экономической реформы он обязан это делать.

Моя беседа с Василием Кирилловичем о «холостяке» была долгой. Полицковой вставал и на нашу точку зрения и с нее рассматривал проблему.

Теперь он заместитель начальника управления, и ему виднее работа всех парков, всего хозяйства. Ведь в Москве за одни сутки такси перевозит 600 тысяч человек, и многое мешает нормальной работе таксиста — и нечеткая нумерация домов, и одноименность улиц, и задержка на мойках, и многое другое. Все это надо учитывать.

Наш парк огромен. Четыре этажа здания отведены для стоянки автомобилей. Имеются большие реконструированные мастерские, административный корпус, диспетчерская, клуб, столовая и много других подсобных помещений.

И очень часто в парке на том или ином рабочем месте можно встретить всегда опрятно одетого, уже немолодого человека, беседующего с людьми. Это наш председатель местного комитета профсоюза Владимир Иванович Митрофанов. Он приходит к людям и тут же на месте разрешает вопросы: с путевкой в санаторий или в дом отдыха, с жильем, материальной помощью и многим другим.

Владимир Иванович — чуткий, внимательный человек. Он много лет подряд избирается председателем месткома, у него накопился достаточно большой опыт организаторской работы. Это он организует поездки на рыбную ловлю, за грибами, зимой загородные вылазки на лыжах.

У нас прекрасно поставлено дело с экскурсионными путевками в различные города Советского Союза и за рубеж.

Я давно мечтал побывать в Ленинграде. И вот весной в диспетчерской меня встретил Митрофанов:

— Хочешь поехать на экскурсию в Ленинград? Тебе, как старейшему водителю парка, путевка бесплатная.

Я охотно согласился.

«Хорошо было бы поехать вместе с женой», — подумал я.

— А не найдется ли еще одной путевки за наличный расчет для жены?

— Думаю, что найдется. Приходи завтра в местком, внеси деньги.

— Обязательно приду.

…И вот мы на красивом, удобном автобусе мчимся по шоссе. Наш курс на Ленинград.