- Ха-ха-ха! А то она не умеет! Прикололся.

  - Ну да. Но это ж довод! Вот. В общем, если б не Вадим, пошла бы она с нами доски отдирать, за милую душу... Вот. А Соловьёва потом говорит: ‘Это всё неправильно, вы ничего не поняли; то что вы делали называется ‘манипулирование’; и это, говорит, низко и стыдно... Дура.

  - Ну-ну?

  - ‘Надо было, говорит, применить ‘намерение’ и... и, слышишь, Вовчик – ‘ ...ментальным способом сподвигнуть партнёра к своей точке зрения, а не банально манипулировать доводами!’ Тьфу. Тут я уж понял, что из неё бизнес-тренер как из твоей Жоржетты балерина. ‘Манипулирование-манипулирование’, придумали, понимаешь, себе этот... жупел. ‘Манипулирование плохо, намерение – хорошо!’ Поскольку, якобы, ‘манипулирование’ – это ‘принуждение’... Я ей говорю – ну где же в доводах и привлекательной подаче идеи ‘принуждение’?? Тогда надо считать, что весь маркетинг, весь мерчендайзинг как явление – сплошное принуждение... Ну ладно, скажем, признали и осудили – а что на смену? Это же всё не на пустом месте выросло, а как обобщение уже имеющихся заделов. Да в том же ‘Спокойной ночи, малыши!’ с Хрюшей и Степашкой больше манипулирования, чем где бы то ни было – но никто ведь не жужжит! ‘Манипулирование – низко и стыдно...’ Тьфу! Хорош был бы папа, ‘сподвигающий’ своего бизнес-партнёра к совместному проекту не доводами, а ‘ментально’... Короче, я дальше уже просто наблюдал. Это бы цирк, Вовчик! Ни плана занятия у неё, я так понял, ни структуры подачи материала – сплошная импровизация и эклектика! И это ‘известный бизнес-тренер’ и ‘специалист по коучу’, как она себя позиционирует! Самый цирк начался, когда какая-то тётка, сильно в возрасте уже, и на вид совсем не фотомодель, и это мягко сказано, стала ей жаловаться на свою тяжёлую женскую судьбу, что не получается у неё с мущщинами... Ну что бы посоветовал в таком случае опытный человек? Сменить имидж, включая смену на лице выражение вечно обиженного на жизнь существа на что-то более оптимистичное; приодеться; не пренебрегать косметикой; постараться, в конце-то концов, привлечь мужчину пусть не своими женскими статями, а умением выслушать, сопереживать... Пироги, наконец, научиться хорошо печь! А она...

  - Ты прям сам как этот, как консультант по семье и браку!

  - А! – отмахнулся Владимир, – Это же всё азы! Зачем из этого устраивать пляски с бубнами? Всё это ещё наши прабабушки знали и применяли, – нет! Сейчас это ‘слишком просто’, а потому считается недейственно. И это – прикинь, Вовчик! – тоже считается ‘манипулированием!’

  - Да она больная, эта Соловьёва. Хорошо что я не пошёл.

  - Да. Она не то что ‘больная’ – она... Знаешь, всмотрелся я в неё, в её ‘методы’, и знаешь что вижу? Она просто неграмотная шарлатанка – это раз. Дело в том, что чтобы грамотно и манипулировать-то – учиться надо! – не так-то это просто! Вот изображать какое-то ‘намерение’, ‘ментально’ и чуть ли не ‘потусторонне’ влиять на Вселенную – прикинь, Вовчик, размах! – вот тут ни знаний, ни жизненного опыта не надо, достаточно ездить по ушам... что она и делает! Девки её слушали раскрыв рот. Поначалу. А она этим упивается, я погляжу. Ей лет под 60- 65 по виду, отнюдь не звезда по статям, в глазах, так сказать, ум не блещет. Зато – дипломированный ‘признанный’ бизнес-тренер и ‘специалист по коучу’, – знать бы ещё что это такое! Есть такой тип людей, которых хлебом не корми – дай стать гуру. Всезнайкой типа, лидером; чтоб тебе в рот глядели, а ты изрекал непреложные истины; а кто не уверовал – то почти что еретик. Тащится она от власти; только не от власти как таковой, а от власти над умами, типа. Как она потом по Андреичу проехалась...

  - А с этой-то, ну, с тёткой что? Что она посоветовала, или как?

  - С тёткой той что... С той тёткой вообще цирк дальше был. Вытащила она её в круг, и давай препарировать. Расскажи, говорит, что ты чувствуешь, когда общаешься с мужчиной. Ну, та... Нет, говорит, ты не то чувствуешь! Тебе надо по другому чувствовать, и тогда у тебя наладится! И – давай, говорит, проведём упражнение. Предложила выйти мужчине, в пару к ней...

  - Хы. Я даже знаю кто вышел.

  - Ага. Морожин твой ненаглядный. Короче, встали они друг напротив друга, глаза она им закрыть велела. И говорит этой тётке: ‘Вот, напротив тебя мужчина. Ты должна ментально привлечь его к себе, оказаться для него самой желанной и ...

  - Ну, для Костьки-то...

  - Тихо, не перебивай. Она-то его не знает, не местная. Вот. Говорит ‘ты должна внутренне раскрыть своё женское естество’. Говорит, ‘представь, что у тебя внизу живота распускающийся бутон розы, благоухающий и прелестный...’

  - Во йопт!.. И все слушают...

  - Да. Теперь, говорит, представь, что распускающиеся лепестки этого бутона обволакивают стоящего напротив вас мужчину... Мужчина – говорит – что вы чувствуете?? – ‘Ага, говорит, чувствую, обволакивает!..’

  - Гы-гы-гы-гы!

  - Ты низкий и пошлый, Вовчик, и не понимаешь всей красоты устремлений женской души. Соловьёва б так сказала, я уверен. Правда, в этом моменте ты был бы не одинок – я-то смолчал, а Андреич вдруг так же вот, как ты, заржал, и выдал... Как оно?: ‘Любовь – восхитительный цветок, но требуется отвага, чтобы подойти и сорвать его на краю пропасти!’ Она говорит: ‘Да, Шекспир был великий писатель!’ А он: ‘Это не Шекспир, это Стендаль. Шекспир же писал: ‘Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею!’

  - Ничё себе Андреич мочит. Откуда бы?..

  - Ну, может любит стихи. Но по нему так-то не скажешь. Хотя... Ну вот, она при этом что-то ещё вякнула, а он: ‘Доброта в женщине, а не соблазнительные взоры завоюют мою любовь!’ – это, говорит, тоже Шекспир. Как разобрало его; девчонки-то уставились, и тётки приезжие; а он встал, и:

  - Проснись, любовь! Твоё ли острие

  Тупей, чем жало голода и жажды?

  Как ни обильны яства и питье,

  Нельзя навек насытиться однажды.

  Так и любовь. Её голодный взгляд...

   – Тут она его и обломала. Как напустилась. Он ответил. В общем, на этом сеанс психоанализа с элементами мазохизма закончился. Начали все ржать и прикалываться. Морожин всё порывался руки целовать той тётке...

  - Проняло, значит?

  - Не, скорее тОркнуло, – он и так-то был не особо трезв, а потом, в процессе перебранки, ещё добавил – у него с собой было. А Андреич с Соловьёвой поругались. Она его опустить при всех попыталась, типа хам и мужлан; а почему, говорит, вы здесь без жены, вы что, деспот? И прочий бабский арсенал. Он сначала-то отвечал, а потом замолк, сел, и говорит: ‘Извините, был неправ, не нужно было мне встревать’, – а сам сидит малиновый, хоть уже и при лампах, но видно. А Соловьёва потом начала развивать тему о самодостаточности женщин, что все неприятности в мире – от мужчин, с их непомерным честолюбием и амбициями, и всё на Андреича посматривает, а тот молчит... Потом сказала, что следующее занятие будет чисто для женщин; и на этом разошлись.

  - Прикольно.

  - Только лишь. А вообще – потеря времени. Даже вредно где-то, мозги засерает этим ‘позитивным мышлением’. Получается, что те, кого фашисты в печах концлагерей жгли, были просто недостаточно позитивны по жизни? Да ну её к чёрту...

  - К чёрту, к чёрту! Видать она ведьма?..

  - Не, ведьмам положено быть симпатичными.

  - Это ты на немецкую порнушку ориентируешься? На самом деле ведьмы старые и страшные.

  - Да ладно... знаток ведьм прям. На танцы завтра пойдём?

  - Спрашиваешь!..

  *** ОСОБЕННОСТИ ДЕРЕВЕНСКИХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ

  *** ВЛАСТЬ НЕ ДРЕМЛЕТ

  *** САНКЦИИ И РЕАЛИИ

  ЗОЛОТОЙ БОГАЧ

  Прибывших с Громосеевым расселили: ‘предпринимателя’ с семьёй, Романа Александровича, или просто Романа, Ромы, как он тут же попросил его называть, вселили к Вовчику; юриста с семьёй – к Вадиму; а журналиста ‘Мунделя’, как его тут же стали называть на деревне, скрепя сердце, чтобы не злить Громосеева, вселил у себя сам староста.