Бывают мгновения, когда моряки как бы находятся между жизнью и смертью и одинаково ясно видят и то и другое: с одной стороны — крушение и гибель, с другой — желанную безопасность. По мере того как судно посте¬ пенно продвигалось все ближе и ближе к берегу, грохот прибоя становился все слышнее. Зрелище валов, разби¬ вавшихся о скалы, внушало ужас. Временами можно было видеть, как целые фонтаны брызг и пены взлетали над камнями и уносились ветром далеко в глубь суши. Лиссабон расположен лицом к лицу с Атлантическим океаном: его не защищают ни острова, ни отмели, да и вообще португальское побережье, пожалуй, самое откры¬ тое во всей Европе. Особенно страшны здесь юго-западные штормы, когда волны, разгулявшись на океанских просто¬ рах, обрушиваются на берег с ужасающей силой. Но этот шторм был необычен даже для Атлантики. В такое время года океан вообще редко бывает спокоен, а сейчас, не успев утихнуть после одной бури, он вновь начинал бур¬ лить под порывами нового шторма, и беспорядочное вол¬ нение создавало большую опасность для судов, особенно таких маленьких, как «Нинья». — Кажется, дело идет на лад, дон Христофор! — вос¬ кликнул Луис, когда каравелла приблизилась к мысу на пушечный выстрел. — Еще десять минут такого хода, и мы его обогнем! — Вы правы, сын мой, — спокойно ответил адми¬ рал. — Но, если нас, не дай боже, выкинет вон на те скалы, от «Ниньи» через пять минут не останется и двух досок... Одерживай, одерживай, добрый Висенте, еще немного, а потом спускайся! Только бы выдержал парус, и мы его обогнем, Луис! Взгляните на берег, и вы увидите, как мы продвигаемся. — Вижу, сеньор. Но мы идем так близко от мыса, что просто страшно! — Не бойтесь: самый рискованный курс зачастую самый безопасный. Здесь у берега глубоко, а осадка у нас небольшая. Все смолкли, затаив дыхание. Каравелла мчалась к мысу с устрашающей скоростью. Полоса клокочущей у скал воды и белой пены приближалась с каждым мгно¬ вением. Почти коснувшись ее бортом, «Нинья» птицей пронеслась мимо и через пять минут уже шла к устью Тахо, открывшемуся прямо по курсу. Теперь можно было 362

убрать грот. Все страхи остались позади, моряки знали, что впереди их ждет надежная гавань. Так завершилось это величайшее в истории плавание. Правда, потом пришлось еще совершить переход из устья Тахо до Палоса, но расстояние это было ничтожно по сравнению с пройденным, и каравелла пробежала его без всяких происшествий. Колумб осуществил свой необъят¬ ный замысел, и его успех перестал быть тайной. Как его встретили в Португалии и о том, что произошло в Лисса¬ боне, говорить не стоит — все это достаточно известно1. 4 марта он стал на якорь в устье Тахо, а 13-го отплыл, держа курс на Палое. Утром 14-го числа «Нинья» обо¬ гнула мыс Сан-Висенте и повернула на восток при легком северном ветре. А 15-го марта вскоре после восхода солнца каравелла миновала отмель Сальтес и вошла в родной порт, завершив тем самым беспримерное плавание, про¬ должавшееся двести двадцать четыре дня. Глава XXVI Однажды вечерком в кругу подруг Она выслушивала свеженькую сплетню, Как вдруг в дверях раздался громкий стук, И в дом ввалился бравый парень с плетью,, С индийским удивительным платком На бычьей шее, в шапке пирожком, Б матросской куртке с золотым шитьем, На каждом башмаке большая пряжка Начищенным сверкала серебром,— Ну что за парень! Обмерла бедняжка... М и к л ь, «Жена моряка» 2 Несмотря на величие замысла, лежавшего в основе описанного нами путешествия, несмотря на то, что осуще¬ ствление его требовало огромного упорства и самоотвер¬ женности, а успех сулил ни с чем не сравнимые выгоды, в свое время подвиг Колумба не привлек особого внимания, 1 Португальский король Жуан II хорошо принял Колумба и его спутников, но заявил, что новооткрытые земли должны при¬ надлежать не Кастилии, а Португалии, сославшись на договор 1479 года. Однако спустя год Жуан II признал права Кастилии на эти земли. 2 Микль Уильям (1735—1788) — шотландский поэт. 363

пока не стали известны его результаты. Всех гораздо больше волновали повседневные мелочи и заботы о собст¬ венном благополучии. Дело в том, что всего за месяц до соглашения с Колумбом Фердинанд и Изабелла подписали достопамятный эдикт об изгнании евреев *, и это выселе¬ ние огромной части испанских граждан было само по себе столь значительным событием, что оно заставило всех за¬ быть о сомнительной экспедиции, опиравшейся на ка- кпе-то гадательные расчеты пусть даже и выдающегося мореплавателя. Последний день июля был крайним сроком, когда пре¬ следуемые за свою веру евреи должны были отправиться в изгнание. Этот крайний срок почти день в день совпал с выходом эскадры Колумба из Палоса, и неудивительно, что всеобщее внимание сосредоточилось на более значи¬ тельном событии, которое можно было назвать народным бедствием. Выселение евреев походило на их исход из Египта. Все дороги были переполнены толпами несчаст¬ ных, многие брели, сами не зная куда. Король и королева покинули Гранаду еще в мае, два месяца пробыли в Кастилии и к началу августа переехали в Арагон; они уже были там, когда эскадра Колумба вышла в море. В Арагонском королевстве супруги задер¬ жались до конца лета для завершения важных государ¬ ственных дел. В октябре королевская чета посетила мятежную Ката¬ лонию, и двор всю зиму провел в Барселоне. Здесь их задержали непредвиденные обстоятельства. 7 декабря на жизнь Фердинанда было совершено покушение: убийца нанес ему опасную, хотя и не смертельную рану в шею. В течение нескольких недель, когда жизнь короля находи¬ лась под угрозой, Изабелла не отходила от его постели, ухаживая за Фердинандом как любящая и преданная жена. В те дни она думала только о своем супруге, не помышляя ни об экспедиции, ни о возможном расшире¬ нии своих владений. Затем началось длительное рас¬ следование дела о покушении. Как водится, был заподоз¬ рен заговор, хотя история доказывает, что по большей части в таких случаях не бывает ни заговоров, ни сообщ- 1 Этот изуверский указ привел к пагубным последствиям. В августе 1492 года все евреи были изгнаны из Испании, причем у них было отнято все имущество. Не менее 165 тысяч евреев бе~ жало из Испании, более 20 тысяч погибло. 364

киков и что все эти посягательства на жизнь государей чаще всего объясняются фанатизмом отдельных лиц. Изабелла терзалась угрызениями совести при мысли о страданиях, на которые она обрекла евреев в своем религиозном рвении, но затем ее отвлекли заботы о муже. Фердинанд поправлялся медленно. Его болезнь и постоян¬ ные государственные дела заставили даже королеву на время забыть об экспедиции Колумба. Что же касается недоверчивого Фердинанда, то он давно уже распро¬ стился с золотом, потраченным на эту затею, как с деньгами, выброшенными на ветер. В положенный срок пришла благоуханная южная весна, и к концу марта плодородная Каталония зазеле¬ нела. Вот уже несколько недель, как Фердинанд снова при¬ нялся за государственные дела. Избавившись от опасений за здоровье супруга, Изабелла тоже вернулась к своим привычным заботам и обязанностям милосердной госу¬ дарыни. Последние события отвратили ее от придворной пышности и суеты. Изабелла всегда стремилась к тихой семейной жизни, к которой имела природное располо¬ жение, однако теперь королеве приходилось проводить со своими детьми и приближенными даже больше времени, чем ей бы хотелось. Ближайшей ее подругой по-прежнему оставалась маркиза де Мойя, поэтому й Мерседес тоже часто видела королеву или играла с ее детьми. В тот вечер в конце марта во дворце был устроен ма¬ лый прием. Радуясь возможности избежать всей этой суеты, Изабелла удалилась в свои покои, где для друже¬ ской беседы собралось ее маленькое общество. Было уже близко к полуночи; король, по обыкновению, работал рядом в своем кабинете. Кроме членов королевской семьи,, доньи Беатрисы и ее прелестной воспитанницы, у коро¬ левы находились архиепископ Гранады, а также Луис де Сантанхель и дон Алонсо де Кинтанилья — последних двух пригласил архиепископ, чтобы в присутствии Иза¬ беллы обсудить один вопрос, касающийся церковных финансов. Но с делами было уже покончено, и коро¬ лева милостиво беседовала с членами своего маленького кружка. — Есть ли какие-нибудь новые известия об этих не¬ счастных заблудших евреях, сеньор архиепископ? — спро¬ сила Изабелла, чье доброе сердце все еще заставляло ее 365